Все наши разницы - Оксана Алексеева

– Че разорались? На войне все средства хороши. Ладно, поедем заново, жульничать не буду – обещаю.

Но подошедший сотрудник ее осек, не скрывая негодования:

– Девушка, вы больше не катаетесь. Будьте добры, снимите экипировку! Штрафы надо для таких идиоток назначать, чтоб дошло!

Я была благодарна ему за решение. В любом случае сама бы отказалась – сильный стресс теперь отзывался слабостью в руках и ногах. Избитая фраза «Я слишком стар для этого дерьма» заиграла новыми красками. И на Алису долго не злилась – ну а чего ждать от человека ее возраста? Она хотела приколоться. Повезло, что в процессе не навредила себе, а то ведь могла впечататься в это ограждение и с фатальными последствиями.

Канерская не к месту вспомнила:

– Так а со ставкой что делаем? Меня как-то не прет сдавать телефоны и открывать рот только по команде! Может, кто-нибудь проедет с Анной Андреевной?

Я держала руки за спиной, чтобы никто не заметил, как мои пальцы подрагивают. И ответила до начала дебатов:

– Нет.

Зоя захныкала, надув губы:

– Ну, Анечка Андреевна! В этом же весь интерес!

Студенты начали меня уговаривать, но впервые за долгое время я услышала тихий голос Дмитрия:

– Нет так нет. Имеет право. Она не подписывалась со всеми нами по очереди соревноваться.

Обычно его мнение не оспаривалось, но Канерская продолжила, обращаясь уже к нему:

– Так что делать-то? Анна Андреевна не проиграла, но и не победила же!

Жуковский теперь смотрел на меня, хотя говорил для всех:

– Значит, и ставку половиним. На парах сдаем телефоны, но не затыкаемся.

Как любопытно получается! Почему это он решает? Вообще-то, в рамках обыкновенной дисциплины они не должны прерывать занятия посторонними темами, мое требование не было чем-то заоблачным! Но спорить я не хотела. Кивнула и пошла в раздевалку, чтобы стащить с себя комбинезон. Пусть продолжают веселиться.

В одиночестве отдышалась и теперь смогла улыбнуться – обошлось же. Я даже выиграла то, на что прежде не рассчитывала! Успех по всем фронтам. Но на выходе вздрогнула, потому что Дмитрий прислонился к стене возле двери. Сам он и не думал менять одежду – то ли ему неинтересен картинг, то ли просто ждал своей очереди, ведь на трек желающих пускали небольшими группами.

– Меня ждете? – сразу поняла я. – Извиниться хотите? За свою одногруппницу или за себя?

Период игнорирования завершен. И был ли он вообще? Может, охотник собирался с мыслями, чтобы получше прицелиться? Смотрел прямо в глаза, как постоянно делал раньше.

– Я б еще за других извинялся. – Произнес холодно, но более мягким голосом добавил: – Анна Андреевна, вы сейчас такая…

Переспросила, поскольку он не закончил:

– Какая?

– Уязвимая, – подобрал он странное слово.

Все-таки заметил, что я до смерти перепугалась? Значит, плохо отыграла. Но теперь уже нервозность позади, врасплох ему меня не застать. Я подняла руки и активно зашевелила пальцами, изображая мистический ужас:

– У-у-у! Змее нравится, когда мышь парализована?

Он мельком улыбнулся от моего театрального выпада.

– Змее нравится не только это. Змея сама немного не в порядке, раз мышь до сих пор жива.

– Хорошо, что я не мышь, правда? – Я посмотрела в сторону пустого коридора. – Пойдемте к остальным. Не хочу, чтобы подумали, что мне есть о чем с вами болтать.

Дмитрий, как тогда в аудитории, ступил вперед, перекрывая путь. Но сейчас выражался очень аккуратно:

– Еще кое-что. Алиса сглупила, а вы слишком хороший человек. Ни на что не намекаю, но слишком хорошим людям нужен рядом кто-то, кто может огрызаться за обоих.

Я рассмеялась:

– Благодарю за совет, Дмитрий! Обязательно найду себе плохиша! Своего возраста.

Укол его не задел. Но он шагнул чуть ближе и совсем тихим тоном попросил:

– Можно, сниму резинку?

Он знал, что согласия не дождется, поэтому просто потянул руку к моему затылку. С конца неудачного заезда меня немного колотило от прохлады, а теперь воздух мгновенно накалился. Стоило отшатнуться, но что здесь такого? К волосам прикоснется? Так я не невинная дева, чтобы от подобного сознание терять! Плюшевая ткань поползла вниз по хвосту, а парень будто бы даже дыхание задержал. И он не спешил – возможно, не хотел дернуть и сделать мне больно. Или же наслаждался моментом, пока я не придумала какую-нибудь очередную колкость. Не стянул резинку до конца, потому что скосил взгляд на мое лицо и застыл.

– Что смотрите? Нравится? – ехидно поинтересовалась я, ведь сарказмом проще всего прикрыть нервозность.

– Терпимо, – отозвался он и быстро отодвинулся.

Раскидать волосы по плечам я ему не позволила. В итоге он ко мне и кончиком пальца не прикоснулся – пусть довольствуется малым. Закинув резинку в рюкзак, я пошагала обратно в зал. Там вроде Мишаня с Верой еще договорились соревноваться. Жуковский остался где-то за спиной, я не смотрела. Знаю, что в очередной раз повела себя неправильно, но он так непредсказуемо меняет тактику, что не подстроишься. Притворился воспитанным парнем – даже зачем-то разрешения спросил. А я пока привыкла выпускать иголки только на наглый напор. Но вот это чувство ликования было ненужным, хотя и очень острым. Терпимо ему, как же! Да если бы я позволила, он бы сразу меня поцеловал! Его глаза издали кажутся зелеными, но я уже заметила, что когда внутри него буря, то в радужках словно тень появляется. Вот эту сдерживаемую бурю я только что перед собой и видела. Дмитрий и есть такой: огонь, накрытый непроницаемым ледником. Или заморозит, или сожжет – это уж как повезет. Хорошо, что не мне. Я просто играю и, как вампир, черпаю эмоции из этого источника, раз сам подкидывает. Но нравится же! Уже совершенно точно немного нравится, а иначе с чего вдруг я позволила бы Жуковскому хоть что-то?

В том же здании располагался фастфуд, куда вся толпа и завалилась после надоевших гонок. Меню здесь было скудным, но долгий путь обратно диктовал необходимость перекусить. А студенты будто нацелились тут часами сидеть и бесконечно болтать.

– Анна Андреевна! – позвала Алиса. – Вы ведь не сердитесь? Я правда думала, что это будет смешно!

– Не сержусь, – улыбнулась я. – Даже рада, что вы так поступили. Не факт, что я бы выиграла, а теперь вся группа хотя бы во время моих занятий не уткнется в смартфоны.

Несколько человек застонали, отчего мне стало еще веселее. Богдана, кажется, ситуация не расстроила:

– Победили бы! Анна Андреевна, вы очень уверенно рулили. Кто научил?

Мишаня вместо ответа молча погладил себя по груди – да,