Мимолётное влечение - Вероника Ольховская

Глава 30

— Представляешь, а после она стащила со стола тяжёлую скатерть, на которую бабушка как раз поставила праздничные салаты, — смеялась я, рассказывая про проделки Милы. — Такой грохот стоял… Хорошо, не задело осколками. Я думала, поседею раньше мамы.

Из кухни мы медленно перебрались на огромный диван в гостиную. Марк подвинул к нему небольшой журнальный столик, на который мы поставили вино, бокалы и оставшиеся фрукты.

— Проказница, — усмехнулся Марк, задумчиво смотря в сторону окна. — Я столько всего пропустил…

— Много… — огорчённо вздохнула я. — Но не всё. У тебя ещё есть шанс услышать первое слово, — теперь помрачнела я. — Я его уже больше полутора лет жду…

— А почему она молчит? — Марк перевёл взгляд на меня. — Я не силён в детях, не знаю, как быстро они развиваются. Но мне всегда казалось, что в таком возрасте уже вовсю говорят.

Наверное, он хотел спросить по-другому — возможно, Мила больна? Но, боясь меня обидеть, так и не решился задать неудобный вопрос.

— У неё моторная алалия. Говоря другими словами, она понимает обращённую речь, может выполнять речевые просьбы — её интеллект сохранён. Но, к сожалению, нарушена работа отдела мозга, ответственная за набор словарного запаса, — натянуто улыбнулась. — Сложно, правда?

— Это лечится? — тихо спросил Марк. — Точнее, не так… Чем я могу ей помочь? Может, лекарства какие-то дорогие… Или консультации лучших врачей? Ты только скажи — я всё организую.

Его забота была довольно милой. Я настолько привыкла справляться сама, что помощь мужчины сейчас казалось чуждой.

— Всё, что нужно, мы уже делаем, — дотронувшись до его ладони, ответила я. — Занятия с логопедом, коррекционно-развивающие упражнения, логопедический массаж и рефлексотерапия. Наш врач говорит, что скоро должны появиться результаты, — сделала паузу, прикусив нижнюю губу. — И я ей верю…

— Мы со всем обязательно справимся, — подсев ближе, Марк со спины обнял меня. — Только позволь мне провести тест… Я не хочу, чтобы твой несостоявшийся муж мог бессовестно появляться, заявляя права на мою дочь, — Гранин нежно поцеловал меня в висок. — Вдруг ему взбредёт показаться не только перед тобой, но и перед Милой. Для неё это будет лишним стрессом.

— Хорошо, — улыбнулась я. — Но сначала нужно рассказать о нас маме…

— Может, сделаем это вместе? Например, завтра.

— Прекрасная идея. Думаю, она будет рада. Ты ей понравился.

Мы редко говорили с мамой про отца Милы, потому что каждый такой разговор заканчивался ссорой.

Я не любила вспоминать время, когда только узнала про беременность. Родителям было сложно понять причину разрыва помолвки с Никитой, а новость о том, что незамужняя дочь ждёт ребёнка, стала для них настоящим шоком.

И если папа быстро успокоился, приняв «внебрачное дитя», то мама долго не могла смириться, продолжая попросту игнорировать меня. Она считала, что родив, я могла испортить жизнь не только себе, но и дочери.

На фоне сильного стресса я стала терять в весе и плохо спать. По результатам УЗИ Мила отставала от норм — настолько крохотной она была. Но и для мамы истерики не прошли бесследно — именно тогда стали проявляться первые симптомы заболевания.

К сожалению, папа не смог дождаться появления внучки на свет… После того, как его не стало, маме удалось найти в Миле новый смысл жизни. И сейчас она постоянно корила себя за прошлое.

Но, к сожалению, время было невозможно повернуть вспять. Поэтому постепенно мы научились жить настоящим, постепенно отпустив прошлое.

— О чём задумалась? — тихо спросил Марк, прикоснувшись губами к макушке.

— О том, как мне хорошо с тобой, — повернувшись, я уткнулась в бесовские зелёные глаза. — Кто бы мог подумать, что такой холодный и отрешённый мужчина снаружи, может быть мягким и тёплым внутри?

— «Холодный и отрешённый»? — усмехнулся Марк, вынудив меня сесть на его колени. — Как интересно… Ты никогда не думала, что я просто не хочу открываться временным людям?

— «Временным»? — удивилась я, обняв его за шею.

— Да, — холодные ладони Марка медленно переместились на талию. — Тех, кто рано или поздно меня покинет…

— Значит, я…

— Именно, — не разрывая зрительного контакта, Марк уверенно прижал меня к себе так, что его горячее дыхание стало опалять шею. — Я хочу, чтобы ты осталась со мной навсегда…

Это было слишком волнительно, слишком возбуждающе. Казалось, сейчас Марк играет со мной словно кошка с мышкой — издевается, дразнит, даёт время принять правила этой игры.

Но он даже не догадывался, что я давно желала стать его соперницей. Давно мечтала снова сгореть в пламени нашей безумной страсти.

— Какая ты красивая… — прошептал Марк, нежно прикоснувшись губами к подбородку.

От наслаждения прикрыв глаза, я хотела невольно податься назад, но сильная мужская ладонь не позволила мне двинуться. Марк продолжал осыпать горячими поцелуями мою шею, а я медленно сходила с ума.

Невыносимое возбуждение, зародившееся в безднах моего сознания, окончательно затуманило рассудок, позволив сбросить оковы смущения, и отдаться моменту.

Обхватив Марка за затылок, я перешла в наступление и впилась в его губы томным поцелуем. Сильные мужские руки продолжали сжимать мои бёдра, вынуждая прижиматься всё ближе к горячему торсу.

Мы целовались словно умалишённые. Утопая в пучине желания, я не заметила, как на полу оказались наши вещи. Футболки, шорты и нижнее бельё — полностью нагие мы не решались начать одержимый танец страсти, блаженство которого уже испытали давней жаркой ночью.

Но мучительная прелюдия не могла продолжаться долго — положив меня на диван, Марк нетерпеливо соединил наши тела.

Плавные, медленные движения постепенно усиливались, заставляя нас бесстыдно громко стонать от удовольствия.

— Не останавливайся, пожалуйста, — шептала я, ногами прижимая Марка как можно ближе к себе. — Мне мало тебя…

Но Гранин и не собирался останавливаться. С каждой следующей секундой он заставлял меня испытывать всё новые, более сладкие ощущения, концентрируясь на которых, я забывала, как дышать.

Наша близость была больше, чем просто сексом — мы упивались друг другом. В каждом движении, в каждом взгляде и прикосновении я чувствовала его немую любовь.

Я была уверена — Марк испытывал ко мне самые нежные чувства, о которых пока боялся говорить вслух.

Глава 31

/Марк/

Нам пришлось расстаться с Лидой ближе к полуночи. Как бы я ни уговаривал её на ночь остаться со мной, она была непреклонна.

С одной стороны, я понимал, почему она хотела вернуться домой — из-за болезни её мама сильно уставала сидеть с Милой. Но с другой, во мне бунтовал мужчина, который хотел, чтобы его