Обманем моего мужа? - Энн Мэтер

Стоял уже поздний вечер, когда Люк повернул к воротам коттеджа, который они с Эбби купили год назад.

Внедорожник поехал по засыпанной листьями подъездной дороге, показались обвитые глицинией стены дома.

Эбби в очередной раз подумала, как им повезло. Когда Люк предложил купить коттедж рядом с отцовским домом в Бате, она сразу представила себе чисто английский особняк с черепичной крышей и крытой галереей перед крыльцом.

Но все оказалось даже лучше. Коттедж больше напоминал поместье, включал в себя несколько спален, ванных комнат и постоянно проживающую домработницу, миловидную женщину лет шестидесяти, которая день и ночь следила за порядком, а ее муж занимался территорией.

Миссис Бэйнбридж оказалась тактичной и чувствительной душой. Иногда по вечерам она уходила к себе в пристройку, предоставляя кухню в полное распоряжение Эбби.

И это ее полностью устраивало.

Люк остановил машину. Эбби посмотрела через плечо. В детском кресле дремал их полуторагодовалый сын, Мэтью Оливер Морелли, рядом с ним сидел пристегнутый Харлей.

Мэтью бодрствовал весь путь из Лондона, лопоча что-то на своем языке, и заснул, когда дорога стала узкой, а обзор из окон с обеих сторон стали закрывать деревья. Харлей, наверное, обрадовался передышке. Иногда Мэтью вел себя слишком шумно.

– Как думаешь, он даст нам разгрузить машину, прежде чем решит присоединиться? – спросил Люк.

Эбби ухмыльнулась. Он повернул к себе ее лицо и страстно поцеловал в губы.

– Я бы хотел кое-чего вкусненького перед ужином. – Он провел языком по ее губам. – Не составишь мне компанию?

Ее пульс участился. Ничего не изменилось. Люк только дотронулся до нее, а она уже захотела на него наброситься. Спустя почти два года брака Эбби таяла от каждого его поцелуя.

– Если твой сын угомонится после купания, то может быть, – застенчиво ответила она, откинув волосы. – Но ничего не обещаю.

Люк покачал головой и открыл дверцу машины.

– Ну ты и вертихвостка, миссис Морелли, – пробормотал он. – А вот и миссис Бэйнбридж, как заказывали.

Домработница уже поджидала их на пороге дома.

Она всегда была рада их видеть, а Мэтью, кажется, полностью завоевал сердца этой супружеской пары.

– Как добрались? – Миссис Бэйнбридж подняла из багажника сумку с детскими вещами.

Эбби выскочила из машины, поздоровалась с ней, открыла заднюю дверцу и высвободила Харлея.

– Неплохо, – ответила она. – Особых пробок не было. Иди гуляй, Харлей, – сказала она собаке, и пес помчался к мистеру Бэйнбриджу, который обрезал живую изгородь, огибавшую газон перед входом. Эбби и садовник обменялись улыбками. – Как вы, мистер Бэй? Все трудитесь в поте лица?

– Потихоньку, миссис Морелли, потихоньку, – сказал он и почесал Харлея за ухом.

– Он только что пил чай с лепешкой, – сухо заметила миссис Бэйнбридж. – И вообще, он не перерабатывает, миссис Морелли. Теперь ему помогает тот парень, Сэм, которого вы наняли.

Вылезший из машины Люк с наслаждением разминал спину. Хотя с аварии и прошло больше двух лет, правое бедро давало о себе знать, особенно если он долго находился в одном положении.

Но в целом Люк добился удивительных результатов. Может быть, потому, что никогда в жизни не был счастлив так, как теперь. Оливер Морелли считал Эбби главной причиной его выздоровления и очень гордился невесткой и поэтому в их поместье был частым гостем.

– День сегодня выдался прекрасный, и вроде обещают такие же выходные. – Миссис Бэйнбридж заглянула в машину. – Достать ребенка из кресла?

– Я сам, – поспешно вызвался Люк, многозначительно переглянувшись с Эбби. Домработницу потом будет трудно оторвать от малыша.

– Выходные пройдут на славу, – сказала Эбби и, подхватив сумки, направилась за домработницей в дом. – Здесь так здорово! А вот в Лондоне дождь.