Невеста для предателя - Наталья (2) Дягилева

В привычной ситуации я бы уже лежала с одеялом, натянутым до подбородка, и пила принесенный Эдной травяной чай, даже не думая вставать. Но сейчас мне меньше всего не хотелось казаться слабой. Какая от меня польза, если даже о себе не могу позаботиться? Взгляд Кристобаля продемонстрировал все, что он думает о моем самочувствии, но спорить он не стал:

— Идем. Нам стоит вернуться в лагерь до того, как Гилберта хватит удар от беспокойства.

Стоило только представить обратную дорогу по лесу, и моя решилось дрогнула:

— Это же еще полтора дня пути.

— Ну, вообще-то меньше. Ты довольно много петляла по дороге и успела уйти не так уж далеко, — усмехнулся Арден. Ему стоило больших усилий не издеваться надо мной. — Нам туда, — добавил он и кивнул совсем не в том направлении, где, как мне казалось, находился лагерь.

Я возвела глаза к небу.

Глава 16.

Кристобаль не соврал: обратная дорога и правда заняла куда меньше времени, чем я ожидала. Но даже это расстояние далось мне с трудом — сказывался плохой сон на голой земле и абсолютная неготовность к подобным прогулкам. Я почти жалела, что пошла на поводу гордости и сбежала.

А еще мне так и не хватило дерзости спросить Кристобаля о том поцелуе перед побегом из отцовского дома. Он так шутил? Действовал исключительно в интересах заклинания? Или… О том, что может быть «или» я смущалась думать, хотя мысли сами то и дело возвращались к этому.

До лагеря мы добрались уже в сумерках. Ноги меня почти не несли, к тому же я давилась царапающим горло кашлем. Нас встретило несколько заинтересованных взглядов, но даже от них мне стало немного неловко. Дома я хорошо понимала, кто и что может обо мне подумать, но здесь — не имела ни малейшего представления.

Я собиралась поскорее упасть в свою кровать, но Кристобаль попросил пойти за ним. Его шатер стоял немного в стороне. Арден придержал для меня полог, пропуская первой, и коротким взмахом руки зажег пару магических светильников. В шатре было так же аскетично, как и во всем остальном лагере, но по-своему уютно: землю закрывала пара широких шкур, а стол был завален бумагами. Кристобаль жестом указал мне на кровать, предлагая сесть — у меня не нашлось сил спорить и задавать вопросы. Какая-то часть сознания ужаснулась, как все это непристойно (незамужняя девушка, мужчина, незаправленная кровать), но всерьез переживать об этом было уже поздно.

Кристобаль зазвенел чем-то за столом и вскоре протянул мне глиняную кружку, над которой поднимался пар. Воду он вскипятил магией.

— Что это? — уточнила я.

— Просто чай на травах. Выпей, не то разболеешься окончательно, — его слова по тону походили на угрозу, но я улыбнулась и аккуратно обхватила кружку так, чтобы не обжечься.

Кристобаль отвернулся к столу и при тусклом свете начал разбирать какие-то бумаги. Я молча следила за его движениями, маленькими глотками отпивая чай, и сама не заметила, как провалилась в сон.

* * *

— …наедине.

— Можешь просто говорить здесь.

— Мы уже обсуждали, твоя беспечность не доведет до добра.

— А я припоминаю обсуждение твоей чрезмерной бдительности.

Чьи-то голоса спорили у меня над самым ухом. Хотелось отмахнуться от них, перевернуться на другой бок и повыше натянуть одеяло (откуда на мне одеяло?), но сон уже пропал.

— Кристобаль… — строго произнес первый голос.

— Я серьезно, преставай беспокоиться об этом. Если бы Иветт могла вольно или невольно выдать нас своему отцу, он уже был бы здесь с половиной королевской гвардии. Ты видишь его? Вот и я нет.

Гилберт (я узнала человека, с которым вполголоса спорил Кристобаль) что-то недовольно пробормотал себе под нос. Я понимала, что говорят обо мне, но продолжала лежать с закрытыми глазами, почему-то делая вид, что сплю.

Послышался шорох ткани шатра и звуки чьих-то шагов.

— Гилберт, ты уже рассказал? — я разобрала голос Келли.

Прикидываться и дальше спящей, подслушивая чужие разговоры было бы невежливо (пускай и ужасно интересно), так что я приподнялась на локтях и села. Келли обернулась ко мне, будто только сейчас заметила — её взгляд неприятно обжог кожу. Сразу захотелось оправдаться, что я просто зашла сюда на чай, но я сдержалась.

— Мы как раз пытались перейти к новостям, — ответил Кристобаль, никак не комментируя мое присутствие, и выжидающе посмотрел на гостей. Келли и Гилберт помедлили, оба задерживая взгляд на мне.

— Мне уйти? — предложила я, поднимая глаза на Кристобаля. На самом деле уходить совсем не хотелось (мне было слишком любопытно, что за новости привели их в шатер Ардена так поздно вечером), но все же следовало предложить это из вежливости. От недоверия, которое Гилберт выразил так открыто, стало неловко, но реакция Ардена меня приободрила:

— Оставайся, — отрезал он, вызывая у меня благодарный вздох, и обернулся к остальным: Ну?

Гилберт шумно выдохнул, в последний раз выказывая неодобрение, и перешел к главному:

— Адриан передал сообщение. У него есть для нас важные новости и он требует личной встречи.

— Требует он… — потянул Кристобаль, взъерошивая ладонью волосы на затылке.

— Новость, судя по всему, слишком важная, чтобы передавать её по тем каналам, что у нас есть, — развел руками Гилберт.

Адриан? Я знала только одного Адриана — принца Гиллиада и младшего брата короля. Но ведь не могла же идти речь про него, верно? От проснувшегося любопытства я почти забыла про больное горло. Я собиралась вести себя тихо и не привлекать внимания, но не смогла удержаться от уточнения:

— Вы говорите о принце?

Кристобаль обернулся ко мне и я непроизвольно сжалась, ожидая, что вот сейчас мне сообщат, что все это не мое дело и вообще мне следует пойти к себе в шатер. Но Арден просто кивнул, без слов отвечая на мой вопрос.

— Его участие во всем происходящем, разумеется, находится в тайне, — ворчливо уточнил Гилберт, посмотрев на меня.

— Разумеется, — кивнула я, подтверждая, что все понимаю. Вообще-то хотелось закатить глаза (общее недоверие ко мне порядком утомляло), но я удержалась от этого — не стоило злить того, кто при желании мог оставить меня без информации.

Кристобаль пропустил этот обмен репликами мимо ушей — потенциальные новости от принца, видимо, слишком его увлекли. Я тоже замерла, гадая