Суженый, или Брак по расчёту - Ольга Обская

Тамара вернулась довольно быстро и не одна, а в сопровождении Камиля и Жени. Ксения бросилась к сестре и задушила в объятиях:

– Женька, ну, ты молодец! Ты была сегодня звезда!

Та залилась тихим счастливым смехом:

– Она была актрисоюуууу, и даже за кулисамииии играла роль…

– …а зрителем был я, – подпел Камиль почти без акцента.

Ксения от удивления даже перестала тискать сестру. Когда уже актёр успел выучить слова песни Меладзе? Выходит, они с Женькой не только фразу про бланманже репетировали, а и по другому репертуару успели пройтись?

Тамара между тем отчитывалась перед Дэниэлем:

– Договорилась. Камиль нас подбросит.

Актёр расплылся в обаятельной добродушной улыбке и, обхватив в широкие объятия сразу трёх девушек, увлёк за собой к своей машине.

– Конечно, подброшу.

Автомобиль Камиля был под стать хозяину: экстравагантный сверкающий и покоряющий с первого взгляда. Для Жени актёр открыл переднюю дверцу. Тамаре и Ксении ничего не оставалось, как занять задние места. Дэниэль к этому времени уже выехал со стоянки, и Камиль тронулся следом.

Перед глазами проносились красивые пейзажи ночного города, но любоваться ими Ксении и её соратнице по авантюре, понятное дело, было некогда.

– Когда человек за рулём, – шепнула Тамара. – Он более откровенен. Дорога действует не хуже эликсира правды. Надо затеять разговор на щекотливую тему о парнях, которые одновременно крутят с несколькими девушками, чтобы Камиль невольно проболтался о своих взглядах по этому вопросу, и Женя бы намотала информацию на ус.

Ксения одобрительно кивнула, и Тамара начала воплощать свой план в жизнь, но результат получился не тот, что ожидался. Пробалтываться Камиль и не подумал. Вместо этого блистал остроумием.

– Знаю одну театральную байку на эту тему, – лучезарно улыбнулся он. – Идёт спектакль. На сцене джентльмен, который только что получил любовное письмо от одной из своих дам. Вдруг он слышит шаги другой своей дамы. По сценарию джентльмен должен сжечь письмо. А зашедшая дама обо всём догадывается и кричит обличительно: «Чую запах жжёной бумаги! Я у тебя не одна?!». Но проблема в том, что работники сцены забыли поставить на стол горящую свечу. Артист слышит шаги, но подпалить письмо нечем. Он мечется по сцене, не понимая, как спасти ситуацию. В конце концов, просто рвёт письмо на мелкие клочки. Появляется актриса, исполняющая роль его второй дамы, смотрит круглыми глазами на обрывки, но быстро находится: «Чую запах рваной бумаги!».

Ну, что сказать? Умел Камиль был живым, лёгким и весёлым. И никакая дорога не сбила его с этого настроя. Он продолжал рассказывать актёрские анекдоты и окутывать облаком обаяния Женьку, которая заливалась румянцем и смеялась.

– А я всегда любила театр, – созналась она. – Вот говорю как-то своему 9-ому «Б»: «У нас с вами план по мероприятиям не выполнен. Надо в субботу что-то провести. Пойдём в театр или устроим пикник на природе с шашлыками?». А Васечкин, наш вечный троечник, встаёт и говорит: «Евгения Дмитриевна, нет, ну, вообще-то, нужно, конечно, иногда приобщаться к прекрасному, кто ж спорит? Но я предлагаю в этот раз всё-таки в театр пойти».

Теперь уже улыбался Камиль, купая Женьку в тёплом взгляде. А Тамаре с Ксенией оставалось только переглядываться.

Автомобиль Дэниэля, который всё время маячил впереди, свернул на подъездную дорожку, ведущую к одному из особняков. Камиль поехал следом. Ксюша поняла, что они практически на месте.

Глава 25. Заработать десерт

Глава 25. Заработать десерт

Ксения была уверена, что стоит ей зайти в дом, сразу попадёт в объятиях тётушки Норы. Так и получилось, только обнимать её бросились двое. Вторым оказался дядюшка Джереми, полная противоположность кругленькой полненькой супруги – высокий и мощный. Теперь понятно в кого Тамара пошла своими габаритами.

– Ксения, дорогая, мы так вас ждали, – затараторила Нора. – Джереми, ну, ты видишь, какая славная девочка?

Джереми, в отличие от супруги, многословием не отличался, но выражение его лица говорило за него – он был полностью согласен с женой.

– Дэни, – теперь уже Нора кинулась тискать племянника. – Я так рада. Ну, наконец-то, ты взялся за ум.

Видимо, как любая порядочная тётушка она считала, что умным племянника может сделать только наличие достойной девушки рядом.

Хозяева провели гостей в уютный круглый зал с огромными окнами от пола до потолка, посреди которого стоял накрытый к ужину стол. Из всего разносолья взгляд Ксении почему-то выхватил запечённые куриные ножки, призывно торчащие из блюда заполненного овощами. Да так цепко за них зацепился, что Ксюша осознала – она смертельно голодна.

Рассадив гостей, Нора провела небольшой гастрономический экскурс, чтобы познакомить с содержимым тарелок, а потом начала щедро раскладывать угощения, начав, разумеется, с Ксении.

Обстановка за столом сложилась тёплая. Ну, это, конечно, стараниями Норы. Она беспрерывно щебетала, причём как-то так ловко, что все остальные тоже невольно включались в беседу, о чём бы не заходила речь: хоть о погоде, хоть о премудростях консервации. Даже немногословный дядюшка Джереми нет-нет да и вставлял словцо, и даже, что ещё более удивительно – Дэниэль. До этого Ксения вообще не догадывалась, что режиссёр способен улыбаться по-простому, без иронии и сарказма. Эта открытая мальчишеская улыбка ему очень шла. И Ксения может даже немного полюбовалась бы ею, если бы её мысли постоянно не переключались на животрепещущий вопрос: как там Женька?

Дело в том, что из огромных окон зала был прекрасно виден соседний особняк – ухоженный и уютненький, тот, где жила сестра Камиля. Именно туда повёз артист Женю, как только высадил двух попутчиц. Но в коттедже не горел свет. Совсем. Вот просто ни одно окошко не светилось. И это сильно тревожило. А вдруг, опытный ловелас устроил Женьке ловушку? Может, его сестры дома нет, и он об этом знал. Распорядился заранее приготовить ужин при свечах и прочую романтическую атрибутику. Если не вмешаться, Женька будет сражена на повал.

Может, конечно, зря Ксения себя накручивала. Ведь у особняка имелся ещё второй бок, который с Ксениного ракурса не был виден. И он вполне мог светиться всеми окнами. Однако рисковать не хотелось. Она потихонечку поведала сидящей рядом Тамаре свои тревоги, и та пообещала что-нибудь придумать. А пока она думала, Ксения мило извинилась перед собравшимися:

– Мне надо позвонить, – и вышла из-за