Дикая вишня - Джейн Уайтфезер

– Прекрасно. – Сара позволит Синди высказаться, а потом сама возьмет слово. Она не собирается спорить с матерью Адама, но она не может смотреть, как страдает человек, которого она любит.

– Отдав своего ребенка, я совершила самый тяжкий грех в своей жизни, но я хотела, чтобы у него была лучшая жизнь, нежели та, которую я могла ему обеспечить.

– И вы не оставили его у себя только по этой причине?

– Нет. – Взгляд Синди был искренним. – Еще и из-за того, что его отец сделал со мной.

Сара молча ждала, зная, что сейчас услышит всю эту отвратительную историю. Стиснув руки, Синди положила их на стол.

– Он был очень красив. Джонни – так его звали. Высокий, широкоплечий, с самой потрясающей улыбкой, какую я когда-либо видела.

– Где вы встретились с ним?

– В закусочной, где я работала. Там болтались местные студенты, так что для меня это было замечательное место работы. Я была уже в старшей школе и старалась выглядеть взрослее. Я флиртовала с Джонни, но так поступали и другие девочки. Ему оказывали много внимания. И в нем была какая-то неуправляемость, бунтарство, которое соответствовало духу времени. Мы были поколением, которое собиралось изменить мир. Как-то вечером после моей смены Джонни пригласил меня покататься. Я едва знала его, если не считать нашего легкого флирта, но не собиралась отказываться. Он казался таким милым, таким очаровательным. – Подняв руку, Синди нервно пригладила волосы. – И когда он привез меня в укромный уголок, я подумала: «О боже, он собирается поцеловать меня». Конечно, он так и сделал. Но потом все изменилось. Он начал раздевать меня, подталкивая к заднему сиденью. Я сказала «нет», но рядом уже был не Джонни. Не тот очаровательный парень с потрясающей улыбкой, а какой-то зверь…

– Мне так жаль. – Сара могла почти физически представить себя на месте Синди. Наивной и юной, униженной человеком, которому она доверилась.

– Когда все закончилось, я была вся в слезах, а он уговаривал меня не поднимать такой шум из-за случившегося. – Синди тяжело вздохнула. – Позднее я обнаружила, что бедра у меня в синяках. И шишка на затылке, потому что он толкнул меня и я ударилась о стекло.

– Вы никому тогда ничего не рассказали?

– Да. А следовало бы, но мне было слишком стыдно. Мои родители спали, так что я пробралась в дом, залезла в горячую ванну и плакала как ребенок. Когда я наконец набралась храбрости и рассказала матери, синяки уже исчезли.

– И тогда было уже слишком поздно, – потрясенная до глубины души, Сара едва услышала свой собственный голос.

– Да, поздно. В полиции мне намекнули, что доказать я ничего не смогу. Один даже спросил, почему я хочу загубить Джонни жизнь. Он был просто студентом колледжа и происходил из уважаемой семьи. – в глазах Синди полыхнул гнев, и она покачала головой. – Нет нужды говорить, что мои родители убедили меня снять обвинения. Нам полагалось забыть о том, что случилось.

«Но вряд ли они забыли, – подумала Сара. – В особенности когда выяснилось, что Синди беременна».

– И они отослали вас в Талеквах, чтобы вы рожали там.

Синди кивнула.

– И пока меня не было, переехали из Оклахомы в Талсу, так что когда я вернулась, то смогла начать все сначала. Новый город, новая жизнь.

– Это все не могло пройти так просто.

– Я сделала то, что должна была сделать: отдала своего ребенка для усыновления. А позже я узнала, что Джонни разбился на своей новой шикарной машине…

– Адам совсем не похож на Джонни, – заметила Сара, наблюдая, как Синди снова крутит свое обручальное кольцо. – Он добрый и достойный, самый хороший человек, которого я встречала. А все это убивает его. С каждым днем он понемногу умирает. Его дух сломлен, и я не знаю, что с этим поделать.

Глаза Синди наполнились слезами.

– Скажите ему, что я сожалею. Скажите, что я сделала то, что считала лучшим, что ожидала от меня моя семья.

– Ему нужно услышать это от вас. Надо знать, что вы не испытываете к нему ненависти.

– О. – Синди качнулась вперед, коснувшись рукой сердца. – Все эти годы я думала о нем, особенно в Рождество и в день его рождения. Он всегда здесь. Я не забыла его. – Она смяла блузку пальцами, голос ее дрогнул. – У него есть теперь другие родители.

– Они умерли. Погибли в авиакатастрофе, когда он учился в колледже.

– О нет, – прошептала Синди, и слезы закапали у нее из глаз. – Что же мне делать?

– Встретиться со своим сыном, – ответила Сара. – Если вы этого не сделаете, вы оба уже никогда не будете прежними.

Погруженная в свои эмоции, Сара припарковалась на покрытой гравием подъездной дорожке у дома отца, открыла входную дверь и вошла внутрь. Она хотела увидеть Адама, но решила позвонить, чтобы не взволновать чересчур сильно. Если она доверяла ему, то большего не требовалось.

Сара положила сумочку и взяла телефонную трубку. Адам ответил после второго гудка, и она поняла, что он с нетерпением ждал ее звонка.

– Синди согласилась встретиться с тобой, – сообщила Сара.

– О господи. Где? Когда?

– В этот вторник, у нее дома. Ее детей там не будет, так что вы будете одни.

В его голосе прорезался страх:

– А ты?

Сара присела.

– Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?

– Да. Я имею в виду, если ты не против. Ты уже встречалась с ней, и…

«Адам нервничает, – поняла Сара, – он жутко волнуется в ожидании встречи с матерью».

– Конечно, я не против, – уверила она Адама.

– Спасибо. – Он помолчал, и Сара услышала, как он вздохнул. – Сара?

– Да?

– Ты не рассказала Синди, нет? Ну, знаешь, о том, что со мной сейчас творится?

– Нет. Я решила, что мне об этом не стоит говорить. – Сара откинулась назад, закрыла глаза, внезапно почувствовав, что сама заволновалась. Сколько времени пройдет, прежде чем он избавится от потребности выпить? Прежде чем снова ощутит себя цельной личностью?

– Она красивая?

– Что? – Сара очнулась, поняв, что Адам спрашивает о Синди. – Да. Я думаю, что она тебе понравится.

– Она не рассказывала о других детях? – полюбопытствовал он.

– Только то, что они не знают о твоем существовании. И не сказала, как их зовут.

После секундной паузы Адам задал вопрос, пронзивший Сару как пуля:

– А что о нем? Она что-нибудь говорила о нем?

– Да. – Сара осторожно подбирала слова. Адам не был готов выслушивать подробности о своем отце. Рана была слишком свежей, боль – слишком острой. Сара подозревала, что Адам унаследовал черты и склонности Джонни. Но все это неважно. Синди, посмотрев в глаза сыну, не увидит человека, который причинил ей боль. – Его звали Джонни. Он погиб в автокатастрофе.