Клятва мести - П. Рейн

Она улыбается, и на кратчайшую секунду я думаю, не могли бы мы потренироваться. Смогу ли я влюбиться в Мирабеллу Ла Розу? Можем ли мы изменить то, как заключаются браки мафии? Могу ли я позволить себе дать ей силу, которую она так отчаянно хочет?

Я понятия не имею, что это за ответы.

17

МИРАБЕЛЛА

— Ты снова встретилась с Марсело?

София скрещивает руки и вздёргивает бедро.

Она подвергала сомнению каждую мою встречу с ним и явно чувствует, что что-то не так. Я не призналась о том времени, когда мы дурачились в его комнате, потому что не ожидала, что будет другой раз. Но после того, как вчера я потеряла силу воли в компьютерном классе, я могла бы воспользоваться советами моей лучшей подруги, чтобы понять, что, по ее мнению, все это значит.

— Да. У нас есть сделка.

Ее лоб морщится. — Что за сделка?

Я падаю рядом с ней на диван и признаюсь во всем — в сделке, которую мы заключили о моей уступчивости, в нашем разговоре у пруда, в том, что произошло в его комнате и вчера в компьютерном классе.

Когда я дохожу до того, что мы дурачимся, ее руки взлетают, чтобы прикрыть рот, глаза широко раскрыты. — Боже мой, как это было?

Моя голова падает обратно на диван.

— Лучше, чем я думала, что это может быть. У меня нет никакого опыта, кроме как с Лоренцо, но с ним такого никогда не было.

Мой телефон за столом гудит, и я беру трубку и вижу, что Лоренцо прислал мне еще одно сообщение. Я уворачивался от него последние пару недель, но парень не понял намека. Очевидно, мне придется придумать что-то еще, чтобы заставить его уйти.

— Это Марсело?

София смотрит на мой телефон.

Я качаю головой и кладу телефон обратно на стол. — Неа. Лоренцо. Снова.

Она закатывает глаза. — Он остановил меня вчера, когда я возвращалась сюда. Хотел узнать, почему ты не поговорила с ним. На самом деле он попросил меня устроить тайную встречу между вами двумя.

— В чем его проблема? Все кончено. Я пытаюсь помочь ему, держась от него подальше. Марсело надерет ему задницу — правила или нет — если он приблизится ко мне. Наверное, даже больше сейчас, когда мы… — Я не заканчиваю фразу. Я уже сообщила ей все подробности.

— Итак, как ты думаешь, что это значит, что вы, ребята, теперь дурачитесь друг с другом?

Я смотрю на нее «хм». — Вот что я надеюсь, ты мне скажешь.

— Ну… ты подумала, что, может быть, это значит, что твой жених начинает тебе нравиться? — Она хихикает.

Я бросаю на нее хмурый взгляд.

— Мне нравится его способность заставить меня кончить, София, вот и все.

— Ты уверена? — Она наклоняет голову. — Ты смягчаешься к нему. Даже то, как ты говоришь о нем или произносишь его имя, отличается от того, что было раньше.

Мой рот открывается. — Это не то!

Она смеется. — Не волнуйся, твой секрет в безопасности со мной.

Она подмигивает.

Я подхожу к комоду, беру толстовку, надеваю спортивный бюстгальтер и иду в спортивный центр, где встречаюсь с Марсело на очередной тренировке. Он украл из столовой нож для масла, чтобы сегодня он был нам реквизитом.

— Я не смягчаюсь по отношению к нему. Я все еще не хочу выходить за него замуж, София.

— Ты подумала, что, может быть, это и хорошо? Может быть, у вас двоих будет счастливая совместная жизнь.

Я натягиваю толстовку через голову и поворачиваюсь к ней лицом. — Я никогда не буду счастлива, когда меня заставляют играть роль, в которой я не хочу участвовать.

Она хмурится, кажется, думает.

— Я просто хочу, чтобы ты постаралась извлечь из этого максимум пользы. Я не хочу видеть тебя несчастной.

— Я знаю. И я ценю это. Но я не буду счастлива, если меня заставят вести жизнь, которой я не хочу, независимо от того, насколько хорош секс.

Она проходит через комнату, чтобы обнять меня. — Я понимаю. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

Я сжимаю ее в ответ. — И я планирую ею стать. Так или иначе.

Мы отстраняемся, и я слегка улыбаюсь ей. — Я буду поздно. Увидимся ночью.

Она кивает, и я выхожу из комнаты. Коридор пуст, когда я иду к лифту, оставляя меня думать о словах моего лучшего друга. Она знает меня лучше, чем кто-либо. Она права? Я смягчаюсь по отношению к Марсело?

Исчез пылающий гнев каждый раз, когда я думаю о нем. И я больше не огрызаюсь на все, что исходит из его уст. Я подумала, что это потому, что это было частью нашей сделки, но это только публично. Даже наедине я лучше к нему отношусь, а временами была слишком уязвима с ним.

— Дерьмо, — говорю я, входя в лифт.

Мне начинает нравиться мой жених.

Если я не буду осторожна, я забеременею и застряну в особняке, выбирая шторы.

Я в своей голове, когда иду в спортивный центр. Я счастлив на расстоянии, так что я могу получить некоторое представление о моей ситуации, прежде чем я снова окажусь на орбите Марсело.

Когда я подхожу к зданию, меня останавливает Данте Аккарди. Я не разговаривала с ним с тех пор, как мы столкнулись в Римский дом на первой неделе в школе, и это работает для меня.

Почти столкнувшись с ним, я хмурюсь. — Что, черт возьми, ты делаешь?

— Рад, что наткнулся на тебя.

Я скрещиваю руки на груди и бросаю на него взгляд, надеюсь, полный презрения.

— Нам нужно поговорить.

Я язвительно смеюсь.

— Нам не о чем поговорить. — Я делаю шаг, чтобы обойти его, но его рука сжимает мое плечо. — Я предлагаю тебе убрать свою руку сейчас, прежде чем я уберу ее за тебя.

Он откидывает голову назад и смеется. — Я думаю, ты все же захочешь меня выслушать. Его рука падает. — У меня есть для тебя взаимовыгодное предложение.

Я бы солгала, если бы сказала, что это не вызывает у меня интереса. — Все в порядке. Давай послушаем это. Хотя мне есть где быть.

Он подходит ближе ко мне. — Ходят слухи, что ты не рад своей предстоящей свадьбе.

Я выгибаю бровь. — Что выдало?

Я невозмутима.

— А что, если бы у меня было для тебя предложение получше?

— Да ладно, Данте, тебе нечего предложить мне лучше, чем Марсело.