По лезвию жизни - Кристина Высоцкая

Юлька осторожно, стараясь не разбудить спящую под вторым одеялом Маруську, ворочалась в кровати. Сон, как назло, никак не желал сгрести уставшее тело в уютную охапку, позволив расстроенному мозгу немного отдохнуть, и, безнадежно промаявшись еще немного, Юлька тихонько позвала:

– Марусь, ты спишь?

– Нет, – девушка откликнулась с такой поспешностью, что стало ясно – сон отвернулся и от нее.

– Мы что, поссорились?

– Кажется…

– А зачем?

– Не знаю…

– Давай мириться?

– Давай! – одеяло зашевелилось, а через секунду на Юлькином плече уютно устроилась Маруськина голова. – Глупо получилось, я ведь не хотела тебя обидеть.

– И я не хотела, а ссоры всегда глупые, что в них умного? – Юля немного помолчала, – ты ведь права, только не так, как думаешь. Я больше не скучаю по Андрею, прошла любовь. Теперь даже и не знаю, а была ли она? Кажется, нет… Страсть, желание быть кому-то нужной… не как в больнице… по-другому, чье-то живое тепло рядом… Купилась на фантик, а конфета-то с плесенью оказалась, начинка испортилась.

– Ты же не станешь из-за него крест на себе ставить? – шепот Маруськи звучал так жалобно, что Юлька невольно улыбнулась.

– Не стану, но мне страшно. Егор мне и в самом деле нравится, меня к нему тянет… по-женски. Но он рано или поздно уйдет, а я снова останусь одна.

– А с чего ты взяла, что он уйдет? – Марьяна села на кровати, кутаясь в одеяло, и даже в темноте Юля ощутила ее пронизывающий взгляд.

– А зачем я ему?

– Ничего глупее не слышала! Зачем люди вообще нужны друг другу?

– То люди…

– А ты кто? Не человек? – в голосе Марьяши вспыхнуло возмущение.

– А я жертва неизвестного маньяка, – мрачно пошутила Юля, стараясь не выдать закипевшие в глазах слезы.

– Вот увидишь, его обязательно поймают! – легкая дрожь, от которой едва не сорвался голос подруги, не осталась незамеченной, и девушка бросилась утешать измученную Юльку. – Хочешь, я к тебе перееду, пока все не закончится?

– Хочу, но не переедешь. У вас с Денисом свадьба на носу, а ты обо мне больше думаешь.

– Поэтому мы и решили перенести регистрацию. Вот разберемся с твоим маньяком, тогда и распишемся!

– Ох, Марусь, да зачем…

– Затем, что ты мне даже не подруга, а… сестра! И я хочу, чтобы вся моя семья смогла разделить наше с Денисом счастье.

– Ладно, сестричка, давай спать, – Юля растроганно чмокнула пушистую макушку, – а то прохлюпаем до утра, а завтра будем как парочка недобитых зомби.

– Юль, – уже повернувшись спиной и удобно устроившись в колыбели из одеяла и подушки, позвала Маруська.

– Что?

– Все будет хорошо.

– Я знаю.

Засыпая, Юлька впервые за долгое время улыбалась…

Воскресное утро началось непозволительно рано.

Вот еще минуту назад Юлька спала и видела странный, но довольно интересный сон, а сейчас лежит и таращится в свежевыкрашенный потолок, пытаясь разобрать незнакомые, но отчего-то по-домашнему уютные звуки. Не выдержав, девушка выбралась из-под одеяла, взглянула на мирно спящую Марьяну и, накинув халат, выползла из комнаты.

Легкому скрипу, неясному шуму и странному пыхтению нашлось простое объяснение – Егор разминался. Неслышно заглянув в гостиную, Юля застыла. Легкое трико мягко обрисовывало упругие мышцы ягодиц, напрягающиеся при каждом новом отжимании, обнаженная спина блестела от крохотных бисеринок пота, все эти бицепсы, трицепсы и те самые, названия которых моментально вылетели из Юлькиной головы, вздувались стальными канатами…