Женщина с солнечной улыбкой - Дженнифер Фэй

В мгновение ока автомобиль выехал на оживленную нью-йоркскую дорогу и направился к дому Софии. Ей остались считанные минуты рядом с Нико. Она молчала, пока он отправлял текстовые сообщения. София не спрашивала, с чем он работает.

Она должна сообщить Кайре о том, что вернулась в Нью-Йорк. Но София сделает это позже.

— У тебя все в порядке? — Голос Нико вырвал ее из размышлений.

— Хм, да. А что?

— Просто ты сегодня очень молчаливая. Я волновался, не тошнит ли тебя.

— Нет. У меня все нормально, — солгала София.

Ее немного тошнило утром. Но сейчас трудно сказать, то ли это из-за беременности, то ли от мысли о предстоящем расставании.

— Просто скажи, если тебе что-нибудь нужно, — попросил он.

«Мне нужно скорее уйти от тебя, пока ты не разбил мое сердце». Хотя уже слишком поздно. Внезапно она подумала о том, что они так и не обсудили во время поездки.

— Мы с тобой не договорились, как будем воспитывать ребенка. — Она с трудом сглотнула, сжала руки и постаралась игнорировать шум в ушах. — Я хотела бы вырастить его в Нью-Йорке. У меня большая шумная семья, но она очень добрая. Они обрадуются, узнав о ребенке, и мне не придется нанимать няню. — Нико хмурился, и она поняла, что не сказала о главном. — Ты сможешь приезжать к нему в любое время.

София не могла смотреть ему в глаза. Не нужно, чтобы он увидел ее разочарование. Она отвернулась к окну. Они почти приехали и совсем скоро расстанутся, а Нико ничего не ответил. Она не понимала, о чем он думает, и чувствовала себя неуютно.

София заставила себя повернуться к нему:

— Нико, скажи, пожалуйста, что-нибудь.

— Мне нечего тебе сказать.

— О… — Она знала, что со своими деньгами он может нанять целую армию нянек, чего она никогда не сможет себе позволить. Но он казался разумным. Вряд ли захочет судиться с ней из-за ребенка.

Нико откашлялся:

— Почему бы тебе не вернуться со мной в пентхаус? Посмотришь отель.

Нет. Под взглядом его завораживающих серо-голубых глаз можно совсем потерять голову. Она уже и так запуталась. Не стоит ничего усложнять.

— Мне очень жаль, но меня ждут родители. — София позвонила им из аэропорта. Мать, вероятно, уже готовит спагетти с фрикадельками, а еще позвонила теткам, кузенам и кузинам Софии, которых огромное число.

— Ты уверена?

Она кивнула.

— Ладно.

«Просто найди себе занятие!»

Об этом Нико твердил себе все утро. Если заняться делом, не придется думать о расставании с Софией.

При свете дня все изменилось. Казалось, они снова стали смущенными людьми, встретившимися в бунгало «Блю тайд резот».

Нико посмотрел на Софию, которая разглядывала шумный город. Ему вдруг захотелось снова предложить ей пожениться, но он не решился. Она была слишком молчаливой и сдержанной. Должно быть, сожалеет, что они снова занимались любовью.

Хотя прошлой ночью ему показалось, будто она наслаждается близостью так же сильно, как и он. От разочарования у него скрутило живот.

Не в состоянии выяснить, что творится с Софией, Нико решил заняться понятным ему делом — продажей отеля Стравосов на Манхэттене. Этот отель ему особенно нравился.

— Я собираюсь оставить отель в этом городе за собой.

— А я думала, ты решил продать Кристо все отели.

— Переговоры до сих пор продолжаются. И у Кристо уже есть отель на Манхэттене, в котором ты собираешься работать.

— Зачем оставлять, если распродаешь все остальные? Ты вроде бы хотел вложить свои активы в судоходство.

Он пожал плечами:

— Я могу позволить себе этот каприз. И отель пригодится, когда буду проводить много времени в Нью-Йорке.

— Ты собираешься часто сюда приезжать?

Чему она удивляется? Неужели решила, что он в конечном счете станет копией деда и будет только работать?

— Я буду ездить между Грецией и США, планирую расширить судоходный бизнес в Штатах.

— А я не знала.

Нико не успел сообщить ей главную причину частого приезда в Нью-Йорк, потому что автомобиль остановился перед ее домом. Входная дверь распахнулась, и из дома выскочили улыбающиеся люди.

Не желая потерять Софию, он затараторил:

— София, поехали со мной. У нас все получится.

Она покачала головой и несколько раз моргнула:

— У нас ничего не получится.

— Почему нет? Мы хорошо узнали друг друга в этой поездке. Если тебя волнует мой бизнес…

София посмотрела на свою семью, потом на Нико:

— Ты любишь меня?

Он открыл рот, но не произнес ни слова. Он хотел сказать ей то, что она желала услышать, но, по правде говоря, не знал, любит ли ее по-настоящему. Он не понимает, что такое любовь, потому что никогда не любил.

Да, он ни разу не влюблялся. Хотя к Софии испытывает определенные чувства, но не знает, как выразить их словами.

Молчание затянулось.

— Я так и думала. По-моему, для нас обоих и для нашего ребенка лучше, если мы покончим со всем этим и постараемся остаться друзьями.

Выйдя из машины, она шагнула в толпу любящих ее людей.

Нико не собирался уезжать, хотел познакомиться с семьей Софии. Она нахмурилась, когда он вышел и подошел к ней. Он желал встретиться с людьми, которые окажут сильное влияние на его сына или дочь.

Пожилая женщина с проседью в темных волосах посмотрела на него и спросила:

— София, кто твой друг?

— Мама, это Нико. Хм, мистер Стравос.

— О, ты у него работаешь?

Покраснев, София кивнула. Нико догадался, что ее семья по-прежнему не знает о ее беременности.

Он протянул руку матери Софии, и та, притянув его к себе, крепко обняла. Он не привык к подобным приветствиям.

Женщина отстранилась и одарила Нико понимающей улыбкой. Она, по-видимому, не поверила объяснению дочери.

— Я рада с вами познакомиться, мистер Стравос!

— Пожалуйста, называйте меня Нико.

— А вы меня Марией.

К Марии подошел пожилой мужчина. Нико догадался, что это отец Софии.

Она наклонилась к нему и прошептала:

— Тебе здесь не место. Пожалуйста, уходи.

Посмотрев на ее любящую семью, Нико вновь осознал, что ему нечего предложить Софии. На плечи тяжким грузом лег ее отказ и собственное чувство вины. Придется забыть о будущем с ней, иного выхода нет. По крайней мере, они расстаются друзьями.