Судьба на выбор - Дэни Аткинс

В свете последних событий приставания Джека по шкале важности спустились куда-то вниз. Но прощения он все равно не заслуживал.

– Ты целуешь всех женщин, которых тебе хочется утешить? – язвительно прошипела я. – У тебя, похоже, жена совсем не ревнивая.

– Какая еще жена? – нахмурился он.

Опять ложь. Почему окружающие то и дело врут?

– «Посвящается Шеридан: моей подруге, возлюбленной, музе и жене. Я всегда буду любить тебя», – процедила я сквозь зубы и слегка покраснела – не думала даже, что запомнила фразу слово в слово, пока она не сорвалась с моего языка.

– А, «Месть сладка», – Джек понимающе выдохнул.

– Да, посвящение в книге.

– У тебя, наверное, раннее издание, – догадался он. – Потом его убрали.

Я не знала, что ответить.

– Я действительно был женат, давным-давно. Не срослось. – Он горько рассмеялся. – Впрочем, понимаю, даже это меня не оправдывает. Пусть я и вольная пташка, но должен с уважением относиться к твоим обязательствам.

В случившемся не только его вина, я и сама вела себя как полная дура.

– Ну да, – бросила я, усаживаясь на водительское сиденье. – Выходит, тебя за измену судить не будем.

Я потянулась к ручке, но Джек оказался быстрее. Вцепившись одной рукой в автомобильную раму, он не дал мне захлопнуть дверь, хотя при этом чуть не остался без пальцев.

– Отличный способ стать инвалидом! – огрызнулась я.

Джек присел на корточки возле машины.

– Что ты сказала?

– Что даже маленькие дети знают: нельзя совать руки в распахнутую дверь…

Сверкнув глазами, он перебил:

– Я не о долбаной двери. Что ты там говорила про суд?

Я медленно вылезла из машины. Джек выпрямился и отступил на шаг.

– Только то, что я, очевидно, обвинила в измене не того мужчину…

Уж не знаю, какой именно реакции я ждала. Джек оказался первым, кому я высказала свои подозрения. Может, все решат, что я сама виновата?

– Ты уверена? Ричард не похож на тех, кто гуляет налево.

– Он же мужчина, – ехидно бросила я.

– Уела… – пробормотал Джек. – Эмма, не все мужчины изменяют. Некоторые умеют хранить верность.

Я вздохнула, пытаясь взять себя в руки.

– Ну, прямо сейчас я мало в ком уверена.

– Ты с ним разговаривала? У тебя вообще есть доказательства? Улики?

Боюсь, кто-то насмотрелся криминальных драм и детективов.

– Нет, пока не разговаривала. Он возвращается завтра.

– Выслушай его, – попросил Джек, неожиданно вставая на сторону моего жениха. – Позволь ему объясниться.

Я неохотно кивнула. Хотя и сама пришла к тому же выводу.

Джек заговорил мягче, словно пытаясь немного успокоить.

– А если он и впрямь изменяет, я посоветую тебе, как лучше его прикончить и избавиться от тела.

– Как в книге «Месть сладка»?

– Ты читала? – Он приятно удивился, что я знакома с его первым романом.

Я кивнула, однако прежде чем Джек возомнил, будто я купила книгу исключительно ради ее автора (как оно и было), добавила:

– Чего только не приходится читать, если работаешь в книжном.

– Опять уела, – притворно вздрогнул он. Несколько секунд Джек молчал, глядя на меня, и наконец нерешительно спросил: – А что ты сейчас делаешь? Есть какие планы на вечер?

Я собиралась немного помучиться, представляя двоих самых близких мне людей в постели. Только признаваться в этом вслух – не лучший вариант.

– Еду домой.

– Слушай, я нашел одно место, на которое хотел бы взглянуть вживую. Для романа. Давай, съездишь со мной, проверишь, можно ли в этом озере утопить труп? – Наверное, он заметил мою нерешительность, потому что добавил с ехидным огоньком в глазах: – Тебе пригодится, если решишь стать убийцей.

– Джек, что происходит? Что все это значит? Зачем ты здесь?

У него было много причин: и желание загладить вину, и приглашение в исследовательскую поездку, но судя по тому, как он изменился в лице, и то и другое было лишь поводом для встречи.

– Сказать правду?

Я кивнула.

– Ладно. Если быть до конца откровенным, я и сам не знаю.

«Да нет, скорее всего, знаешь, просто не хочешь признаваться».

– По-моему, слишком рано взять и просто так уйти. Я ощущаю с тобой связь – необъяснимую и совершенно нелогичную. Словно в ночь аварии между нами возникло что-то такое… Сам не знаю, что. И оно не желает проходить. – Его взгляд затуманился. – В общем, я чувствую, что осталось незавершенное дело.

Объяснение вышло путаным, но, как ни странно, я его поняла – со мной творилось то же самое.

– Так что, поможешь составить план идеального преступления?

Кажется, это одно из самых безумных и соблазнительных приглашений за всю мою жизнь.

– Ну… Почему бы и нет?

Джек провел меня к своей машине, припаркованной неподалеку, и услужливо распахнул дверцу.

– В твоих книгах для героинь все подобной поездкой и заканчивается, – усмехнулась я, забираясь на пассажирское сиденье. Джек улыбнулся, отрегулировал длину моего ремня и сам его защелкнул. Для человека, обдумывающего идеальное убийство, он слишком пекся о безопасности.

Мы направились к одному из озер, о которых говорилось в энциклопедии. Я листала плотные глянцевые страницы, любуясь не столько красочными фотографиями, сколько заметками на полях черной ручкой.

– «Расчленение трупа? Скорость разложения? Возможность сделать вскрытие?» – зачитала я вслух некоторые из них, после чего захлопнула толстый томик. – А тебе не приходило в голову что-нибудь более позитивное?

Расхохотавшись, Джек на миг оторвал взгляд от дороги.

– Книги о смерти лучше продаются. – Он непринужденно пожал плечами. О да, мистер Монро знал, о чем говорит: три его последних романа уже целую вечность держались в списке бестселлеров. – Книги о сексе, кстати, тоже. Даже лучше.

Какой ужас: я покраснела! Взрослая женщина, охотно расставшаяся с невинностью лет десять назад, заливается нежным румянцем при одном лишь слове «секс»!

Озеро мы нашли достаточно легко, всего один раз остановившись в крошечной деревушке, чтобы спросить дорогу у пожилого мужчины. Джек послушно кивал, внимая объяснениям – правда, полагаю, мало что разобрал за сочным региональным акцентом. Когда мы наконец распрощались с энергичным дедулей, бурно размахивающим руками в стремлении как можно детальнее объяснить нам лучший маршрут, Джек тихо пробормотал:

– А теперь мне нужен перевод. Я не понял ни слова. Он на каком языке вообще говорил?