Звезда моя, Аврора! - Линдсей Армстронг

—Разумеется, — спокойно проговорил Люк и нахмурился. — Почему ты одна?

—Я… мне так захотелось.

—А может быть, некому позаботиться о тебе?

Аврора покачала головой.

—У меня есть друзья, коллеги, знакомые в береговой охране. Все они такие замечательные, но… — Она замолчала и вздохнула. — Я просто хотела побыть одна.

Люк внимательно всматривался в ее маленькое личико, думая о том, что оно стало еще утонченнее, а зеленые глаза выглядят еще более ошеломляюще с мокрыми слипшимися ресницами. На Авроре был легкий спортивный костюм травянисто-лимонного цвета, под которым угадывались изящные линии ее тела, и зеленые шлепанцы. Густые волосы снова отросли и были небрежно завязаны сзади.

—Я собирался предложить, — медленно сказал Люк, — давай, я сварю нам твоего замечательного танзанийского кофе… Ты давно ела?

—Да, но кофе бы выпила.

—А хлеб и сыр у тебя найдутся? Любишь гренки с сыром?

—Люк… — она помолчала, — ты умеешь делать гренки с сыром?

—Не знаю, почему все считают меня каким-то недотепой, — с обидой заметил он. — Да я делаю лучшие гренки с сыром на всем континенте!

—А кто еще считает тебя недотепой? — спросила она, и ее губы слегка задрожали.

—Мой друг Жак Бернар. От него я и узнал о твоем отце. Жак услышал сообщение по радио и запомнил фамилию, потому что оформлял документы на владение тем домом. Кстати, насколько я знаю, Жак все еще сидит там, на террасе, и доедает китайский ужин.

—Спасибо, что примчался, — мягко поблагодарила она. — Конечно, я люблю гренки с сыром.

Полчаса спустя она доела гренки и наслаждалась соблазнительным ароматом танзанийского кофе. Люк, придвинув к кофейному столику кресло, сидел напротив нее.

—Расскажи мне о своей поездке в Танзанию, — попросил он, — ты ведь говорила, что побывала там?

Аврора откинула голову назад.

—Да, в Аруше. Мой отец был капитаном грузового судна и взял на борт нескольких пассажиров. На судне перевозили товары, которые предстояло выгрузить в Дар-эс-Саламе, а когда что-то произошло с холодильными установками на борту, у нас оказалась свободной примерно неделя, поэтому мы взяли напрокат «лендровер» и укатили. — Она улыбнулась. — Никогда не забуду сумасшедшее движение и состояние дорог в Дар-эс-Саламе. Потом мы добрались до отличного прямого шоссе, ведущего на север, а когда подъезжали к Моше, стало видно гору Килиманджаро.

Она замолчала. Ее мысли витали далеко.

—Необыкновенное зрелище?! — проговорил Люк.

—Я смотрела на дорогу, а когда случайно подняла глаза, неожиданно увидела заснеженную вершину, возвышающуюся над горизонтом и устремленную в небо. Я никогда не смогу ее забыть. — Она посмотрела через стол на Люка. — И Арушу. Мы остановились в чудесной горной деревушке, посреди кофейной плантации, на берегу озера Дулута. Оттуда видно Кили и вулкан Меру. Он выглядит довольно таинственно. Я поднималась на воздушном шаре, чтобы полюбоваться видом окрестностей на рассвете.

—Я тоже останавливался в той же деревушке, видел львов в Нгоронгоро, видел, как перемещаются дикие звери по долинам. Я даже поднимался на Килиманджаро.

От удивления глаза Авроры стали круглыми.

—Ой, расскажи, пожалуйста! Мне тоже очень хотелось, но у нас не хватило времени.

Целых два часа они обменивались впечатлениями не только о Танзании, но и о многих других путешествиях. Аврора давно уже не чувствовала себя такой расслабившейся. Ей даже захотелось спать. Зевнув, она извинилась:

—Прости, я зеваю только потому, что очень мало спала в последнее время.

Люк ласково посмотрел на нее.

—А почему бы тебе не поспать? Я могу остаться, если хочешь, и подремать здесь. — Он кивнул на диван. — Только дай мне подушку и плед.

—Очень любезно с твоей стороны, но… — начала она.

—Я не воспользуюсь своим преимуществом, — спокойно уведомил он.

Аврора покраснела.

—Я не то имела в виду.

Люк взглянул на нее с мрачным вопросом в глазах.

—Просто вдруг вспомнила, что мы… ну…

—Расстались, едва встретившись? — подсказал он.

Если бы ты знал, какими трудными стали для меня прошедшие два месяца, Люк, подумала Аврора, прикрыв ресницами глаза.

Тут он сделал резкое движение, и ее ресницы взметнулись. Она увидела, что на смену его мрачности пришла легкая улыбка.

—Но ведь мы нравились друг другу, разве не так, Аврора? — промолвил он. — А друзья как раз и нужны в трудные времена. Так что не забивай себе голову несуществующими проблемами. — Он помолчал, потом проговорил весело: —Кинь мне подушку и плед и иди спать.

Сделав то, что он просил, Аврора приняла душ, облачилась в пижаму и свернулась калачиком в постели. Она понимала, что должна думать о своем отце, но в голову лезли мысли и о Люке, и она ничего не могла с ними поделать. Не раскаивался ли Люк в чем-то… и не в том ли причина его прихода? Почему он сказал, что они расстались, едва встретившись? Может быть, он просто, как истинный друг, пришел в трудную минуту на помощь?

В таком случае, насколько тяжелее ей станет теперь, после того как в течение двух месяцев ее не покидала уверенность в том, что она правильно поступила, уйдя от него. Несмотря на удачную профессиональную карьеру — ее шоу в эфире пользовалось громадным успехом, и у нее появилась армия преданных слушателей, — она чувствовала себя совершенно потерянной и одинокой. И хотя ее окружали коллеги и друзья, она вела заполненную жизнь, редко бывая дома. Боль оттого, что Люк исчез из ее жизни, все еще не отпускала ее…

Интересно, пройдет ли когда-нибудь ее чувство к нему?

Наконец утомленный мозг сдался, и она уснула сном без сновидений. Таким глубоким, что не услышала даже, как внизу зазвонил мобильный телефон, который она забыла взять с собой наверх.

Аврора проснулась только тогда, когда рука Люка легла ей на плечо. Она села, откидывая волосы с глаз и моргая.

—Кто… Люк… что?

Он дал ей телефон.

—Твой отец.

Аврора судорожно напряглась, но Люк улыбнулся ей:

—Поговори с ним.

Она поднесла трубку к уху.

—Папа? Ты? Папа!

Через двадцать минут Аврора закончила разговор и снова откинулась на подушки.

—Не могу поверить, — прошептала она. — Он в порядке. Проблема была с батарейкой! Плюс течь плюс шторм, из-за которого он сбился с курса, — случилось много всего. И спутниковый телефон отказал! Можешь себе представить?

Люк сел на край ее постели и сказал нежно:

—Могу. И я так счастлив за тебя, Аврора.

Она расплакалась, и Люк прижал ее к себе.