Сводная не для меня - Тина Дорофеева

Я знаю Даню. И знаю Рязнова. Они оба не уступят и упустят возможности пободаться с кем-то.

– С чего бы мне их убирать? – Даня высокомерно заламывает бровь.

Антон делает шаг и выходит из за моей спины. Оказывается почти лицом к лицу с Даней, но пока молчит. Изучает.

Даня равнодушно встречает тяжелый взгляд Антона, пока я мысленно проклинаю обоих. Ну зачем вести себя как два придурка? Неужели без этого никак нельзя прожить?

– С того, что неприлично лапать чужое, – припечатывает Антон.

Даня удивлённо хлопает глазами. И это первая его настоящая эмоция с момента нашего появления. Быстрый взгляд в мою сторону, пока я пытаюсь не сдохнуть прямо тут от стыда.

– И кто это тут чужой, не просветишь? – голос Дани понижается, и это, блин, плохой знак.

– Ника, можешь выкинуть её из головы и выматываться отсюда.

Антон делает ещё родин шаг, становится ещё ближе к брату. И я не выдерживаю.

Втискиваюсь между ними и кладу руки на грудь обоим, чтобы хоть как-то привлечь внимание к себе. Хотя стоять между ними и ясно ощущать искры, которые отскакивают от Рязнова, то ещё удовольствие. Но я заставляю себя стоять неподвижно.

– Так, прекратили оба.

Мне удается взять себя в руки и добавить в голос жесткости и твердости. Антон опускает взгляд на меня. Ждет, что я буду говорить дальше.

– А если я этого не сделаю? – хочется зарычать от насмешливого голоса братца.

И даже хочется его сейчас двинуть по ноге за то, что дразнит. Хотя уверена, что он знает – нет в этом никакого смысла. Им нечего делить.

– Даня, блин, – все же девочка во мне побеждает, и я топаю ногой. Случайно наступив на ногу брату.

Он шипит и простреливает меня возмущенным взглядом. Выжимаю из себя ухмылку.

– Сейчас оба выключили свои пацанские замашки и включили мозги.

Даня фыркает.

– Пацанские замашки? Ник, о чем ты? – невинно хлопает глазками.

– Не делай вид, что ты не понимаешь, о чем ты и вырубай актера, – тыкаю ему пальцем в грудь.

– А ты не нападай на человека, пока не выяснишь все подробности, – перевожу взгляд на злого Антона.

Он вопросительно выгибает бровь.

– А какие тут могут быть подробности. Я так-то видел своими глазами, как этот кадр одаривал тебя букетами.

– И?

– Что и? Сейчас он тут что забыл? – Рязнов возвращает свое внимание на притихшего Даню.

Спасибо, что хоть брат замолк и не пытается больше разжечь искру по имени Антон. Качаю головой. Как же трудно с этими мальчиками.

– Даня, ты куда пропал? – в коридор выходит мама и окидывает нас недоуменным взглядом.

– О, вы уже приехали, а мы с Ромой и не слышали. Пойдемте, обед уже на столе. Данечка вот решил к нам в гости заехать.

Мама сегодня явно в отличном настроении. Вон вся светится прямо. И мне непривычно видеть её такую.

Даня не сопротивляется и бодрым шагом марширует за мамой. Я собираюсь сделать то же самое, но меня больно дергают за руку.

Вскрикиваю, пронзая Антона возмущенным взглядом.

– Че за фигня, принцесса? – наклоняется Антон ко мне, пока я вжимаю голову в плечи, – а ты что не сказала, что твой хахаль уже знаком с твоей мамой и она чуть ли его не облизывает.

Первый порыв – послать этого ревнивого идиота на фиг. Но я останавливаю себя, когда мысль о ревности доходит до моего сознания.

– Наверное, потому, что этот хахаль мой двоюродный брат, дубина, – вырываю руку из захвата, пока Антон стоит прихлопнутый суровой правдой и прохожу в гостиную.

– О, Ника, привет, – дядя Рома одаривает меня теплой улыбкой, от которой все плохое настроение остается за спиной, а я приказываю себе сделать все, чтобы не портить обед, – нормально доехали? Антон не гнал?

– Хорошо все, – послушно шагаю в распахнутые объятия дяди Ромы и прячу улыбку, – он старался не гнать. Боялся за свой слух.

Дядя Рома усмехается.

– А что со слухом?

– Думаю, я бы его оглушила своим визгом, – отстраняюсь от дяди Ромы и оборачиваюсь.

Антон стоит в дверях и задумчиво смотрит на меня. Игнорирую его присутствие, усаживаюсь за стол.

– Привет, сын. Проходи, садись, – командует дядя Рома.

– Чего на обед? Голодная, – потираю ладони, – не успела позавтракать.

Рязнов усаживается напротив меня, добивая мой самоконтроль. Даня стреляет в меня веселым взглядом, а я готова прям тут при всех стукнуть его.

Потому что прекрасно знаю, о чем думает этот гаденыш, и он обязательно найдет время подколоть меня по поводу сцены в прихожей.

– По какому случаю сбор? – прерывает затянувшееся молчание Антон.

Его голос звучит недовольно, и я пока не могу понять, почему у него такое настроение.

Мам откладывает приборы и промакивает уголки губ салфеткой.

– Ах да, у нас с Ромой хорошая новость, – мне ненадолго становится не по себе.

Первая мысль – у них будет ребенок. И от этого к горлу подкатывает тошнота. Не знаю почем. Не могу пока понять свою реакцию на такое развитие событий.

– Обязательно делать эту томительную паузу?

Передергиваюсь от вопроса Антона, который он задает резким тоном. Даня же хмыкает все ещё изучая меня.

И если бы можно было раствориться в стенах – я бы сделала это в данную секунду. Но увы…

– Антон, – одергивает сына дядя Рома.

Но Рязнов делает лицо непроницаемым и с силой вонзает нож в отбивную, которую только что взял с блюда.

– Почти восемнадцать лет как…

– Свет, да говори уже, – дядя Рома явно пытается разрядить обстановку.

– Мы решили устроить себе небольшой отпуск. Рому наконец, отпустили с работы. Поедем на пять дней в Монако.

Выдыхаю. Страшные предположения не подтвердились.

– Круто, – выдавливаю из себя улыбку.

Жалею только, что не могу в этой гнетущей обстановке искренне порадоваться.

– Что-то детки вы какие-то напряжённые, – дядя Рома окидывает нашу троицу внимательным взглядом.

– Да у Ники просто круче, чем в сериале события, – мои глаза округляются, когда в диалог вступает братец.

Пинаю его под столом, чтобы он заткнулся немедленно и не болтал лишнего.

– Да? А что случилось, Ника?

Теперь