Я и мой оригинал - Анастасия Солнцева

Парень направился к левой части, и я потопала следом, стараясь внимательно глядеть себе под ноги, но при этом продолжая отслеживать обстановку вокруг. Напрягала звенящая тишина, мрачные портреты незнакомых мне людей, выполненные в стиле американского реализма и развешенные по стенам, а также ощущение того, что мы одни не только в этом доме, но и на десятки километров вокруг.

— Так ты скажешь мне, где мы? — подала я голос, когда мы ступили на первый этаж.

— Нет, — ни минуты не сомневаясь ответил парень и повернул направо, приведя меня в большую и очень светлую комнату.

Светлой она была за счет высоких прямоугольных окон, занимающих пространство от пола до потолка. А также потому, что все в этой комнате было окрашено в белые и светло-бежевые тона — паркетный пол из светлой породы дерева, который красиво переливался на свету, присобранные по углам белые шторы из тончайшего материала, несколько низких столиков, которые венчали вазы с живыми цветами. Пионы, если я не ошибалась. Но центром притяжения выступал круглый обеденный стол, уже накрытый и сервированный к приему пищи, окруженный стульями с высокими широкими спинками и оббитыми, кажется, бархатом.

— Ничего так, — оценила я, застывая в дверях. — Помпезненько.

— Интерьером занимался не я, — произнес хозяин, стоя ко мне спиной и с чем-то возясь.

— А кто? — угрюмо спросила я, перебегая взглядом от одной висячей люстры, собранной из десятка мелких стеклянных лампочек к другой такой же. — Доктор Джекил? Или мистера Хайд? Что за дикое смешение стилей — на верху у тебя Версаль на выезде, внизу — что-то среднее между хай-тек и обеденным залом королевы Англии.

— Этот дом раньше принадлежал одной моей знакомой, — ровным тоном ответил парень и повернулся ко мне, держа бутылку вина, обмотав её белоснежным полотенцем.

— Это место больше похоже на бестолковый музей, — сообщила я своё мнение, которое навряд ли кого-то интересовало. — В одном углу греческий зал, в другом — египетская мумия с селедкой на плече. Не похоже, чтобы здесь кто-то когда-то жил.

Мой юмор не оценили.

— Это вложение денег. Дом изначально не предназначался для проживая. Мы здесь тоже ненадолго, — высокомерно отозвался Риган, подошел к столу, поставил бутылку, а после взялся за спинку стула и выжидательно посмотрел на меня. — Прошу к столу.

Я ответила хмурым взглядом исподлобья.

— Садись, — приказал Риган низким тихим голосом, и меня словно что-то дернуло за живот. Я сделала пару шагов по инерции, а после попыталась сопротивляться, но ноги все равно уже несли меня к столу.

Даже без намека на грациозность, я пьяным слоном рухнула на предложенный стул, с трудом удерживая рвущиеся наружу ругательства. Я понимала, что это со мной делает он. Я только не понимала — зачем.

Именно это я и спросила в тот момент, когда в стоящий рядом со мной бокал полилось красное вино.

— Ты забавная, — так, словно это было и очевидно всем, кроме меня произнес Риган с блуждающей по лицу улыбкой. — А еще, ты вкусная.

— Слушай, — тяжело сглотнула я, стараясь не провоцировать конфликт. — Я не особенно понимаю, что происходит. Еще меньше я понимаю, кто ты такой. Но…

— …но тебе стоит поесть, — холодно оборвал он мои слова. — Прежде, чем мы приступим к знакомству.

И он с самым невозмутимым видом принялся нарезать стейк на своей тарелке.

— К какому знакомству? — аж подобралась я буквально всем телом.

— Близкому, — криво усмехнулся Риган, глянув на меня исподлобья. — Очень близкому.

— Да пошел ты, — прошипела я, приставая со стула и присматриваясь к лежащим на столе приборам, судорожно раздумывая над тем, что можно швырнуть в эту нагло ухмыляющуюся морду. — Думаешь, я с тобой не справлюсь?

— Я думаю, что ты очаровательна, когда злишься, — ласково заметил парень, откидываясь на спинку стула и аккуратно откладывая нож с вилкой. — Ох, и этот запах, — он громко втянул в себя воздух, прикрыв глаза. На его лице отобразилось наслаждение и еще что-то, что я не сразу смогла определить. Это выражение потом еще часто мелькало на его лице и в конце концов я научилась его идентифицировать. Это было желание, темное, мрачное, больное желание, которое зарождалось где-то в потаённых глубинах его мозга, там, где обитали боль, страх и порожденные ими монстры. — Цветочно-сладковатый, с легкими пряными нотками, не приторный, но вызывающий желание пробовать еще и еще. Пробуждающий аппетит.

— Если у тебя в организме что-то пробуждается, — я окончательно встала и отошла от стола, — то это исключительно твои собственные проблемы.

Я собиралась добавить еще парочку язвительно-презрительных фраз, но тут поднялся Риган. Поднялся медленно, с удивительным сочетанием изящества и угрозы. Сделал шаг вперед, и я, поддаваясь какому-то необъяснимому инстинкту, тоже сделала шаг. Назад. Он дальше вперед, я дальше — назад. Это было похоже на странный молчаливый танец, без музыки, без зрителей, без правил…без надежды на спасение.

Перед глазами пошла серо-белая рябь, как если бы в моей голове включили старый ламповый телевизор.

18.

— Я советую тебе придержать свой острый язычок, — зашептали над ухом, отчего волоски на затылке тут же встали по стойке смирно. — Тебе придется осознать и смириться с тем, что сейчас ты полностью в моей власти. Я могу сделать с тобой, что угодно. Я могу лишить тебя зрения, слуха, — и едва только он произнес эти слова, как словно по щелчку пальцев я перестала воспринимать звуки. Вообще любые. Я не слышала даже шума собственной крови, бурлящей в венах и сотрясающей тело от переизбытка адреналина. И даже его голос, который вопреки всему остальному очень четко раздавался в моей голове, не принес облегчения, потому что говорил он не рядом со мной, а внутри меня, словно став неотъемлемой частью моего сознания. — Я могу отобрать твою силу воли, поработить твою душу, захватить твой разум… Не заставляй меня это делать, девочка. Ты слишком драгоценный подарок, чтобы так расточительно его использовать.

— Подарок? — прохрипела я с трудом.

Внутри что-то неприятно дернулось, как если бы мои внутренности подцепили и потянули. Но тут же ко мне вернулся контроль над собственной сенсорной системой.

— А ты думаешь, — весело заговорил Риган, отступая от меня в сторону и давая мне возможность отдышаться. — Мы встретились случайно? Нет, ты стала моей наградой.

— Наградой за что? — с недоумением спросила я и тут же закашлялась.

Риган криво усмехнулся, в два широких уверенных шага достиг стола, взял прозрачный кувшин и плеснул в бокал воды.

— Спасибо, — вежливо отреагировала я, когда этот самый бокал настойчиво сунули мне под