Парень моей подруги - Милана Стоун

А когда она машет Рязанову, и он обращает на нас внимание, я от неожиданности покрываюсь потом.

Он идёт прямо в нашу сторону, я же начинаю нервничать, но не могу избавиться от крепких рук подруги, что удерживают на месте.

Смотрит на нас по очереди и странно так улыбается, с хитринкой, словно задумал что-то не очень хорошее, то, что мне явно не понравится.

И правда. Ведь я совсем не могла ожидать того, что он перепрыгнет пару ступенек под рев девчонок и подойдет так близко, что между нами не остается свободного пространства.

Наклонится и... Целует мою подругу.

Я буквально слышу чавкающие звуки позади себя и чувствую большие руки парня, что сжимают мою талию.

Крепко, словно в насмешку.

Что это за бутерброд?!

В этот момент готова провалиться сквозь землю или умереть от стыда.

Благо это все быстро заканчивается, и он отстраняется, оставляя меня в ошарашенном состоянии.

Его глаза горят, когда он смотрит на меня и облизывает губы.

Он сделал это специально!

Такой довольный, что хочется залепить ему звонкую пощечину и спросить, как он посмел?

Что хотел этим доказать?

Я пытаюсь справиться с чувствами, что забушевали в груди, успокоить глупое сердце, что начало активно бить по ушам. Восстановить сбившееся дыхание и избавиться от навязчивого запаха парня, что стоит в носу.

Что. Это. Сейчас. Было?!

– Победа будет наша, – кричит он возбужденно, продолжая пялиться, словно за моей спиной стоит не его девушка! – Поэтому, как планировали, на нашем месте.

Не понимаю, о чем он говорит, и только спустя пару минут немного прихожу в себя.

Что я тут делаю? Что вообще только что произошло?

Он перешел на новый уровень и теперь будет лапать меня при своей девушке?

По вискам уже не то, чтобы стучит, бьет.

Бах. Бах. Бах. А внутри вскипает ярость, нарастает медленно, но верно.

Спокойно, Рита, все хорошо. Это была всего лишь очередная, неудачная шутка этого мудака.

Судя по его радостному лицу, он так и ждёт от меня эмоциональной реакции, специально нарывается.

Не дождётся. Мне плевать на него!

Я не дам ему сломить себя, не покажу, как это было неприятно.

– Эм, мне пора, – говорю достаточно громко и освобождаюсь от Светиных рук, что фыркает за моей спиной. – Хорошая игра, – говорю Филиппу, смотря прямо в его хитрые глазёнки.

Почему он так доволен?!

– Ты можешь пойти с нами. Место есть, да, милая? – обращается к подруге, а та хихикает в ответ и снова берет меня за руку, дёргая на себя.

Только сейчас я почувствовала явный запах алкоголя, что исходит от неё.

Мы же в универе! Здесь полно преподавателей, а она пьяна?

Как можно быть такой безрассудной, так и до отчисления недалеко.

– Мы пойдём в бар отмечать победу, – объясняет девушка мне на ухо в тот момент, когда Филиппа подзывает тренер, и он торопится на площадку, по пути перекидывается парой фраз с Котовым, который возник буквально из ниоткуда. – Ты тоже пойдёшь!

Куда? Я? В бар?

Она же прекрасно знает, что я не люблю эти посиделки с пьяными, шумными людьми. Мне больше нравится собираться в узком кругу с родными.

Но большой компанией... Спасибо, но нет.

В особенности, где будет присутствовать этот павлин, ее ненаглядный.

Раньше на такие пьянки меня не звали. Так, что изменилось? Почему в моей жизни все так резко поменялось, и теперь я не могу решать сама?

Все давят и решают за меня...

Поворачиваюсь лицом к ней, чтобы понять, что, черт подери, происходит. Почему она так себя ведёт, почему продолжает со мной общаться, да ещё и звать туда, где будет ее парень. После того, что между нами произошло!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Разве она не видит, что это хреновая идея?

Но она только смеётся на мои доводы и отвечает, что ничего страшного не произойдёт, будет много народу, и такие встречи у них происходят постоянно. И она ко мне не ревнует.

– Тебе разве не надоело сидеть в своей крошечной комнатушке? – спрашивает она, когда мы выходим из зала по окончанию игры. – Знаешь, иногда нужно развлекаться.

Согласна, но не так. Мое развлечение – это посмотреть фильмы или почитать, но никак не напиться до отключки и мучиться от похмелья на утро.

Хотя откуда мне знать, если я не пробовала так веселиться?

– Ты права, но сегодня у меня ещё кучу всего нужно переделать, поэтому я все же откажусь.

Выходим из душного помещения, я обнимаю ее, чтобы попрощаться.

Пока в голове зудит, что мне стоит как можно скорей слинять отсюда к чертовой бабушке, пока ещё чего не произошло.

– Какая же ты скучная, Воронцова. Именно поэтому у тебя никого и нет, – говорит насмешливо, думая, что может меня этим задеть. Но я только закатываю глаза. – Ну как знаешь, если что, то я не против.

Не против она...

Как раз это и пугает.

И пока я утопаю в своих мыслях, выходя из здания, неожиданно слышу вдали своё имя, оборачиваюсь, но там никого нет, наверное, показалось.

На улице уже темнеет, и из-за того, что снова прошёл дождь, придется обходить лужи.

На душе как-то неспокойно и ветер пробирается под одежду. Ёжусь и обнимаю себя руками.  Прибавляю шаг, когда иду по парковке, громко цокая каблуками.

Здесь до общежития недалеко, ничего страшного, я сотни раз возвращалась поздно вечером.

Слышу приближающиеся шаги позади и не успеваю повернуть голову, чтобы оглядеться, как меня хватают за плечо, а после слышу знакомый голос за спиной.

– Извини, но ты едешь со мной.