Подари мне себя - Зоя Анишкина

После последних истерик, я вдруг остро ощутила, что не имею права лишать своего сына этого взгляда. Я сделаю все, чтобы предоставить этим двоим мужчинам возможность быть вместе. Оставшийся выбор за ними. Точнее, за Максимом.

Если он захочет стать отцом, я не стану ему мешать.

Я пристально всматривалась в его лицо. Оно было хмурое, сосредоточенное, словно в его голове должен был сложиться пазл. Внезапно он, почувствовав мой взгляд, посмотрел на меня.

Взгляд этих голубых глаз пробирал до мурашек. Словно он тоже пытался залезть ко мне в голову и понять, что я думаю. Понять, что еще я могу выкинуть.

Мысленно я пообещала себе попробовать больше не психовать и не истерить. Попытка не пытка.

Вообще, после того, что произошло утром, во мне что-то сломалось. Какая-то часть меня почувствовала, что готова еще раз попробовать. Еще раз поверить мужчине.

Даже не то чтобы поверить — признаться самой себе… Скучала. Безмерно, до хрипоты в голосе скучала и хотела быть рядом. Без всяких «но», несмотря на его слова с того чертова диктофона. Несмотря на заскоки и приступы самостоятельности.

Я хочу ловить этот проницательный взгляд на себе по утрам. Хочу просыпаться от ощущения, что он ТАК смотрит на меня.

Максим присел рядом и молча взял мою руку. Нет ничего более странного в моей жизни, чем наши отношения. Отношения вопреки мне, вопреки ему. Вопреки всему на свете — ведь мы даже их не начинали по большому счету.

Это как в любовном романе — просто так случилось, и мы вот-вот преодолеем все трудности и сложности. И будем вместе. Будем совершенно, абсолютно точно вместе. Опять же вопреки всем и всему.

Наконец в кабинете врача повисла тишина. Я вынырнула из своих мыслей, поймав на себе и Максиме вопросительный взгляд доктора. Она с улыбкой смотрела на нас. Первым очнулся Максим:

— Простите, вы что-то сказали?

Она покачала головой:

— Молодые люди, витаете в облаках, словно полгода не виделись. Спускайтесь уже к нам, смертным, — она снова тепло улыбнулась, а мы переглянулись. — Вам скоро родителями становиться, а вы такие невнимательные.

Доктор поставила все датчики на место и стала заполнять бумаги. Она протянула Максиму несколько фото нашего малыша.

— У вас все неплохо, чудесный мальчик. Но уже стоит позаботиться о контракте. Я же правильно поняла, что рожать будете платно?

Я так далеко не заглядывала и удивленно подняла брови. Сзади с ноги на ногу переминался Макс. Я перевела вопросительный взгляд на него. Он застыл, очевидно, в ожидании моей очередной истерики.

До этого момента я и вправду хотела возмутиться, какого он решил за меня, как мне рожать. А потом внезапно поняла, что не против! Я действительно не против рожать платно, в хорошей клинике, у опытного врача.

Да мне же страшно, в конце концов! Я хочу в надежные руки, полноценно оплаченные. И палату хочу большую и чистую. И еду вкусную. И жить в этой палате хочу одна! И нянечку тоже хочу.

— Мирослава Илларионовна, я так понимаю, супруг вам о своем решении еще не поведал?

Врач весело смотрела на меня. Я же сначала не поняла, о ком она.

— Я только развелась, и упаси боже моему супругу решать, где мне рожать!

Сзади что-то хрустнуло, и я поняла, что это ручка в руках Макса. Упс. Сморозила глупость! Я густо покраснела, а доктор с интересом меня рассматривала.

Надо было исправлять ситуацию.

— Нет-нет, я хочу рожать платно! Желательно в лучшем центре. Тут я абсолютно согласна с отцом моего ребенка.

Мой затылок неимоверно жгло. Должно быть, Макс решил там проделать дыру своим взглядом. Уверена, что его глаза сейчас насыщенного темно-синего цвета. И сам он изрядно зол.

— Ну, тогда ознакомьтесь с нашим списком специалистов. Наш центр — один из лучших в России. На таком сроке уже можно смело заключать контракт и налаживать взаимодействие с врачом. На этом, пожалуй, все! Желаю вам удачи!

Доктор энергично закрыла журнал приема пациентов и бодро указала на дверь. Интересная женщина.

Я очень медленно и тщательно вытирала с живота гель. Все это время в воздухе кабинета держалось напряжение. Но я так просто не сдамся. Я беременная, и меня нельзя обижать.

В мыслях же я уже давно смылась в спасительное уединение своей квартиры. Хочу домой. Натянув на себя одежду, я легкой, насколько это возможно в моем положении, походкой отправилась в гардероб.

Там мне на плечи опустилось мое розовое облако. Руки Макса меня слегка обняли. Молча мы сели в его автомобиль. Слегка не хватало моего вишневого друга на колесах. Но заговорить с ним об этом я пока не решалась.

Вскоре мы остановились у какого-то здания. Дверь открыл хмурый Олег. Иногда мне было его жаль. Бегает по городу, как сайгак, с поручениями Макса, а тут еще я.

— Поговорили? — мне было искренне интересно. Я попросила его ввести Артема в курс дела. А там пусть он сам разбирается. Уверена, что его пасет его же отец. Все это время пас.

— Поговорили, но он до сих пор отрицает возможность слежки.

— А что ты думаешь по этому поводу? — вслед за мной из машины вылез Макс.

— Думаю, что она права и мы все под колпаком. Гера уже работает в этом направлении. К вечеру будут данные. Ты ее сюда поболтать привез?

Олег резко сменил тему, и я сразу напряглась, почувствовав подвох. Пахло здесь так себе… Пахло очередной выходкой отца моего ребенка.

Подул прохладный зимний ветер, и я сильнее закуталась в пуховичок. Посмотрела на Макса, но тот был полон какой-то злой решимости. Он взял меня за руку и потащил в сторону здания с колоннами.

Я поплелась следом, переваливаясь, как пингвин. Бросила взгляд на здание. Вот черт!

Огромная вывеска гласила: «Дворец бракосочетаний». Да ни за что на свете!

Я выдернула руку. От резкого движения меня немного занесло, а пуховик на кнопках разошелся. Пришлось быстро, покачиваясь, снова запахиваться.

— Сдурел?!

Он развернулся, подошел. Внимательно осмотрел меня. Затем неожиданно скользнул вниз, и земля ушла из-под моих ног. Буквально.

Макс подхватил меня, словно пушинку, и понес в сторону загса.

— Я не пойду замуж снова! Какого ты привел меня сюда? Пусти!

Я брыкалась. Но старалась делать это аккуратно, так как с животом моего размера это было крайне опасно.

У входа в загс парадные двери распахнулись, и на нас вывалилась шумная толпа молодежи. Ребята были одеты в костюмы цвета баклажан, а девушки — в летящие платья всех оттенков розового. Все были без верхней одежды, создавая любопытную летнюю картину.

Они выстроились по обе стороны и громко закричали. Тут девушка с краю заметила наши застывшие фигуры и подлетела. Буквально одним взглядом заставила Макса поставить меня на ноги и втянула в край процессии.