Шатаут - Эйвери Килан

Уступая, я приоткрываю губы, когда Тайлер зарывается пальцами в мои волосы. Его язык касается моего, и мы оба стонем, жадно хватаясь друг за друга. Теперь я вспоминаю, как все закончилось тем, что я оказалась на раковине, а он – между моих ног. Одного поцелуя хватило, чтобы околдовать меня. Сейчас я готова позволить ему сделать все, что он только пожелает.

Жар разливается по телу, когда Тайлер покусывает мою шею. За этим следует череда обжигающих поцелуев, пока он снова не впивается в мою кожу, достаточно сильно, чтобы оставить отметину. От того, как мы тремся друг о друга, как мастерски Тайлер орудует губами, удовольствие достигает немыслимых вершин. Я хнычу, царапая ногтями его спину. Он доведет меня до оргазма, при этом даже не раздев.

– Сер, – выдыхает он у моего горла. – Я месяцами ждал, чтобы услышать этот звук.

А я месяцами ждала, когда же он снова прикоснется ко мне.

Сильными руками он обхватывает мою талию. Я, голодная и обезумевшая от желания, прижимаюсь к нему, наслаждаясь тем, что его достоинство становится все тверже.

Из груди Тайлера вырывается одобрительный возглас.

– Будь хорошей девочкой, кончи для меня.

– Угу, – стону я ему в рот.

Наши поцелуи становятся все более влажными и неуклюжими по мере того, как я достигаю точки невозврата. Я вращаю бедрами, стремясь к отчаянно желаемому освобождению. Когда Тайлер приподнимается мне навстречу, во мне вспыхивает эйфория, а зрение становится нечетким.

Я откидываю голову назад и в судорожном вдохе приоткрываю губы.

– Боже мой. Тайлер, я…

Неожиданно раздается звонок в дверь, и мы вздрагиваем, отстраняясь друг от друга. Каждая часть моего тела протестует против столь резкой остановки. Я задыхаюсь, мне жарко, а желание кончить настолько сильное, что причиняет боль.

Возможно ли умереть из-за того, что тебя довели до края? В данный момент мне это кажется очень вероятным.

Тайлер, сведя брови к переносице, смотрит на потолок.

– Кто заявился в такую рань?

– Есть у меня одна идея.

Но надеюсь, что я ошибаюсь.

Когда Тайлер отпускает меня, я сползаю с его колен, чтобы открыть дверь и, высунув голову, послушать, что происходит наверху. Кровь шумит в ушах, пока я пытаюсь отдышаться. Раздаются шаги, за которыми следует скрип петель.

– Привет! – доносится этажом выше приглушенный голос Эбби. – Сера еще не проснулась?

– Че-е-е-ерт, – Тайлер падает на кровать и прикрывает глаза рукой. Такая позиция привлекает внимание к его боксерам – и сильной эрекции. Желание, точно сердцебиение, пульсирует между моих бедер. Сложно сопротивляться искушению закончить начатое.

– Это ты мне скажи. Я думал, она с тобой, – ровным голосом отвечает Чейз.

– Ах. Ну, может, ты посмотришь в ее комнате?

Черт. Она разрушит мое прикрытие.

– Все будет в порядке, Сер, – приподнимается на локтях Тайлер. – Просто придерживайся плана. Поднимись наверх и веди себя так, словно ничего не произошло.

– План, – повторяю я. – Ничего не произошло. Верно.

Только вот, согласно нашему плану, меня не должны были сбивать с толку, прерывая на полпути к оргазму.

Я несусь к прикроватной тумбочке, хватаю телефон и начинаю лихорадочно строчить сообщение.

Сера:

Только что вышла из душа. Дай мне минутку, я скоро поднимусь.

Эбби:

Без проблем.

Я бросаюсь в ванную, где снимаю футболку Тайлера и натягиваю белый махровый халат, туго затягивая его на поясе. Что мне действительно нужно, так это пара чистых трусиков, потому что мои насквозь промокли, но выбирать не приходится. Так что обойдусь и тем, что меня не поймали.

Затем я собираю волосы, брызгаю немного воды на лицо, чтобы выглядеть так, как будто только что приняла душ, и, молясь про себя, поднимаюсь по лестнице.

Чейз и Эбби стоят у входной двери в ожидании моего появления.

– Прости, – говорю я брату. – Я как раз выходила из душа, когда услышала звонок в дверь.

– Ничего страшного, Сера, – кивает Чейз, но когда его внимание переключается на Эбби, он не скрывает раздражения. – В следующий раз просто напиши ей, Эбби. Не звони, мать твою, в дверь. Знаю, тебе не понять, но у некоторых из нас есть обязанности, для исполнения которых нужно нормально спать.

Немного грубо, но я не могу его в этом винить. Иногда кажется, что Эбби думает только о себе. Или вообще не думает.

– Прости, – отвечает она, но слова звучат неискренне.

Я указываю большим пальцем на коридор, ведущий в мою комнату, затем – на себя.

– У меня не очень подобающий вид. Пойдем в мою комнату, чтобы я оделась.

– Я принесла тебе кофе в качестве извинения, – протягивает она мне один из стаканчиков. Уточнив, что кофе без кофеина, я все же принимаю напиток. Смешать его с моими лекарствами – то же самое, что отправить меня на Луну. Но… главное же намерение, верно?

– Спасибо.

Чейз вскидывает брови. Он не только любопытен, но и подмечает любую мелочь.

– За что ты извиняешься?

– О, мы просто повздорили прошлой ночью, – вмешиваюсь я прежде, чем Эбби успеет ответить. – Ничего серьезного. Ну знаешь, женские штучки.

Женские штучки? Да я несу откровенный бред. Остается только надеяться, что он слишком устал, чтобы это заметить.

– Верно. Не важно, – ворча что-то себе под нос, Чейз поднимается обратно. Мне не нравится, что он такой недовольный, но это лучше, чем если бы он узнал правду.

У меня голова идет кругом, но я все же увожу Эбби к себе в комнату и прикрываю за нами дверь. Я все еще зла на нее, но в то же время пытаюсь осознать все, что произошло за последние двадцать четыре часа. Я даже не могу понять, насколько расстроенной мне стоит быть. Разве я не в состоянии сама о себе позаботиться?

Эбби плюхается на мою кровать и выжидающе смотрит на меня.

– Что происходит, подруга?

Впервые она действительно говорит шепотом.

– Ничего, – так же тихо отвечаю я.

Роясь в комоде, я ищу, что бы надеть. Я все еще не разобрала вещи, так что в последнее время вообще мало что могу найти. Я буквально тону в одежде, но сделала еще несколько заказов. Следует объявить перерыв в походах по магазинам. Но смогу ли я? Скорее всего, нет.

– Чепуха. Ты же ушла с Аидом. Что-то точно случилось.

– Я ушла, потому что чувствовала себя плохо, Эббс. Тайлер не стал бы пользоваться ситуацией.

– Как скажешь… – она внимательно присматривается ко мне, поджав губы. И тут ее зеленые глаза расширяются