Не просто лучший друг - Юлия Оайдер

В голубых глазах подруги появляется удивление, а затем ее брови еще сильнее сходятся у переносицы. Похоже, она поняла.

– Ты обиделся, что я взяла ручку у Вячеслава Олеговича? – уточняет она.

– Я не обиделся, – убираю руки с талии и обхватываю ладонями ее лицо, – скорее, немного приревновал. Но лишь немного, – провожу большими пальцами по покрасневшим от смущения щекам девушки.

– Глеб, он же преподаватель, – дергает плечом Злата, как будто это должно меня успокоить.

Ага, да. Преподаватель, лицо мужского пола с явным интересом к моей девушке.

– Я же не давала тебе причин и поводов для ревности, – как-то тихо и опасливо произносит Злата.

– Я же говорю, что лишь немного приревновал, – фыркаю я и опускаю свои руки.

Хотя прекрасно помню, что эта ревность к Райскому как раз и заставила меня признаться Веснушке в своих чувствах.

– Я отдам ручку сразу же, как только мы с ним пересечемся снова, – говорит она, а к остановке уже подъезжает нужный ей автобус.

Немного подумав, Злата привстает на цыпочки, обнимает меня за шею и целует в губы. Как обычно неуверенно, робко, но безумно приятно. Главное, что она этого хочет сама, а не делает в ответ.

Короткий миг соприкосновения наших губ, приятное покалывание на коже из-за мурашек после того, как Злата запускает пальцы одной руки в мои волосы на затылке, и, как бонус, привкус мятной жвачки на языке, чтобы запечатлеть этот момент в фотопленке своей памяти.

– Мне нужно идти, автобус… – шепчет она, прикрыв глаза, и блаженно трется щекой о мой подбородок.

– Иди, – с тяжелым вздохом, отпускаю ее.

Отмечаю, что моя девушка садится на одиночное место напротив окна и достает наушники. Нужно все таки выторговать смену в приюте в один день, чтобы и там быть вместе.

Перехожу дорогу и дожидаюсь своего маршрутного автобуса. Достаточно быстро добираюсь до дома и во дворе замечаю соседку в розовой бейсболке. Девушка катается по тротуару и выполняет какие-то трюки со скейтбордом, достаточно опасные кстати. Останавливаюсь прямо напротив нее, чтобы поздороваться, но Мия, будто намеренно, меня игнорирует.

– Привет! – чуть громче здороваюсь я и девушка поворачивается в мою сторону.

– Привет, – бросает она нехотя и подъезжает на скейтборде ближе.

– Ты обиделась из-за кота? – наклоняю голову набок и пытаюсь прочитать на ее лице что-то еще, кроме раздражения.

– Нет, – отмахивается она и топает по краю скейтборда, отчего тот подпрыгивает и Мия его ловко ловит. – Забей, – все так же безразлично говорит она и направляется к двери нашего подъезда.

Она странная. То как липучка, которую не отодрать и не заткнуть, то вот так вот – пара слов и ушла. Вроде бы не настолько она нас и младше, чтобы мне ее поведение уже казалось глупым.

– Мама ругалась за потраченные деньги на лоток, корм и прочее? – догоняю я Мию на лестнице.

– Все мозги проела, – огрызается девушка.

– Я не думал, что может так получиться…

– Забей, переживу, – отмахивается она, остановившись на нашей лестничной площадке. – Но того чувака, который забрал Одуванчика, я хочу найти и высказать ему все, что думаю!

– Приложу все усилия, чтобы помочь с поиском, – усмехаюсь я, остановившись у двери нашей квартиры.

– Есть хочешь? – неожиданно спрашивает Мия и я даже замираю с ключами в руке.

– Не понял… – поворачиваюсь лицом к девушке.

– Мама сейчас готовит пироги. Кажется, там даже два вида: с мясом и яблоками, хочешь?

– Если угостишь, то да, спасибо, – пожимаю плечами я, наконец, поняв, что она имела в виду.

Неожиданно для меня, Мия открывает дверь своей квартиры и громко кричит:

– Мам, мы идем есть пироги!

Ах, вот что она имела в виду…

Не испытывая какого-то особого энтузиазма, я все же захожу к соседке. Будь Мия одна, я бы вряд ли согласился, но там ее мать и мне не хочется обижать женщину.

Прохожу в квартиру, полностью зеркальную нашей по планировке, и, разувшись, направляюсь за Мией на кухню, откуда уже безумно вкусно пахнет печевом. Запах очень аппетитный, почти как у бабушки в деревне.

– Мам, я с Глебом, – хлопнув меня по плечу, девушка широко улыбается и проходит за стол.

Ирина вскакивает на ноги и спешно вытирает руки об фартук. Выглядит она обескураженно, мне даже показалось на миг, что она плакала. Она точно не ожидала от дочки такого сюрприза с гостями. Женщина заправляет за ухо выпавшие из-под повязки на голове светлые пряди и натягивает на лицо улыбку.

– Наш помощник-сосед, – говорит Ирина и указывает мне на свободный стул. – Садись, я сейчас поставлю чай.

Послушно сажусь за стол и чувствую себя максимально неловко, потому что взгляды обеих женщин направлены на меня.

– Как у вас со Златой дела? – учтиво спрашивает Ирина.

– Все хорошо, – пожимаю плечами я.

– У меня сегодня какой-то пирожковый день, – усмехается она. – Когда я нервничаю, то я готовлю. И готовлю очень много…

– Помимо того, что она много готовит, она еще и силой запихивает эту еду в других, – смеется Мия.

– Ты утрируешь, – закатывает глаза женщина и достает из шкафа кружку. После чего ставит ее передо мной, берет пластиковую коробку с надписью “Чай” и странно мнется, даже краснеет. – Мне очень стыдно, но у нас чай только в пакетиках… Ничего?

– Ничего, – совершенно не понимая смущения соседки, отвечаю я.

– Хорошо, – выдыхает она и протягивает мне коробку.

Какое-то время чаепитие проходит в тишине. Пироги и правда очень вкусные, чего уж греха таить, а вот атмосфера напряженная. Мы не так давно знакомы, мы даже не друзья толком…

– Глеб, можно у тебя попросить кое-что? – спрашивает Ирина и я переключаю внимание с пирога на нее. – Ты же работаешь в приюте для животных, не мог бы ты забрать все то что Мия купила для кота туда? На нужды приюта, так сказать…

Неожиданно, Мия резко отодвигает стул и встает на ноги, толкнув стол. Да так резко, что чай в наших чашках выплескивается на клеенчатую скатерть.

– Мама! – возмущенно восклицает Мия.

– Дочь, ну зачем