Как понравиться царевне? - Татьяна Тронина

– Старинная легенда оказалась правдой! – Алмазов с энтузиазмом стал шагать взад-вперед. – Боже мой, Олег Ефремович, это огромная удача! О нашем крае будет говорить весь мир, со всех концов света приедут туристы, чтобы полюбоваться на необыкновенную находку… Наш курорт станет популярнее, чем все эти Турции с Грециями, вместе взятые! Вливания от туристического бизнеса позволят расширить и углубить инфраструктуру края, уровень жизни населения резко поднимется вверх…

Алмазов стал сыпать всякими экономическими терминами, которые были непонятны, зато окружающим стало ясно, что эта находка в глубине каменного лабиринта таит в себе колоссальные возможности.

Поднялся необычайный переполох – во-первых, все радовались тому, что Даша с Юрой наконец нашлись и, во-вторых, что легенда о скифской царевне Аймун оказалась правдой. Все шумели и кричали кто о чем – наверное, очень давно покой царевны не нарушался таким беспорядком.

– Посмотрите на эти необыкновенные произведения древнего искусства! – говорил профессор, указывая на золотые украшения, которые лежали под хрустальным саркофагом. – Замечательные образцы так называемого скифского «звериного» стиля! Друзья мои, помните, я рассказывал вам, что скифы достигли высочайшего мастерства в изображении животных? Вот, смотрите – фигура оленя… В ней нет ничего непродуманного, лишнего, она вся подчинена какому-то особому, напряженному ритму – олень словно живой, он бежит! А вот пантера, свернувшаяся в кольцо, она как будто отдыхает после долгой охоты. А фигуры этих лебедей! Нет, поистине это археологическая сенсация!

– Дядя Коля, а это что? – с любопытством спросил Юра, указывая на какой-то предмет, сильно смахивающий на музыкальный инструмент.

– О, это тоже бесценная находка, несмотря на то что она сделана не из золота! – с волнением произнес Николай Акимович. – Друзья мои, перед вами знаменитая скифская арфа! В мире есть только один ее экземпляр, который находится в Эрмитаже, в городе Санкт-Петербурге. Что ж, нам очень повезло – мы нашли вторую арфу, которая к тому же находится в прекрасном состоянии. Наверное, на ней можно даже играть…

– Играть? – задумчиво переспросил Батыржан. – Можно ее взять в руки?

Он осторожно прикоснулся к арфе, и струны под его пальцами отозвались мелодичным звоном.

– Как красиво… – с восхищением произнесла Зоя. – Представляете, на этом инструменте за тысячи лет до нас играли скифы… Аймун, наверное, слышала звуки этой арфы!

– Аймун… – прошептал Батыржан. – Всю жизнь я мечтал увидеть тебя. И наконец мечта моя сбылась! Ты еще прекраснее, чем говорится в легенде…

Зоя тихонько хихикнула.

– Тс-с! – толкнула ее локтем Даша. – Зойка, нельзя смеяться над чужими чувствами.

– Я и не думаю смеяться, – прошептала в ответ Зоя. – Просто это все так странно… Любить девушку, которая умерла две тысячи лет назад!

– Ничего не странно! – вмешалась в их разговор Геля. – Просто Жан очень романтичный юноша. Одна моя знакомая, например, была влюблена в одного известного киноактера. Конечно, чисто теоретически они могли бы когда-нибудь встретиться, но…

– Вообще-то ты права, – сказала Зоя, немного подумав. – Тетя Лу как-то призналась мне, что ей очень нравится президент Франклин, а он тоже давно умер, кажется, лет двести назад! И вообще он американец, а она ни бум-бум по-американски… то есть по-английски.

Тем временем Батыржан освоился с инструментом и заиграл на скифской арфе более уверенно. Он запел на местном наречии ту песню, которую уже исполнял когда-то перед публикой – легенду о прекрасной Аймун, которая умела лихо скакать на лошади и вести воинов в бой.

Все замерли, забыв о том, о чем говорили только что, забыв даже о том, что находятся в глубине подземного лабиринта, выбраться из которого не так просто, и молча слушали степные напевы Батыржана. Даше уже не казалось, что все слова в его песне звучат одинаково, – перед ее глазами развернулась история, которая произошла много-много лет назад.

– Этот мальчик удивительно талантлив! – под конец прошептал Алмазов. – Олег Ефремович, вам не кажется, что этого юного самородка надо направить в какое-нибудь музыкальное училище, чтобы он смог развить свои способности? Мы все слушаем какой-то рок, поп, рэп и прочее и совсем не знаем народной музыки, которая ничем не хуже!

– Я сделал пометку у себя в блокноте, – сказал Дундуков, сосредоточенно записывая что-то. – Так, Иван Иванович, будут еще какие-нибудь распоряжения?

– Пишите, Олег Ефремович… Во-первых, надо направить заявку в федеральный Центр, чтобы нам выделили средства для оборудования этого уникального археологического комплекса. Во-вторых, пригласить сюда ученых из Академии наук… В-третьих…

Алмазов вел себя так, как будто находился на каком-нибудь заседании, и совершенно не обращал внимания на окружающую обстановку, он диктовал своему помощнику ценные указания.

Все словно забыли о Короедове – и напрасно. Первое время он, оказавшись в пещере, только ошеломленно хлопал глазами, оглядывая все вокруг.

– Посмотрите, теперь понятно, отчего у него такое прозвище! – прошептала Геля, кивнув в его сторону. – Когда этот Короедов удивлен, он очень похож на какое-то фантастическое существо из мультика… Смотрите, смотрите, как он забавно таращит глаза!

– Не забывайте, он очень опасен! – напомнила Зоя. – Ведь это из-за него мы оказались здесь. Он вооружен, и неизвестно, что ему может еще прийти в голову.

Зоя словно в воду смотрела. Через некоторое время Гога-Покемон пришел в себя, и в его круглых глазах мелькнула алчность. Он с презрением посмотрел на людей, которые толпились вокруг хрустального саркофага и обсуждали эту грандиозную находку, и вдруг негромко, но очень грозно произнес:

– Эй, вы! Ну-ка, отошли все к стене… Это мое золото!

И для пущей убедительности поднял пистолет над головой.