Не свободен! - Аврора Майер

Виолетта

В среду, когда я потеряла уже всякую надежду на возвращение шефа, ровно в десять дверь офиса открылась и вошёл Влад. Он выглядел словно полная, хотя и не очень хорошая копия Романа Валерьевича.

— Привет. А мы всё-таки встретились!.. — воскликнул радостно и немного взволновано.

Я открыла рот от удивления и не знала, как реагировать. Хотя вроде бы ничего и не случилось. Был один человек, его заменили другим. Только непонятно, зачем Влада одевать в такой же костюм и делать подобную стрижку, всё равно все заметят подмену. Также он был лишён бородки, которая привлекала к его лицу внимание и делала парня интересным. Всё это удивляло и сбивало с толка. Слегка затормозив, я всё же улыбнулась.

— Доброе утро. Какими судьбами? — задала вопрос, ответ на который уже вертелся в голове.

— Меня сюда распределили, сказали, освободилось место, — как-то неуверенно произнёс Влад, очевидно, даже не понимая, куда попал.

— А-а-а.

— Ты же мне поможешь во всём разобраться?

Я истерично засмеялась.

— В чём, например? Как вести дела? Это вряд ли… Но кабинет покажу.

Я переступила порог, и по коже пробежал мороз. Только сейчас осознала, что здесь масса личных вещей Романа Валерьевича.

— Так, Владислав, как тебя по отчеству?

— Нет, ты что! Не надо меня звать по отчеству.

— Поверь, это не моя прихоть, это правила этикета, я, конечно, как секретарь должна знать твоё отчество.

— Понял. Сергеевич.

— В общем, знаешь, в кабинете нужна уборка. Меня не предупредили, что ты придёшь, и здесь очень много вещей прежнего хозяина.

— Ничего, я аккуратненько их отложу в сторонку.

— Может, кофе?

Влад смотрел на меня странным взглядом. Не могла его точно разгадать, но что-то типа восхищения моим профессионализмом. Жутко гордилась собой. За два дня одиночества уже устала ничего не делать и с радостью готова была выполнять свои не такие уж и сложные обязанности.

— А ты составишь мне компанию? — несмело предложил Влад.

В ответ пожала плечами:

— Почему нет?

Шла к рабочему месту, и чувство, схожее с предательством, разливалось по всему телу. Я хотела работать только с Романом Валерьевичем. Прониклась к нему какой-то собачьей преданностью, а может, отзеркалила отношение Алисы к своему шефу. Только никого другого здесь видеть не хотела! Это был полный бред, глупость. Ведь я всего лишь сотрудник, который ничего не решает. Настроение упало ниже плинтуса, и из глаз едва не покатилась слеза. Я будто уже похоронила Романа Валерьевича.

Отыграла весь день «заботливую хозяйку», вводя парня в курс дела насколько могла. Фраза, сказанная Владом напоследок, меня ввергла в шок:

— Вот бы ты навсегда осталась моим секретарём.

Опять улыбнулась. Да боже упаси!

— Нет, меня ждут на прежнем месте, там они без такого ценного сотрудника просто зашиваются.

— Понимаю.

— Не переживай, с понедельника выйдет Лариса Васильевна, от неё толку гораздо больше, чем от меня.

Буквально убежала с работы, боясь долго оставаться наедине с новым руководителем, а мысли всё не отпускали. Как так, вообще, может быть? Всё ещё не знала, надеяться на то, что Роман Валерьевич жив или нет. Чувствовала, как никогда, свою беспомощность. У меня нет никаких доказательств, даже не знаю, где он живёт. А может, обратиться в полицию? Точно! Идея плотно засела в моей голове, но я решила её обдумать хорошенько.

Только добралась до дома — завибрировал телефон. Это была Алиса. Вдруг новости? Поспешила ответить.

— Алло. Да, я слушаю.

В трубке слышались всхлипывания.

— Что случилось? Что-то с Романом Валерьевичем?

— Да нет. Насчёт него ничего не знаю.

— Тогда что произошло?

— Вета, уволили… Уволили вместе с шефом…

И Алиса вновь разразилась горькими рыданиями. Меньше всего в жизни я могла представить, что она может так плакать.

— Алиса, хватит. Разве это неисправимая ситуация? Найдёшь другую работу.

— Вета, ну где же я найду? Ты что? На такое место только по большому блату. А мой шеф, к сожалению, был лишь бесплатным приложением к Роману Валерьевичу. Теперь осталось только в торговый центр идти.

— А хочешь, я подъеду и побуду с тобой?

— Да нет… Мне просто нужно кому-то выговориться. Вета, как ни странно, ты единственный искренний человек в моём окружении. Всем остальным у меня даже язык не поворачивается сказать.