Босс моего бывшего - Лина Манило

Но на самом деле мне по-настоящему не хватает совсем другого человека. Сколько раз за эти дни я боролся с искушением отправить за ней Валеру, Юру – хоть чёрта лысого, лишь бы привезли Варю. Больше никого не нужно. Как капризный мальчик я хочу увидеть её. Чтобы сидела около, гладила по руке, заботилась, в глаза смотрела с сочувствием. Просто дышала одним воздухом со мной, но это только импульсы. Ничего не значащие желания, с которыми я успешно борюсь, загоняя их всё глубже и глубже.

От уколов меня снова рубит, и во сне к зыбкому образу Вари добавляется её аромат. Впервые девушка кажется настолько осязаемой: сотканной не из грёз и туманов, а из плоти и крови.

– Дима, – касается моей руки, и я сладко жмурюсь. – Дима…

– Мне так нравится, когда ты меня по имени называешь. Скажи ещё раз.

– Дурак, – по руке шлёпает, и я радуюсь, что это сон. Что не видит меня таким жалким, немощным, грязным даже. В эти дни у меня совсем не остётся сил на душ, только умываюсь да зубы чищу кое-как.

Да, всё-таки хорошо, что это сон.

Меня вдруг выталкивает из густого тумана. Распахиваю глаза, вмиг осознаю, кто я и где нахожусь. Сердце в груди стучит неистово, грозясь проломить в рёбрах дыру. Инфаркт, что ли? Да нет, что-то совсем другое – что-то приятное.

Да какого чёрта? Что тут происходит?

Рядом никого, а за окном ночь. Темноту неба рассеивает жёлтый свет фонарей и горящие в чужих окнах лампы. Комната пуста, но только не квартира. Кто-то определённо внутри есть, и это кто-то… поёт. Тихонько, на грани слышимости, женским голосом. Узнавание приходит резко, но этого просто не может быть. Что Варе тут делать? Наверное, лечение довело меня до острой фазы безумия, с которым теперь придётся жить.

Где только силы взялись? Ступаю на пол, штаны натягиваю и иду на голос. В коридоре узкая полоска света указывает направление, и с каждым шагом пение становится громче. Это определённо Варя, вот только её не может быть в моей квартире. Очередной сон! Бред!

Толкнув кухонную дверь, я оказываюсь в просторной комнате, и яркий свет вонзается иглами в зрачки. Глаза рукой прикрываю, привыкаю. Пение обрывается резко, вместо него звучит удивлённый вскрик.

– Почему замолчала? – спрашиваю у своего видения.

– Прости, я разбудила тебя.

– Ты мне снова снишься.

– Нет.

Нет?

Отнимаю руку от лица, глаза распахиваю, а передо мной Варя. Живая, настоящая. Распущенные тёмно-русые волосы струятся по плечам, завиваясь на концах, глаза большие и манкие, а длинные ресницы отбрасывают тень на щёки.

Такая красивая… безупречная.

Стоит спиной к распахнутому окну, вцепившись руками в подоконник. Стройные ноги скрещены в лодыжках, а коленки почему-то дрожат.

Опираюсь бедром на кухонный шкафчик, руки на груди скрещиваю, жалея, что не могу подойти и коснуться её, проверить, не чудится ли она мне. Не могу, потому что весь пропах лекарствами и потом. Впервые настолько противен сам себе, слабый и обессиленный, но чёрт его дери, счастливый.

– Мне о многом нужно у тебя спросить, но это потом.

– Спрашивай, – с трогательным трепетом в голосе разрешает, а я глаз не могу оторвать от её красивых ног, стройных и длинных. Ладони зудят от ощущения гладкости кожи, от тепла, которое надолго запомнил.

– Мне нужно принять душ, – говорю хрипло, и Варя кивает.

– Нужно.

– Всё настолько плохо?

– Ты… взъерошенный, – рукой в воздухе над головой проводит и смеётся. – Очень взъерошенный.

– А ещё грязный. Зачем ты ко мне прикасалась? Самому противно.

– Тебе было плохо, я не могла не прикоснуться. Зато ты сразу успокоился и уснул.

– Поможешь? – спрашиваю, отталкиваясь от шкафчика и назад отступаю.

– С чем? Ты скажи, я всё сделаю. Голодный? Или, может, кофе сварить?

– Не тарахти, – морщусь. – В ванной мне поможешь?

Её глаза похожи на два блюдца, в них непонимание и удивление плещутся. Забавная.

– Ты хочешь, чтобы я тебя искупала? – щурится недоверчиво, а я смеюсь её детской реакции.

– Я хочу, чтобы ты была рядом. Вдруг исчезнешь, если я в ванную уйду? Ну и да, не откажусь, чтобы ты меня намылила хорошенько.

– Нет, – качает головой, а я снова смеюсь, и так легко на душе становится.

– Нехорошо обманывать, Варвара, – языком цокаю. – Обещала всё сделать, а теперь заднюю включаешь. Вот и верь женщинам после этого.

– Я не исчезну, – уверяет, нервно сглатывая, и крепче хватается за подоконник, будто если отпустит, тут же на пол рухнет.

– Не верю. Я вообще не верю, что ты настоящая.

– Я настоящая.

– Докажи, – усмехаюсь и киваю в сторону. – Там ванная. Пойдём.

Странное дело, но во мне сейчас пугающе много энергии. Откуда только что взялось? Но стоило увидеть Варю – нет, не так! Пение её услышать, и всё снова наполнилось красками, звуками, стало ярким. Удивительным.

В ванной снимаю штаны, считая про себя до десяти и обратно. И когда в голове мелькает “три”, за спиной появляется она.

И в какой момент я так сильно в неё влип?

– Не хочу тебя шокировать, но купаться я привык без трусов, – говорю с ехидной улыбочкой и поддеваю пальцами край резинки. По-детски провоцирую Варю, чувствуя себя слетевшим с катушек мальчишкой в поисках острых ощущений. Мечтающим поразить самую красивую в мире девочку прямым выстрелом в сердце.

Не помню, когда в последний раз позволял себе дурачиться, отпускал внутренние тормоза и мчал вперёд на полной скорости не за карьерными победами, а потому, что мне весело. А, оказывается, это так легко и просто: хотя бы на долбаный час забыться, отойти в сторону от бизнеса и проблем, отбросить маски и побыть самим собой.

– Не испугаешься, если я разденусь?

– Что я там не видела? – фыркает, но дрожь в голосе выдаёт её волнение. Так упорно пытается скрыть свои настоящие чувства, что это даже забавно. А ещё больно, потому что Варя противится им и всячески хочет отгородиться. Даже от меня отгораживается, как будто я не имею к ним никакого отношения. Будто бы не я их причина.

Бельё вниз оттягиваю, но не тороплюсь снять полностью, и в ответ получаю едва слышный вздох. Он заставляет воздух вибрировать, отдаётся сладкой дрожью под сердцем. Когда я таким сентиментальным и чувствительным стал? И, главное, нравится таким быть, прям кайфую, плюнув на всё.

– У меня красивая задница. Не грех ещё раз посмотреть, – наконец снимаю трусы, остаюсь голым, но не тороплюсь оборачиваться.

У меня нет цели её шокировать силой своего желания, которое снова беснуется, стоит Варе оказаться рядом. Я хочу её, и это не лечится. Но и напрыгивать на неё диким ревущим зверем не буду – мне слишком нравится эта случайная игра, в которую оказались втянуты.