Леди и ее рыцарь - Шэрон Шульц

Коннор прижал О'Нилла к стене еще крепче.

– Ты один?

– Один, милорд. – Домнал посмотрел на сестру. – Прости, Мойра, я не хотел тебя пугать. Я просто не думал, что вы уже так близко.

Коннор ослабил хватку.

– Ты можешь поклясться, что с тобой никого не было?

Юноша – а Коннор уже видел, что этому О'Ниллу лет шестнадцать, не больше, – смело встретил его взгляд.

– Клянусь могилой нашей матери, милорд, – твердо произнес он.

– Мойра, ему можно верить?

– Можно. – Мойра подошла к брату и, к удивлению Коннора, отстегнула с его пояса меч и протянула Коннору. О'Нилл даже не попытался воспротивиться, на его лице застыло покорное выражение. – Но все равно, говорит он правду или врет, я думаю, нам лучше уйти отсюда.

Коннор кивнул. Он и сам хотел поскорее увести Мойру из этого сырого подземелья: вряд ли это полезно для нее и ее будущего ребенка. К тому же надо было кого-то прислать сюда, и побыстрее.

– Вы правы, – сказал он. – Я пришлю сюда Уилла и сэра Айвора.

Молчавший дотоле О'Нилл заговорил:

– Мне кажется, вам следует запереть эту дверь. Если Хью с Эйданом придут снова…

– Ты мне все расскажешь, когда мы поднимемся наверх, – мрачно произнес Коннор. – А пока я хочу отвести твою сестру в безопасное место.

– Я тоже этого хочу, милорд. – Домнал пристально посмотрел в глаза Коннора. – Только я не уверен, что такое место есть.

Выйдя из подземелья, Коннор отдал распоряжение каменщикам заложить проход, а сэру Уиллу и сэру Айвору – охранять это место.

Мойра никак не могла понять, что искал и чего ждал за той дверью Домнал. Она сгорала от нетерпения услышать, что он расскажет, и в то же время боялась. Что бы он ни сказал, ничего хорошего ждать не приходилось.

Кто знает, сколько еще бед грядет впереди.

Домнал вел себя смирно, как овечка, а ведь Мойра помнила, каким он был задиристым мальчишкой. Чем больше она смотрела на брата, тем больше убеждалась, что он смертельно напуган. А вот что его так напугало, было непонятно.

Троица, выйдя из подземелья, выглядела уморительно – вся в грязи и кусочках извести, но, как ни странно, никто не засмеялся и не сказал ни слова, пока они проходили по двору и через холл. На всех, видно, подействовал мрачный вид Коннора.

Сам же он ничего не замечал, погруженный в свои мысли. Мойра думала, что вряд ли Коннор узнает что-то важное от Домнала. Старшие братья никогда не посвящали младшего О'Нилла в свои планы, а использовали его только при необходимости в качестве храброго бойца. Точно так же, как использовали и ее саму. Может быть, пора посмотреть на Домнала другими глазами?..

Коннор подтолкнул юношу к двери светлицы, а сам помедлил, прислонившись к косяку.

– Мойра, вы вправду хотите, чтобы мы, вот такие грязные, вошли в вашу комнату? – Он посмотрел на себя, потом на нее. – По правде говоря, вы тоже выглядите не лучше, – добавил он, ласково улыбаясь.

У Мойры вдруг стало легко на душе. Коннор здесь, он ей поможет, какие бы вести ни принес Домнал.

– Это самое спокойное место в замке, где мы можем расспросить его. – Мойра вошла в комнату и, обернувшись, шутливо проговорила: – Я надеюсь, вы понимаете, что вам придется сидеть на полу?

– Только вместе с вами.

Домнал стоял у очага, глядя на потухающий огонь. Грязный, озябший, он почему-то выглядел еще более испуганным, чем там, в подземелье. Хорошо, – подумала Мойра, – пусть помучается, это развяжет ему язык».

– Вы не разожжете огонь? – обратилась она к Коннору. – Я сейчас приду.

Войдя в спальню, Мойра плотно прикрыла дверь и окликнула Бриджит.

Служанка, дремавшая на стуле у очага, вскочила.

– Прошу прощения, миледи. – Тут она заметила, в каком виде ее любимая госпожа, и запричитала: – Господи, да что же это такое? Садитесь… нет, лучше ложитесь… быстро. – Мойра не успела сказать ни слова, как она схватила ее за руку и потащила к кровати. – Нет, вы только посмотрите на себя! Вся как есть перепачкалась! Что случилось? С вами все в порядке?

Мойра мягко высвободилась, не дав Бриджит уложить себя на постель.

– Все хорошо, Бриджит. – Она сжала натруженную руку служанки и заставила ее присесть на краешек кровати. – Не стоит пачкать одеяло. Я только умоюсь и пойду обратно в светлицу. Там лорд Коннор и Домнал…

– Домнал? – Бриджит подскочила. – Ваш брат? Мойра взяла со стола кувшин и налила воды в таз.

– Да, мой брат. – Она вымыла лицо и руки.

– Что он тут делает? – Бриджит подала ей полотенце.

– Не знаю. – Мойра промокнула лицо. – Мы обнаружили его в подземелье. Там есть ход наружу.

– Вы думаете, брат послал его шпионить?! – взволнованно воскликнула Бриджит.

– Тихо, а то он услышит.

– Ну, если он пришел не через ворота, как все добрые люди, – свистящим шепотом продолжала Бриджит, – значит, они подослали его, чтобы сделать вам какую-нибудь подлость. А что, если он должен выкрасть дитя?

– Да что ты, он на такое не способен. – Мойра успокоительно сжала руку Бриджит. – Я не знаю, зачем он пришел… и как он к нам попал, по правде говоря. Только если я буду тут сидеть, то ничего не узнаю. – Она поправила волосы. – Пошли Падрига, пусть принесет чего-нибудь поесть и выпить, да воды – мужчинам надо умыться. Ну все, я думаю, Домнал уже созрел.

Как только Мойра исчезла за дверью, Коннор подошел к очагу и, опустившись на колени, стал раздувать огонь, заодно рассматривая стоявшего рядом юношу.

При свете стало видно, что Домнал О'Нилл очень похож на Мойру. В отличие от Эйдана, у него были ярко-синие глаза и прямые черные волосы, его потуги отрастить бороду не могли скрыть сходства между братом и сестрой.

Только у Мойры он ни разу не видел такого испуганного выражения лица, несмотря на выпавшие на ее долю испытания.

Он понял, зачем ушла Мойра, и был с ней согласен. Она хотела, чтобы Домнал помучился неизвестностью. Если вспомнить, как братья обращались с ней, Коннор не стал бы осуждать Мойру, даже если бы она сделала это просто в отместку за прошлые обиды, но ему в это не верилось. Скорее, она просто думала, что долгое ожидание заставит Домнала выложить все, что ему известно.

Из спальни донеслись громкие голоса, хотя слов было не разобрать. Но и этого оказалось достаточно, чтобы Домнал вздрогнул, сквозь покрывавшую его лицо грязь проступила бледность.

– Как дела у моей сестры, милорд? Она хорошо себя чувствует? – В его голосе звучало волнение, но искреннее ли?

Впрочем, это неважно. Пусть этот парень знает, как отражаются на ней все происходящие события.

– Ей тяжело, но не только из-за беременности, больше всего из-за Маккарти… и ее собственных братьев, которые неизвестно что собираются делать.