Музыкальный приворот. Книга 1 - Анна Джейн

Я замедлила шаг, глядя на него с большим интересом. Ничего себе волосы у человека! Это нужно до какой ручки дойти, чтобы выбрать себе такую краску?

— Нин, посмотри на парня, — дернула я подругу за руку, но она уже не слушала меня, а подошла вплотную к стойке.

Одна из девушек щебетала по телефону, вторая вежливо с нами поздоровалась:

— Чем могу быть полезной?

— Мы на пресс-конференцию группы «На краю», — очень мило улыбнулась Нинка. — Куда нам пройти?

Я снова оглянулась — синеволосый исчез. Жаль.

Девушка сказала, как нам добраться до конференц-зала, и уже через пару минут мы там появились, попав из относительно спокойного холла в царство людского гомона. Журналисты переговаривались, звонили куда-то по телефонам, кто-то смеялся, а кто-то щелкал фотоаппаратом, проверяя, вероятно, как он работает.

Все здесь произвело на меня впечатление: довольно большое светлое помещение с высокими потолками, большим количеством осветительных приборов и небольшим полукруглым возвышением, на котором находился длинный стол с высокими стаканами и напитками и табличками, на которых значились имена участников группы. Позади стола располагался масштабный по размерам стенд, на яростном темном водно-синем фоне которого были в полный рост изображены все участники группы «На краю». Это были пятеро довольно-таки эффектных парней в мрачной одежде и с абсолютно постными лицами, в которых просматривалась то ли готическая печаль, то ли полнейшее равнодушие к окружающему миру, то ли высокомерие.

На заднем плане стенда неизвестный художник-оформитель расположил полупрозрачный сине-бело-фиолетовый силуэт озлобленного водного дракона с раскрытой пастью, извергающего серо-голубое полупрозрачное пламя, складывающее в буквы «НК» — инициалы любимой российской Нинкиной рок-команды.

Чуть ниже этой сцены стояло несколько громоздких профессиональных телекамер. За ними, в небольшом отдалении, располагалось рядов десять или двенадцать мягких и широких красных стульев с высокими спинками. Большая часть из них уже была забита людьми. Как Нинка и говорила, журналисты здесь были одеты весьма неброско и совсем неофициально. Например, мужчины почти все в джинсах и свитерах, а вовсе не в костюмах, как наивно полагала я.

— Какой милый! — загляделась подруга на своего Кея, изображенного на плакате ровно посередине, в окружении сотоварищей по музыкальному оружию.

— Потом полюбуешься! Нам некогда.

— Да-да… Пошли искать место в первом ряду, — сказала Нинка и, несмотря на боль в ноге, уверенно устремилась вперед.

Свободных мест впереди не оказалось. Зато я увидела в одной из больших включенных камер маленький объектив, в котором видны были места за столом, предназначенные участникам группы.

— Смотри! Классно сделано! — показала я пальцем на камеру, как ребенок.

Подруга тяжело вздохнула, пробормотала что-то про «детство в одном месте» и пошла дальше вдоль первого ряда.

Осмотревшись, Нинка пощелкала языком.

— Вот козлы, заняли все. Ладно, жди здесь, Ниночка все сделает по высшему разряду.

Она вновь огляделась, немного подумала и с крайне серьезным видом подошла к невысокому мужчине в зеленом пуловере. Она задумчиво крутил в ухе серьгу и тыкал пальцами в сенсорный экран мобильного телефона.

— Простите, это вы хозяин серебристой «Хонды»?

Тот удивленно поднял голову, оставив серьгу в покое:

— А что?

— М-м-м, понимаете, ее, кажется, хотят угнать. Я просто видела вас, когда заходила в клуб, а когда вы ушли, возле двери вашего авто стали…

— Спасибо, девушка! — выкрикнул мужчина и ринулся в проход со скоростью торпеды.

Место освободилось.

— Какая вы молодец! — уважительно заметила сидящая рядом дама лет сорока пяти. Никогда бы не подумала, что на пресс-конференции альтернативной молодежной группы могут быть такие взрослые и серьезные женщины! Понимаю, если бы это был концерт какого-нибудь Баскова или Киркорова…

— Это мой долг, — скромно потупила глаза Нинка.

— Для журналиста быть внимательным — это очень важно, — наставительно произнесла ярко-красным ртом женщина. — Нужно быть зоркой, чтобы ничего не проморгать. Только такие выживают в нашем мире, — и она самодовольно улыбнулась, явно причисляя себя «к таким».

— Верно! Надеюсь, у этого мужчины все будет в порядке с его машиной.

— Садитесь, девушка. Пресс-конференция уже должна начаться.

— Я лучше посажу свою… коллегу, — кинула взгляд на меня Нинка. — У нее, знаете ли, зрение очень плохое. А сама я пойду в конец.

Женщина покачала коротко стриженной головой:

— Ваша заботливость не доведет вас до добра.

Нинка только улыбнулась.

— Садись, Катька, — подтолкнула меня подруга по направлению к одиноко стоящему красному стулу. — Отсюда ты все будешь прекрасно видеть и превосходно слышать.

Я выразительно закашлялась. Нинка повелительно кивнула мне.

— А ты? — спросила я, усаживаясь на мягкое сиденье и удивляясь щедрости Нины. — И как ты узнала, какая тачка у того зеленого?

— Тебе же сказали — внимательной нужно быть, — шепотом ответила Нинка. — Между прочим, он вместе с нами приехал, и я видела, на каком авто. Он не оставил его на охраняемой стоянке, потому что она вся забита. А я немножко соврала, чтобы он свалил.

— Вот дурак! — захихикала я, представляя, как мужик с серьгой прибегает к машине, а с ней все в порядке.

— Если бы я тебе сказала, что твою машину хотят угнать, ты бы сама побежала сломя голову, — серьезно ответила подруга. — Вот это тебе, — протянула она мне пластиковую прозрачную папку с листами бумаги, на которых было что-то напечатано, — тут вопросы, которые ты постараешься задать группе. Сама бы задала их своему Кеечке, но мне пора.

— Куда пора? — вцепилась я в девушку, машинально схватив папку — Ты мне ничего не говорила! Я не хочу здесь сидеть одна! Нинка!

— Я пошла делать то, ради чего мы сюда и приперлись, — выразительно покосилась она на женщину, которая явно прислушивалась к нашему шепоту.

— Я тебя сейчас убью, — прошипела я.

— Дорогая, просто сиди здесь и записывай ответы мальчиков на вопросики журналистов. И сама спрашивай. Этот мудак Сеточкин, — поморщилась она, одновременно забирая из моих рук черный пластиковый пакет с магическими атрибутами от экстрасенса Альбины, — заставил меня пообещать, что я задам «На краю» его дебильные вопросы. Он даже их записал. Вот, Катенька, тебе еще диктофончик, блокнотик и ручка. А я побежала!

— Но… — попыталась возразить я, ошеломленная таким предательством.

— Без но! Это поможет написать мне статью! Спасибо за помощь. Ты самая лучшая на свете подруга!