Небеса нашей нежности - Анна Велозо

На лице Аны Каролины отразилось смятение.

– За что?

Антонио протянул ей фотоаппарат.

– О!

– Ты забыла его у меня в машине.

– И что же ты хотел бы получить в награду?

– Например, ты могла бы пригласить меня в дом. Я знаю, что тебе прекрасно известно, как это положено по этикету, ведь я стал невольным слушателем твоей лекции служанке.

– Это исключено. Мне кажется, я окажу тебе большую услугу, если отошлю прочь.

«И себе не меньшую», – подумала Ана Каролина.

– Как скажешь. Но снимок можешь как-нибудь посмотреть, если зайдешь ко мне в гости.

– Ты проявил пленку? Что ты себе позволяешь?

– Я ведь сказал, что я грабитель.

– Но принес ли тебе этот грабеж успех?

– Да, фотография получилась замечательная. Ты выглядишь великолепно. Поэтому – да, это того стоило. Так мне легче позабыть тебя.

– Ах, Антонио. Хватит нести чушь. Тебе, как и мне, известно, что нам и забывать-то не о чем. Не стоит путать легкий флирт с… – Ана Каролина лихорадочно подбирала слова.

– С вечной любовью? Всепожирающей страстью? Бесконечным счастьем? – предположил Антуан, криво улыбаясь.

Он выглядел потрясающе. Ане Каролине хотелось броситься к нему в объятия.

– Всего тебе доброго, – взяв себя в руки, произнесла она и захлопнула дверь.

Выглянув в окно, она убедилась, что он ушел, а затем прислонилась спиной к стене, опустилась на колени и отчаянно разрыдалась.

Мариазинья была девушкой достаточно тактичной. Она на цыпочках прокралась в соседнюю комнату, раздумывая о том, почему сеньорита не впустила в дом этого мужчину. Очевидно же, что она его любит. Пусть он и грабитель. Мариазинья думала об этом целую неделю.

Очередную попытку Антонио предпринял через несколько дней. Он прислал Ане Каролине записку, надеясь, что девушка ее прочтет: «Жду тебя в пятницу в восемь вечера в “Альфредо”». Он намеренно выбрал место и время, которые напомнят Ане Каролине об их первом свидании в Париже. Может быть, тогда она вспомнит и о том, сколько волшебства было в нем. Да и само заведение было не худшим местом для встречи – знаменитый итальянский ресторан в центре города славился отличной кухней и спокойной обстановкой. Все столики были заказаны на недели вперед, и Антонио пришлось дать хозяину взятку, чтобы получить там место.

Половину недели Антонио чувствовал себя вялым и вымотанным. Его настроение все портилось, пока он ждал пятницы, ведь он не знал, придет ли Каро. Чем больше времени проходило, тем глупее казалась Антонио вся эта затея.

Каро не придет. А он дурак. Зачем он вкладывает столько сил, времени и нервов в ухаживание за этой женщиной, которая уже обещана другому? К тому же его лучшему другу? И хотя голос в его голове нашептывал, что все тщетно, в сердце теплой волной разливалась надежда. В пятницу утром он сходил к парикмахеру. Днем долго стоял перед шкафом с одеждой, обдумывая свой наряд. Позволил себе выпить бокал шампанского, празднуя предощущение встречи.

В семь вечера он сел в свой «бугатти» и отправился в ресторан. Антонио прибыл слишком рано, в заведении было пусто, и он особенно бросался в глаза, сидя в одиночестве за своим столиком. Официанты шушукались о нем, а Альфредо даже бесплатно угостил аперитивом – из жалости.

В восемь ресторан наполнился посетителями. Антонио все время поглядывал на свои наручные часы, но секундная стрелка двигалась мучительно медленно. Может быть, часы сломались? Он в ярости тряхнул запястьем. Было семь минут девятого. Дорогие часы работали безупречно. Впрочем, волноваться пока было рано. Каро не появится раньше половины девятого.

В четверть десятого, когда Ана Каролина все же не пришла, Антонио сдался. Он выпил уже целую бутылку лучшего красного вина и пять чашек эспрессо. Чтобы хозяин заведения не расстроился, что у него так и не заказали ужин, Антонио оставил ему непомерно щедрые чаевые и отправился в ночной клуб, где недавно видел молоденькую певицу, напомнившую ему Каро. Но даже в этом его постигла неудача: певица там больше не работала.

Последовали и другие тщетные попытки заставить Каро поговорить с ним.

Антонио слал ей подарки – она отправляла их обратно. Он передавал ей цветы – она дарила их слугам. Однажды вечером Антонио даже заметил служанку из дома Кастро, разгуливавшую по улице с экзотическим цветком в волосах. Он опустился до того, что начал писать стихи – несомненно, это лишь убедило Каро в его недостойности: Антонио был никудышным поэтом.

Он уже не знал, что делать. Как же ему добиться расположения Каро? Если настойчивость не приносит успеха, то нужно смириться с горьким осознанием того, что Каро действительно его не любит. Или для нее важнее верность Энрике, мужчине, которому она обещала руку и сердце? А в этом случае можно изменить подход, попытаться заронить семена сомнения в сердце Энрике. Если показать ему фото Каро и словно невзначай рассказать, как здорово они вместе полетали, то… Но Антонио не хотелось даже думать об этом. Такой подлостью он только спугнет Каро. К тому же это совсем не соответствовало его характеру. Нужно завоевать ее отвагой, умом, обаянием, напором – и никак иначе.

Как бы то ни было, ему в голову пришла еще одна идея. Если она и после этого не сжалится и не выслушает его, то Антонио оставит свои попытки.

На следующий день садовник нашел перед домом розу. Настоящую розу, красную, с длинным стеблем и едва приоткрывшимся бутоном. По чистой случайности он заметил ее в пышных кустах молочая. Как же она попала на грядку? Кто станет вот так просто выбрасывать розы? Эти цветы не росли в тропическом климате Рио, а привезенные с юга стоили очень дорого. Садовник поколебался, не зная, отнести розу хозяевам дома или подарить жене. Ведь это он ее нашел, верно? Но затем чувство долга перевесило, и садовник отнес свою удивительную находку в дом. Растрогавшись, донья Виктория дала ему монетку и поставила розу в высокую узкую вазу. Но когда она вечером поблагодарила Леона за столь экстравагантный подарок – женщина предполагала, что муж хотел таким образом извиниться за их последнюю ссору, – тот не понял, о чем она говорит.

На следующий день дон Леон, забирая из почтового ящика газеты, обнаружил еще две розы. Одна лежала на гравиевой дорожке, багровым пятном выделяясь на белых камнях, вторая упала в заросли папоротника. «Очень странно, – подумал он. – Неужели у одной из служанок появился тайный поклонник? К тому же такой богатый». Обычно газеты забирали слуги, и только сегодня Леон отправился к почтовому ящику сам, поскольку ему хотелось скоротать время до завтрака. Он поставил эти две розы к вчерашней в вазу. Впоследствии они с доньей Викторией и слугами обсудили случившееся. Даже Мариазинья приняла участие в споре, и все от души посмеялись над бурной фантазией девочки: она предположила, что цветы во двор сбрасывает пилот, пролетая над домом на самолете.

И только Ана Каролина молчала.