Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй

— Как? – Линь Цюши ухватился за последнюю фразу.

— Я прочитал множество источников из узнал, что в университете уже давно существует эта легенда, — поведал Чжоу Ханьшань. – Вот только её последнюю часть Чжу Жуюань нам не рассказала.

— И что она от вас скрыла? – Гу Лунмин даже выпрямился.

— Должен состояться равноценный обмен. Статуя исполнит ваше желание, но и вы должны исполнить желание статуи. Но я пока не уверен, каково желание статуи. А вдруг она хочет, чтобы мы все погибли?

Слушая Чжоу Ханьшаня, Линь Цюши вспомнил фразу из подсказки к этой дверь – «Око за око, зуб за зуб».

Они с Гу Лунмином переглянулись, достигнув полного взаимопонимания.

— Почему ты раньше нам об этом не рассказал? – Гу Лунмин всё ещё сердился на Чжоу Ханьшаня за обман.

Тот лишь молча опустил голову.

И вдруг до Линь Цюши дошёл смысл молчания Чжоу Ханьшаня.

— Желание Чжу Жуюань… как-то связано с тобой?

Чжоу Ханьшань вздрогнул и со слезами прошептал:

— Я не хочу умирать…

Этой фразой он практически подтвердил догадку Линь Цюши.

Чжу Жуюань и Чжоу Ханьшань были парой, но раз последний всё время скрывал от них этот факт, у Линь Цюши была причина полагать, что девушка пожелала, чтобы её парень навсегда остался с ней. Оживить мертвеца? Невозможно. Более простой способ – убить живого.

— Прошу вас, я правда не хочу умирать, — сквозь плач повторил Чжоу Ханьшань. – Мне правда очень страшно…

— Ты любил её? – нахмурившись, спросил Гу Лунмин.

— Наверное, я и сам не знаю… — ответил парень. – С той самой секунды, как я узнал о ней правду, все мои ранние воспоминания, связанные с ней, стали размытыми… Я уже почти ничего не помню. – Он говорил, будто блуждая в своих мыслях, и вдруг запнулся и с явственным ужасом в глазах посмотрел в окно.

Линь Цюши тоже повернулся и увидел там девушку, длинноволосую и бледную. Она стояла прямо за окном и с почти осязаемой ненавистью глядела на людей в комнате. Они находились на втором этаже, а снаружи не было ни балкона, ни подоконника. Вне всяких сомнений, это была Чжу Жуюань, которая когда-то встречалась с Чжоу Ханьшанем.

Едва заметив девушку, Чжоу Ханьшань от испуга закричал и снова потерял сознание, упав на кровать. Спустя мгновение девушка за окном исчезла, будто её мертвенно-белое лицо им всего лишь померещилось.

Но и Линь Цюши, и Гу Лунмин были уверены – Чжу Жуюань действительно приходила увидеть возлюбленного…

Парадокс

Чжу Жуюань приходила, и не просто приходила, а ещё и слышала всё, о чём они разговаривали.

Чжоу Ханьшань задрожал как испуганный мышонок, несчастная, загнанная в угол жертва, не способная сделать вдох от страха.

— Она слышала… — его голос тоже дрожал. – Она всё слышала.

Гу Лунмин похлопал парня по плечу и совершенно неискренне утешил:

— Не думай об этом. Она и без того хотела тебя прикончить, поэтому какая разница, слышала она или нет?

Судя по лицу Чжоу Ханьшаня, утешение не сработало.

Впрочем, если бы не Линь Цюши и Гу Лунмин, бедняга умер бы уже несколько раз, либо от стекла возле учебного корпуса, либо под упавшей с потолка библиотеки люстрой. Все эти события говорили об одном: смерть преследует Чжоу Ханьшаня попятам, малейшая неосторожность – и он лишится жизни.

— Что же мне делать? – пробормотал Чжоу Ханьшань, глядя на Линь Цюши. По его подавленному виду казалось, что из него выкачали все силы.

— Рано или поздно всё разрешится, — заверил Линь Цюши. – А сейчас вспомни как можно подробнее, не совершала ли она каких-либо особых действий, когда вы загадывали желание?

Если на этот раз Чжоу Ханьшань не лгал, в самом процессе загадывания желаний произошёл серьёзный сбой. Студенты положили начало обряду, но не закончили его, что и позволило Чжу Жуюань делать с ними, что вздумается.

— Не совершала ли она собых действий? – переспросил Чжоу Ханьшань. – Особых… — подумав немного, он всё же покачал головой: — Ничего такого не припомню. – Затем неуверенно добавил: — Прикасаясь к ней, я чувствовал, словно прикасаюсь к статуе… Это можно считать особенностью?

— К статуе? – удивился Гу Лунмин. – А с виду ничего не поменялось?

— Нет, — уверенно сказал Чжоу Ханьшань. – Не поменялось…

Если бы девушка по-настоящему превратилась в статую, это наверняка заметили бы все остальные студенты.

Линь Цюши вдруг кое о чём вспомнил:

— Кто, говоришь, первым загадывал желание?

— Я, — Чжоу Ханьшань поднял руку.

— Она сама не загадывала?

— Она? То есть… Чжу Жуюань? – Чжоу Ханьшань постарался вспомнить. – Нет, она тоже загадала. – В глазах парня отразился ужас. – Точно… это ведь она была первой! И как я мог забыть такую важную деталь?

Когда выяснилось, что Чжу Жуюань – не человек, Чжоу Ханьшань по умолчанию определил для себя, что загаданное ею желание не имело смысла. И только после напоминания парень вспомнил, что первым, кто загадал желание, была именно она.

— Что она загадала?

— Она… она… — пробормотал Чжоу Ханьшань. – Я не знаю. Она сказала, что тоже загадала получить награду, но теперь я не очень-то в это верю. Мне кажется, она меня обманула. – Узнав об истинной сущности девушки, он перестал ей доверять.

Линь Цюши и Гу Лунмин молчали, синхронно обдумывая сказанное Чжоу Ханьшанем.

Вероятно, желание Чжу Жуюань заключалось вовсе не в том, чтобы получить награду на конкурсе, как она сказала. Возможно, она пожелала смерти всем находящимся рядом в тот момент, и теперь её желание постепенно сбывалось. Похоже, что сейчас во всём университете из тех несчастных в живых остался только Чжоу Ханьшань. Гу Лунмин бросил взгляд на Линь Цюши, и тот сразу уловил ход его мыслей.

— Выйдем покурить, — предложил ему Линь Цюши.

— Хорошо, — кивнул Гу Лунмин.

Совсем упавший духом Чжоу Ханьшань сидел, опустив голову, и Гу Лунмин сказал ему поспать ещё немного, как раз до ужина. Парень ответил без энтузиазма, очевидно, спать ему вовсе не хотелось.

Двое вышли в коридор, Гу Лунмин закурил и протянул сигарету Линь Цюши.

Но тот отказался от предложения.

— Что думаешь? – спросил Гу Лунмин. – У тебя ведь наверняка