Вспомнить, чтобы любить - Лана Виноградова

— Ах! — меня распирает от наполненности, а это всего лишь один палец, но мне так хорошо.

— Какая же ты узенькая и тепленькая, твою мать… И все для меня, — он проталкивает палец глубже и упирается им, — дааа, вот оно, сокровище мое, целочка моя, никого здесь не будет, только я, — и продолжает пальцем изучать мою девственную плеву, а потом уже увереннее вводить палец вперед-назад.

— Прошу тебя Глеб, — я не узнаю своего голоса, севший и возбужденный, — мне больно, сделай что-нибудь.

— Сейчас моя девочка, сейчас, — он ускоряет темп, большим пальцем круговыми движениями давит на клитор и мне хватает еще несколько толчков, и я начинаю дрожать и стонать не сдерживая себя, радуясь. Что дома больше никого нет.

— Вот так, да, кончай на мои пальцы моя девочка. Открой свои глазки, — я делаю, как он попросил и кончаю. Вижу, как достает свой палец из меня, он весь мокрый и блестит, подносит его к своему носу, глубоко вдыхает и облизывает палец, наслаждается, словно ребенок леденцом.

Это так порочно и возбуждающе.

— Ты такой пошляк, Глеб. — говорю тихо, смотря в самую бездну его темных глаз. И тут происходит что-то…

В моей голове всплывает картинка, как кадр из фильма, я сижу на полу, как на том фото в белом платьице, которая, к слову, исчезла, меня кормит мальчик мороженным, я поднимаю глаза и утопаю в тех же глазах, что и сейчас передо мной, черты лица такие же, только повзрослевшие. Этот мальчик улыбается мне с такой любовью и нежностью, что я задыхаюсь. И говорит так ласково «я так рад, что встретил тебя. Я всегда буду рядом и буду оберегать тебя».

Воспоминание.

Я зажмуриваю глаза так сильно, как только могу, это всего лишь разыгралось воображение. Решаю, что это галюники, приоткрываю веки и натыкаюсь на ошалевшего Глеба.

— Глеб, — шепчу и беру его лицо в ладошки. Сама понимаю, какой бред сейчас собираюсь озвучить, — т-ты тоже это видел?

— Да.

— Я не понимаю… — он еще раз целует меня и резко соскакивает.

— Мне нужно идти. Но я вернусь, не закрывай окно. Я тебе обязательно потом все объясню. — развернулся и ушел, а меня начинает охватывать злость. Ах ты индюк общипанный. Как? Как я могла повестись на это? А я хороша, развесила свои уши и уже готовенькая на все, раздвинула ножки. Угощайтесь Глеб Тимурович, не подавитесь! Объяснит мне он все! Как же! Чувство, что мной попользовались и выкинули, в груди печет, становится больно.

Все, пусть ко мне даже и не думает подходить! И хрен я ему окно оставлю открытым (ну конечно оставлю).

Глава 16.

Глеб

Когда я вернулся домой, я быстро принял душ и поехал в универ. Лизу дома не застал, она уже уехала. Я всю неделю не видел ее и мне до зуда в ладонях, хочется оказаться рядом с ней и потрогать, убедиться, что она настоящая. Я пропустил всю учебную неделю, я не знаю, что происходило в мое отсутствие, не знаю, как она жила все эти дни, но знал одно — мои друзья за ней присматривают.

— Ну наконец то! — Рома бесшумно соскакивает с капота своего зверя.

— Вернулся волчара, — скалится Яр. Они с братом стоят, облокотившись на свою тачку, руки скрещены на груди.

Рост просто кивнул в знак приветствия.

— Ты какого ху… — Рома не договорил, его прервал оглушающий визг моей сестры.

— Ты, — Лиза начинает высказывать свое недовольство за три метра от меня, но она меня любит, поэтому подлетает и бросается мне на шею. — задница! Как ты мог бросить меня одну? Просто взять и убежать на столько дней! Ты хоть представляешь, что я себе надумала? На мой зов ты не отзывался, просто исчез. Твои дружки толком ничего объяснить не могли. — переводит сощуренный недовольный взгляд на них.

— Лизок, ну ладно тебе, — обнимаю сестру, — потеряться в лесу я точно не смог бы, даже если бы сильно захотел. И я тебя не бросал. Никогда не брошу.

— Да? — подозрительно смотрит на меня. — Тогда что это все было? Я жду объяснений братец. — шипит как змея, и тут я понимаю, что она одна, с ней нет ее подруги.

— А ты почему одна? Где Мирослава? — я так надеялся ее увидеть.

— А тебе то что? — гневно выплюнула. Все, теперь она будет злиться на меня неделю.

— Раз спрашиваю, значит надо! И вы же как сиамские близнецы, где одна там вторая.

— Не знаю, — говорит тихо, — я ей звоню все утро, но она не отвечает. Она не говорила, что сегодня не придет, может проспала. Она всю неделю выглядела встревоженной… Луна! Что я за подруга! За своими переживаниями о тебе, я совсем не обращала внимания на нее, хотя она постоянно интересовалась что со мной, а вот я оказалась никудышной подругой! И о тебе между прочим спрашивала, все ли с тобой хорошо! Как ты мог бросить её? — перевожу взгляд на друзей, они все синхронно кивают головами подтверждая. А в это время, мне в грудь прилетает кулак от сестрицы. Нет мне не больно, она слишком слаба для меня, но она волчица, дочь альфы, и силы в ней куда больше, чем кажется со стороны, и она, не моргнув и глазом, может накостылять самого сильного боксера, если он человек, но среди своего рода, она не слишком сильна, но постоять все же за себя сможет.

— Ай! Больно! — притворно схватился за покалеченное место и еще раз крепко прижимаю к себе свою младшенькую сестренку.

— Ее нет. Я ей позвонила раз сто и столько же смс, она их даже не прочитала! — сокрушается Лиза. Краем глаза замечаю Дану и Алексея. Дана бросила мимолетный взгляд в мою сторону и гордо отвернулась,