Загадай желание - Оливия Голдсмит

Остаток дня был очарователен. Клэр не позволила Майклу нести ее подарок, хотя он и предлагал ей. Она держала в руках пакетик и думала: «Что значит для него время, которое мы провели вместе, – просто приключение во время уикенда или нечто большее?» Она пробовала отогнать эту мысль и слушать вместо этого милые анекдоты Терри о крошечном отделении полиции в Марбл Арк.

По дороге Клэр узнавала некоторые из достопримечательностей, мимо которых они проезжали, смущаясь при этом, но Майкл держал ее за руку, и этого хватало для ощущения полного счастья. Он повел Клэр завтракать в Национальную портретную галерею, и им удалось даже занять столик у окна. Ресторан располагался на самом верху, и оттуда открывался невероятный вид на черепичные крыши, дворик галереи, шпиль церкви Святого Мартина и спину адмирала Нельсона, стоящего на своей колонне.

Клэр тут же пришла на память «Мэри Поппинс». Кто-то сказал, что нельзя считаться любителем музыки, если при звуках увертюры к «Вильгельму Теллю» не вспоминается Одинокий Охотник. Похоже, и с ней то же самое: надо вырасти из детских клише, чтобы воспринимать Лондон, как взрослые.

– Не каждый день можно вот так завтракать, глядя на задницу Нельсона.

Клэр рассмеялась и даже не возражала, когда Майкл заказал белое вино. Дома она редко пила за обедом, а во время ланча – и того меньше.

После восхитительного завтрака, к ее удивлению, Майкл даже не остановился, чтобы посмотреть на портреты королей, королев и государственных деятелей на стенах.

– Забудь об этом, – сказал он. – Жизнь слишком коротка. Давай вершить нашу собственную историю. – Они поехали через Уайтхолл, мимо гвардейцев, как и столетия назад стоявших неестественно прямо, по Вестминстерскому мосту и на другой берег Темзы.

– Если тебе понравился этот вид, то я знаю и лучше. – Они сидели в огромном колесе обозрения, Клэр никогда не видела прежде ничего подобного. Каждая кабинка была закрыта и походила на пластмассовое яйцо, достаточно большое, чтобы вместить в себя людей. Аттракцион находился прямо на реке, и конструкция казалась хрупкой и слишком высокой. И конечно, стояла длинная очередь желающих попасть туда. И снова изящно и скромно Майкл получил желаемое, и они заимели отдельную кабинку. Теперь Клэр поняла, почему это чудо называли «Глазом» – оттуда открывался самый невероятный вид города, который она могла когда-либо представить. Это напомнило ей о Венди из «Питера Пэна», улетающей из окна детской в лондонское небо.

– Жаль, я не взял бинокль, – сказал Майкл.

– Разве не забавно, когда люди забираются на высоту и пользуются биноклем, чтобы рассмотреть то, что осталось на земле?

Мгновение он смотрел на нее.

– Ты забавная, – проговорил он. Клэр не успела обдумать эти слова, потому что он ее поцеловал.

«Глаз» сделал полный оборот почти за полчаса, все это время руки Майкла лежали на ее руках, а они целовались. Выйдя из кабинки, он снова взял ее за руку и повел назад к Терри.

– Мне жаль, что мы не можем пообедать вместе, – сказал он. – Ты просто восхитительна.

Терри открыл им дверь, и Клэр чувствовала себя каким-то сокровищем, драгоценным камнем в роскошной оправе. Когда Майкл сел рядом с ней, она прильнула к нему.

– Время пить чай, – объявил он. – Нашей компанией будет мой друг и коллега. Он слегка занудлив, но – член парламента, и мы получим кое-какие привилегии, например позавтракать на террасе.

Клэр была слишком застенчива, чтобы спросить, членом какого парламента был его знакомый. Но когда они проехали мимо Биг-Бена и припарковались перед зданием парламента, она поняла. Невилл Чэнбли-Смит был почти такого же размера, как и его имя, – полный мужчина, ненамного старше Майкла, но с огромным животом, раскормленным красным лицом и большим лбом, на котором волосы, казалось, были усыпаны крошечными капельками пота. И хотя друг Майкла был решительно непривлекателен, в общении оказался чрезвычайно приятен. Он проводил их через Готические ворота к открытой террасе, расположенной прямо на реке.

Солнце припекало, и Клэр этого было достаточно, чтобы снять плащ. Пока Невилл и Майкл говорили о евро, она поедала крошечные бутерброды и такие же маленькие пирожки. Клэр незаметно расстегнула ремень слаксов и сказала себе, что надо прекратить есть. С этими обильными завтраками, восхитительными ленчами, прекрасными чаями и обедами с пудингом она дошла бы до шестнадцатого размера раньше, чем вернулась домой.

После того как стол был опустошен и день перевалил за свою половину, они покинули Невилла Чэнбли-Смита, члена парламента, и вернулись в ожидавший их автомобиль.

– Поезжайте в гостиницу, – сказал Майкл Терри.

И хотя было напряженное движение, Клэр успела увидеть Пимлико, вокзал Виктория, Итон-плейс и Слоан-сквер, прежде чем они дотащились до отеля.

Когда они вернулись в номер, Майкл взял в руки ее лицо и еще раз поцеловал.

– Жаль, у меня нет времени на быстренький перепихончик. Впрочем, я все равно их не слишком люблю. – Он улыбнулся, и она улыбнулась в ответ. – Мне надо принять душ, побриться и переодеться, – сказал он. – Жалко, что ты останешься одна. Все будет хорошо?