Рыжее наказание для плохих мальчиков - Лея Кейн

— Есть, капитан! — усмехнулась я, отдав честь двумя приложенными ко лбу пальцами. — Но ты тоже должен пообещать, что не поползешь с аспиринками навстречу варварам.

Иган многозначительно улыбнулся синюшными губами. На море снова что-то шарахнуло, отчего моя голова на рефлексах вжалась в плечи.

Не задерживаясь, я взяла курс к левому борту… тьфу ты, берегу. Рванула со всех ног. От моей скорости и сноровки зависело все: и жизни солдат, и здоровье Игана, который вряд ли надолго задержится в тылу.

Все восемь смотровых площадок дымили черной копотью, ветром разносящейся по острову. Оставалось надеяться, что этот трюк действительно отпугнет варваров, а остальные уязвимые места солдаты защитят своими силами.

Харди валялся в стороне от своего отряда. Рыча от боли злости, он обеими ручищами сжимал кровоточащее бедро. Чем его задели, я не знала. Да и некогда было выяснять. Села возле него, развязала узелок и принялась обрабатывать рану.

— Баба! — начал он.

— Заткнись! — шикнула я, туго затягивая жгут на его бедре.

— Я тебя трахну…

Схватила до бритвенного состояния наточенный нож и пригрозила ему:

— Я сказала — заткнись. Или я тебя трахну. Вот этим.

Ловко разрезала штанину и увидела глубокий порез. Залила его шипящим раствором, но за иголку с ниткой даже не успела взяться, потому что из ниоткуда повыскакивали те самые варвары, о которых все говорили последние два дня.

С боевым кличем голосистых дикарей. В меховых жилетках и набедренных повязках. В босоножках-гладиаторах. С дредами и разрисованными лицами. Прикрываясь побитыми щитами, размахивали мечами, яростно нападая на любого, кто стоял у них на пути.

Как они проникли на остров, я не представляла. Видимо, никто не представлял. Как и говорил Ранстор, эти разбойники не знали усталости и пощады. Но что-то в них меня смущало. Я была уверена, что увижу двухметровых громил, собратьев нашего Харди. А перед глазами мельтешили на вид хрупкие, даже женоподобные недоростки.

— Назад! — Кто-то схватил меня под мышку и поволок за свою спину.

Едва опомнилась, что это Ранстор, как нас окружили, взяли в плотное кольцо. Меня, Ранстора, Харди, Камаэля и еще двух парней. Прижимаясь друг к другу спинами, мы топтались на месте, понимая, что нам не победить их. Во всяком случае, потому что их было втрое больше.

— Вниз! — фыркнул нам Ранстор, бросив меч.

Вены на его теле заискрились, одежда начала тлеть. Он концентрировал магию. Собирался сразить врага огнем. Но в какой-то момент погас. Потому что варвары вдруг опустили оружие, остановились и стали озадаченно крутить головами.

Я нервно сглотнула, прижавшись к надежной спине Ранстора. Украдкой выглядывала из-за нее, боясь полностью высунуться. А ведь все внимание было именно на мне.

— Среди них женщина… — прокатилось глухим эхом.

Наконец вперед вышел кто-то из главных. Сорвал с себя маску и сверкнул голубизной больших глаз в окружении пушистых ресниц и темной краски.

— Что? — обалдела я, все-таки выйдя из-за своего укрытия. Озадаченно взглянула на не менее растерявшегося Ранстора и хрипнула: — Они женщины?

Замешательство украло у нас не одну минуту. Мы смотрели на них, они на нас, а где-то там в море громыхал бой, топящий корабли неотступных захватчиц. Солдаты держали наготове оружие, Ранстор внимательно следил за жестами женщин, я просто ждала, кто первым протянет руку для пожатия или вывесит белый флаг. Но произошло то, чего я никак не ожидала. Дикарки, которые только что жаждали перебить все привилегированное войско Норлинга и захватить Синлар, опустили лица и встали на колени.

— Благословенен Шрайк! — забубнили они, преклоняясь передо мной.

Я почти необдуманно потрогала свои замечательные ушки на макушке и впервые порадовалась этому вирусному приложению.

Ранстор чуть повернул голову, взглянул на меня с проклюнувшимся одобрением и взял за руку. Скрестил наши пальцы, вселяя в меня уверенность, давая понять, что теперь я руковожу боем.

Оружие захватчиц пало, лязгая тяжелым металлом. Маски слетели с крашеных лиц. Они не смели поднять глаз, ожидая позволения.

— Кто у вас капитан? — спросила я, крепче сжимая пальцы Ранстора. Я нуждалась в его поддержке, в его вере в меня.

Та, что вышла вперед, осторожно подняла лицо.

— У нас нет капитанов, — голос у нее был твердый, звучный, ораторский. Наверное, не раз приходилось орать в боях и выступать с речами перед общиной. — Есть совет лидеров.

— Передайте своему совету, что Шрайк недоволен вашим варварством. Сдавайтесь или разворачивайте свои корабли. Иначе…

Она снова склонилась в надрывной просьбе:

— Мы много лет ждали того дня, когда великий Шрайк вернется в Заан! Не прогоняйте нас. Позвольте прикоснуться к его благословению. Мы его заслужили.

— Тем, что грабили и убивали?

— Мы не всегда были такими. Когда-то мы жили в городах и крепостях. У нас были дома, семьи, ремесла. Мы трудились на благо родных земель, пока не начались гонения. За веру в Шрайка мужчин лишали работы, сажали в тюрьмы, казнили. Их семьи выгоняли из домов и оставляли без средств к существованию. А куда идти женщинам с детьми? Нас отовсюду гнали. Никто не делился стаканом воды и коркой хлеба.

Я представила, какой ад пережили эти женщины. Оглядела каждую из них. Загнанные в угол, они не ведали, что творили. Они просто выживали, как могли. Им не оставили выбора.

— Сколько вас? — поинтересовалась я.

— Больше тысячи.

— Где вы живете?

— У нас бухта у рифов. Двенадцать фрегатов. Теперь одиннадцать. — Она посмотрела туда, где уходил под воду тонущий корабль. — Многие из нас годами не ступали на твердую землю. Мы живем в море. У рифов есть пресный источник. Ловим рыбу, собираем водоросли. Оружие и одежду добываем на кораблях с королевскими парусами, если те входят в наши воды.

— На Синларе нет королевских парусов, — заметила я.

— Но мы были уверены, что тут заключенные: воры, убийцы, насильники. Там наши мамы и бабушки. Они больны. А здесь полно лекарственных трав. Овощи, фрукты, дичь.

Я тяжко вздохнула. Мне было жаль их, но слепо довериться и пустить на Синлар тысячу вооруженных женщин, часто пребывающих в состоянии аффекта?!

— Кам, соберите их оружие, — велела я и потянула Ранстора в сторону. Мне требовался его голос,