Попаданка в разводе. С детьми - Милена Кушкина

За полдня я сделала куклам Амалии накидку, шляпку, связала сумочку и даже что-то вроде пинеточек, а то зима, а у них обуви нет. Дочка была в восторге. Марта тоже с интересом рассмотрела мое рукоделие и только языком поцокала.

– Первый раз вижу, чтоб одной кривой спицей такое связали, – она вертела в руках шляпку и пинеточки, – и форма интересная, ни на что не похожая. Какая ты фантазерка и мастерица, Дария!

И тут я поняла, что заслушавшись, я вязала не задумываясь. И в результате у меня получился вполне земной фасон, непривычный для местных.

Пришлось выкручиваться.

– Да я не очень хорошо умею вязать, это больше развлечение.

– Где же ты научилась такому диковинному мастерству? – поинтересовалась Марта.

– Женщина у нас как-то останавливалась пожилая, откуда-то издалека. Вроде как к родственникам добиралась, а вот так же непогоду пережидала. Вот она вязала, а я и подглядела, – беззастенчиво врала я.

– А что еще умеешь? – глаза Марты загорелись.

В историю с гостьей из далекой страны она, вроде, поверила. Да и какие сомнения, когда в этом мире и эльфы, и гаремы есть.

Я припомнила воздушные узоры и салфетки, которые мы вязали на ненавистных уроках труда. Казалось бы, ну кому эти кружевные скатерти нужны, ведь все давно можно в магазине купить: и практичнее, и наряднее будет.

– Еще можно красивые салфетки и накидки всякие вязать, только пряжа нужна не шерстяная, а тонкая, белая. Получится нарядно, – сказал я.

– Сейчас-сейчас, у меня есть – обрадовалась Марта и принесла мне клубок белых ниток.

– Я попробую вспомнить, – сказала я, – все же давно это было, а практиковалась я нечасто. Я немногим старше Амалии была.

Женщина покивала в ответ. Новый вид рукоделия захватил ее. Глаза азартно горели, а руки дрожали от предвкушения.

А у меня появилась мысль об открытии своего бизнеса.

Лишь только землю сковали заморозки, принесли записку от Фоамина, поверенного Дерека. Тот сообщал, что делу о моем разводе дали ход и наложили запрет на управление имуществом моим мужем Антонио. Однако, с моей недвижимостью есть проблемы.

Фоамин обещался прибыть к Дереку к ужину и просил меня прийти, чтобы мы могли обсудить дальнейшие действия.

Весь день я была как на иголках, предполагая, какие же проблемы могли возникнуть. Чтобы хоть как-то себя успокоить и занять руки, снова взяла вязание. Равномерное накидывание петель меня успокаивало. К вечеру я связала простенькую ажурную салфетку из белого хлопка.

Амалия же, наоборот, пребывала в радостном возбуждении. Почти недельное заточение дома из-за непогоды давало о себе знать, и теперь девочка предвкушала поход в гости и встречу с подругой.

– Мамочка, вот было хорошо, если бы мы с Санной вместе жили! – воскликнула девочка, когда в очередной раз пришла спросить, долго ли еще ждать.

– Амалия, но это же невозможно, – я на минуту отложила вязание, – вместе живут только братья и сестры.

– Но я же жила с Мегарой и Стефаном, хоть и не сестра им. Мы даже не дружили. Они постоянно прогоняли меня из своих игр и смеялись, – надулась дочь, – а вот с Санной мы дружим. Думаю, она бы не отказалась жить вместе с нами. Это намного веселее, чем с Афалиной.

– Детка, но я была замужем за Антонио, поэтому ты и его дети были вынуждены жить вместе, – постаралась объяснить я.

– Была? Значит, теперь он не твой муж? – обрадовалась дочь.

– Все верно, но мы расстались, так иногда бывает. Вот в этой записке мне как раз сообщают, что начался развод, – я помахала посланием от адвоката.

Глаза дочери засияли радостным блеском.

– Это так здорово! Значит, ты сможешь пожениться на Дереке?! – выдала довольная Амалия и тут же рот ладошками прикрыла.

– Что-о-о?! – мои брови взлетели вверх.

Дочь как ветром сдуло, и все оставшееся время она пряталась от меня на кухне под надежным крылом Марты, которая радостно ворковала и пыталась, по своему обыкновению, накормить девочку какими-то вкусностями.

Наконец, одно из светил стало клониться к западу, а, значит, можно было собираться в гости.

В этот раз я решила принарядиться, чтобы всякие Афалины не смотрели на меня презрительно. Дочь тоже радовалась обновкам, которые ей позволили надеть. Она долго крутилась у зеркала и строила смешные гримасы.

Марта, по обыкновению, сопровождала нас до соседского дома. После дерзкого появления Олимпии в нашем доме действовало негласное правило, что нас с Амалией нельзя отпускать одних. Да и заскучала женщина без новостей и общения, а в доме у Филсов можно и с кухаркой, и с экономкой поболтать.

Лишь только мы переступили порог, как оказались в центре урагана по имени Санна. Девочка тоже скучала и была очень рада встрече с подругой. Единственной, кто был недоволен нашим появлением, оказалась Афалина. Хотя я уже поняла, что мы с дочерью ей как кость в горле.

– Амалия, не уходи из дома без меня или Марты, – сказала я дочери громко.

Гувернантка поморщилась, понимая, что я намекаю на ее оплошность, но ничего не сказала.

– Дария, ты очаровательна, – из кабинета появился Дерек, – определенно, развод тебе к лицу.

Он взял мою руку в свою и легонько сжал пальчики. Вроде ничего предосудительного, однако была в этом неуловимом движении какая-то интимность, от которой у меня искорки побежали.

– Фоамин уже ждет, я провожу, – сказал он, беря меня под руку, – не переживай за Амалию. Я распорядился, что девочка не должна покидать наш дом без сопровождения родственников.

Афалина ничего не сказала, только глазами сверкнула и удалилась вслед за девочками.

Дерек проводил меня в кабинет, а сам ушел отдать распоряжения по поводу ужина.

– Фоамин приехал вместе с супругой, так что у нас сегодня большой семейный ужин, – подмигнул он мне, оставляя наедине с поверенным.

Поверенный был, как всегда, румян и активен. Он тепло улыбнулся мне и достал бумаги из толстой папки.

– Госпожа Дария, я изучил все документы, и у меня для вас много новостей. К сожалению, не все они вас порадуют, – вместо приветствия он сразу перешел к делу.

Руки похолодели, и я, обессиленная, опустилась в кресло напротив адвоката.

– Не пугайте меня, господин Фоамин. Рассказывайте все