Разрешаю смотреть - Мария Летова

— Ты не сказал умышленно! — наступаю я, потому что уверена в своей правоте.

Игнорирует моё обвинение, копошась в сумке. Он не сказал, потому что думал, я тогда сдам назад. Уверена в этом. Он просто манипулятор, клянусь. Если он изначально знал, чем всё закончится, значит, должен был иметь ответ на мой следующий вопрос.

— И что нам теперь делать? — спрашиваю, сжав губы и выгнув брови.

Выпрямившись, смотрит на меня из под своих тяжёлых тёмных бровей.

— Если есть “мы”, то всё решаемо.

— А “мы” есть? — требую я.

Требую, замерев и затаив дыхание.

Федя неожиданно выбрасывает вперёд руку и, обхватив ладонью мою щеку, дергает на себя мою голову и впивается в губы жёстким поцелуем. Хватаюсь за его футболку, пытаясь вздохнуть.

Прижав мой лоб к своему, заявляет:

— “Мы” — есть, будешь спорить?

Меня раздирает неуверенность.

“Мы” — это один раз секс, второй раз почти секс и три глубоких поцелуя? Ведь нормальные люди не влюбляются спустя неделю знакомства… Я его почти не знаю. Вообще ничего о нём! Какие-то обрывки информации, добытые из этого урюка наводящими вопросами.

— Ты меня забудешь… только в самолет сядешь… — шепчу, опуская глаза и глядя в пол.

— Ты умом поехала? Я тебя забуду? — изумляется он, подняв голову. — Я?

— Да, ты! — выпаливаю, поджав губу и скребясь по его груди ногтями.

Знаем. Проходили...

— А может, ты меня? На фиг я тебе нужен? — строит он своё собственное предположение.

— Дурак! — заверяю его.

— Взаимно, — кивает он, выпуская моё лицо.

— Я ждала комплимент, — сообщаю грубо, двигаясь вслед за ним по комнате, пока он собирает повсюду свои разбросанные вещи.

— Ты незабываемая. Когда тебя увидел, был шанс, что ты тупая, но не прокатило.

— Ты вообще когда-нибудь делал комплимент до сегодняшнего дня?

— Не делал.

— Заметно.

— Чем богат.

Остановившись рядом, в бессилии смотрю на то, как его руки пихают в сумку вещи.

В кармане его шорт звонит телефон. Быстро выхватив его оттуда, принимает звонок и, прикрыв глаза, говорит:

— Да, Кир.

Слышу мужской голос в трубке.

— Часам к десяти утра буду дома. Да, на связи.

Кладёт трубку, неподвижно глядя на сумку.

— Кто это? — спрашиваю тихо.

— Мой брат.

— Младший? — не могу остановить себя.

— Угу… — бормочет Федя, опустив руки вдоль тела.

Обвиваю его бицепс пальцами и прижимаюсь к нему лбом.

— Что у тебя случилось? Ты можешь рассказать мне всё-всё…

Подняв руку, прижимает меня к себе и бормочет в мои волосы:

— У отца инфаркт. Плохо всё. Он курил как паровоз.

— Ох… — шепчу, обнимая его талию и прижимаясь лицом к груди. — Давай я отвезу тебя в аэропорт?

Теперь мне становится понятно, о чём они говорили с Максом. И я понимаю: Федя хотел, чтобы Макс поехал с ним. Для него это было важно. Я ничего не знаю об их отце или о том, что в их семье происходит. То, что Федя не спешит выложить мне всё как на духу, говорит о том, что всё не так просто.

— Нет, — бескомпромиссно отрезает он в ответ на моё предложение, а потом шокирует меня следующим: — Вообще не садись здесь за руль, ты до молла час добиралась, а там всего семнадцать километров.

— Я хочу тебя отвезти, — стою на своём, задрав голову и глядя на него упрямо.

Я хочу о нём позаботиться. Хотя бы чуть-чуть.

— А я говорю — нет, — склоняет своё лицо к моему и чеканит.

Разжав руки, наклоняется и забирает из шкафа обувь.

Этот командирский тон возмущает меня неимоверно, но я понимаю, что устраивать склоки сейчас не время.

Быстро застегнув сумку, закидывает её на плечо и, замерев у двери, оборачивается ко мне. У него такой отрешённый вид, что я понимаю: он опять не здесь. А там. Дома. У себя дома.

— Позвоню тебе.

После этого он выходит за дверь, осторожно прикрыв её за собой.

На меня лавиной обрушивается осознание. Я остаюсь здесь без него! Я завтра его не увижу. Я вообще могу его больше не увидеть!? Отношения на расстоянии — штука сложная и не всегда удачная.

Мамочки...

Сорвавшись с места, несусь к двери и распахиваю её настежь.

Нагнав его в коридоре, врезаюсь в крепкое сильное тело и, обхватив ладонями лицо, прижимаюсь губами к его рту.

— Федь! Я...я…

Не знаю, что хочу сказать! Не хочу его отпускать вот так… не могу. Сердце в груди стучит как бешеное.

— Не скучай, Тыква… — шепчет мне в губы, используя моё дурацкое домашнее прозвище. — В тумбочке два билета на концерт. Хотел сводить тебя в среду. Ничего особенного. Местная рок-группа, можно послушать и не оглохнуть. Прошу, блин, возьми такси.

К моим глазам подкатывают слёзы, а в горле тугой ком. Я... никогда не влюблялась, чтобы вот так сразу. И никогда не расставалась с таким чувством обречённости.

Федя смотрит на меня пару секунд, а потом целует мой лоб. Отстраняется и, не оглядываясь, шагает к подъезжающей белой машине с шашечками такси.

Стоя на пороге дома в его футболке, смотрю на то, как забрасывает сумку в багажник и садится назад.

А через минуту его уже нет.