Безликий - Дебора Рэли

Ей вдруг захотелось провести пальцами по этим завиткам.

Она резко опустила взгляд, когда Ноа повернулся, чтобы пройти к острову и поставить кружки. Не то чтобы она пыталась скрыть, что оценила его мужские достоинства, но разглядывать Ноа до завтрака казалось невежливым.

Они ели в дружеской тишине, Ноа поглощал вторую порцию бисквитов с таким азартом, что сердце повара пело от восторга. Они оба потягивали кофе, когда тишину нарушил заливистый лай.

Винтер заметила многочисленных собак, которые крутились вокруг ног Ноа, когда они приехали в коттедж прошлой ночью. Тогда псы тявкали и скулили, требуя его внимания. Теперь они лаяли так, словно в дом вторглась целая армия.

— Что там происходит с твоими псами Баскервилей?

Ноа поднялся на ноги, чтобы выглянуть в окно над раковиной.

— Это моя система раннего предупреждения.

— Предупреждения, о чем? Об апокалипсисе?

— Что кто-то выехал на частную дорогу, ведущую к коттеджу.

— Это… — Она поморщилась, когда бигль завыл, словно его пытали. — Трудно пропустить.

— Я сейчас вернусь.

Ноа исчез из кухни, но прежде чем Винтер успела последовать за ним и спросить, в чем дело, он вернулся с пистолетом, небрежно зажатым в руке. Подойдя к кухонной двери, Ноа открыл ее и вышел на крыльцо.

Винтер быстро встала рядом с ним, не обращая внимания на прохладу в воздухе. Они молча наблюдали, как машина свернула на подъездную дорожку возле коттеджа Ноа.

У Винтер перехватило дыхание, когда она поняла, что это полицейская машина.

— Дедушка.

Ноа потянулся, чтобы сжать ее пальцы.

— Это Шелли. Я уверен, что она приехала проверить, все ли с тобой в порядке. Если бы с твоим дедушкой что-то случилось, позвонили бы из больницы.

От его слов Винтер напряглась. Не потому, что не разделяла его мнение, а просто оттого, что даже не знала, где оставила свой телефон.

В отличие от большинства сверстников Винтер не увлекалась социальными сетями или электронным общением с друзьями. Она вечно забывала, куда положила свой телефон.

— Мой телефон, — пробормотала она с отвращением. — Я оставила его в доме дедушки.

Ноа пожал плечами.

— Я захватил твою сумочку и положил ее в чемодан с одеждой. Он там?

— Не помню. — Она пробормотала проклятие. — А что, если кто-то пытался до меня дозвониться?

— Я оставил свой номер в больнице, и твой отец знает, что ты остановилась здесь, — успокоил Ноа ее. — Если бы им понадобилось связаться с тобой, они бы позвонили мне.

Винтер медленно кивнула. Он прав. Заставив напряженные мышцы расслабиться, Винтер переключила внимание на машину, окруженную тявкающими собаками, начиная от немецкой овчарки и заканчивая мопсом. Окно со стороны водителя опустилось, и из него выглянула Шелли.

— Ты собираешься привязать этих гончих?

Винтер фыркнул, бросив взгляд в сторону Ноа.

— Видишь? Я же говорила, что здесь как в поместье Баскервилей.

Ноа положил два пальца в рот и свистнул, достаточно громко, чтобы у Винтера зазвенело в ушах. Собаки мгновенно повернулись и побежали к сараю, где устроились на кучах сена, которые Ноа разложил на полу.

Он обернулся к полицейской машине.

— Все в порядке, — заверил он Шелли, дождавшись, пока та присоединится к ним на крыльце, прежде чем снова заговорить. — Немного рановато для визита на дом, не находишь?

Шелли удалось натянуто улыбнуться.

— Мы можем зайти внутрь?

Сердце Винтер сжалось, мысли снова вернулись к ее самому большому страху.

— Дедушка?

Шелли покачала головой.

— Он в порядке, насколько я знаю.

Винтер вздохнула с облегчением и только потом поняла, что Ноа обхватил ее за плечи. Неужели он собирался подхватить ее, если появятся плохие новости?

Эта мысль, как ни странно, порадовала Винтер. Она всегда жила в окружении любви, от отца и деда, а также от бабушки в Пайке, но во многом ей приходилось заботиться о себе самой с самого раннего возраста. Она не привыкла, чтобы кто-то стоял рядом с ней. В прямом и переносном смысле.

Приятно. Может быть, даже больше, чем приятно.

Странные мысли пронеслись в ее голове, когда Ноа направил ее обратно на кухню. Она инстинктивно села на один из табуретов рядом с Шелли. Ноа двинулся к стойке.

— Кофе?

— Горячий, черный и настолько крепкий, насколько ты в состоянии его сделать, — попросила Шелли.

Винтер изучала Шелли, отмечая круги под темными глазами и морщинки у рта.

— Что-то случилось, — проговорила Винтер, и ее слова прозвучали не как вопрос, а как утверждение.

— Да, — признала Шелли, подождав, пока Ноа передаст ей кружку с дымящимся кофе, прежде чем продолжить. — Ты знаешь Мону Шелтон?

Не этого ожидала Винтер. Она покачала головой.

— Нет. А должна?

— Это жена Дрейка Шелтона.

— Ох… — Винтер пыталась вспомнить эту женщину, но у нее ничего не вышло. — Дрейк жил по соседству с моей бабушкой в Пайке. Я уверена, что, возможно, видела ее во дворе или на крыльце, но не помню, чтобы когда-нибудь с ней разговаривала. На самом деле, я даже не уверена, что вообще встречалась с ней.

Ноа прислонился к острову рядом с Винтер.

— Почему ты спрашиваешь?

— Час назад мне позвонил шериф из Пайка и сказал, что они обнаружили тело Моны.

Тело. Только по одной причине Шелли могла назвать Мону телом. И все же Винтер заставила себя спросить очевидное.

— Она мертва?

— Да.

Ноа сложил руки на столе, помрачнев.

— Как это случилось?

— Ей проломили голову.

Винтер дернулась в шоке. Не существует хорошего способа умереть. Но некоторые просто ужасные. И это один из них.

— О боже, — вздохнула она.

Челюсть Ноа сжалась, но в его лице не читалось ужаса. Скорее, он выглядел настороженным.

— Это трагедия, но я не понимаю, зачем шерифу звонить тебе.

Шелли сделала глоток кофе, ненадолго закрыв глаза, словно наслаждаясь вкусом. А может, она просто пыталась собраться с мыслями. Она выглядела так, словно у нее уже выдалось долгое утро.

— Потому что я спрашивала отчет о смерти Лорел Мур.

Винтер вздрогнула. Она могла бы догадаться, что у Шелли имелась какая-то причина для приезда в этот час. Дело ведь не в том, что Мона старая знакомая.

— Это как-то связано со смертью моей мамы? — прошептала Винтер.

Шелли сделала еще один глоток кофе.

— Тело Моны обнаружили на той же заправочной станции «Шелл», где стреляли в твою маму.

Винтер стиснула зубы, когда эти слова ударили ее подобно реальному толчку. Смерть Моны не могла быть совпадением. Не тогда, когда ее тело обнаружили