Мисс Совершенство - Лоретта Чейз

Ей отчетливо вспомнились длинные мужские ноги, высовывавшиеся из-под одеяла, и во рту у нее пересохло. Крепко сжав сложенные на коленях руки, она признала:

– Кру рассуждает очень разумно.

– К сожалению, по тем же причинам он не позволил мне надеть носки, а я уверен, что вам неприятно смотреть на мои голые лодыжки, мисс Олдридж.

Она и без того видела гораздо больше, чтобы лишиться душевного покоя: как, например, распахнулась его сорочка, когда он лежал в забытьи, обнажив твердые мускулы груди, покрытые золотистой кудрявой порослью.

– Не следует уделять слишком много внимания правилам приличия, – бросила она небрежно. – Не волнуйтесь. Чтобы не пострадала моя репутация, приехала моя бывшая гувернантка, так что не следует опасаться, что вид вашей кожи подорвет мои моральные устои.

– Завидую вашему умению контролировать свои чувства, – тихо произнес Алистер. – Сомневаюсь, что я смог бы равнодушно смотреть на ваши обнаженные лодыжки.

Жаркая волна, зародившаяся где-то в самом центре ее существа, разлилась по телу.

Из дальнего угла комнаты послышалось покашливание, и мистер Карсингтон раздраженно взглянул на своего слугу:

– В чем дело, Кру?

– Я лишь хотел напомнить, сэр, что кухарка изо всех сил старалась возбудить ваш аппетит и что вкус некоторых деликатесов не улучшается, когда они долго стоят.

После того как внимание гостя опять переключилось на нее, Мирабель уже удалось привести свой разум в рабочее состояние. Он ее поддразнивает, сказала она себе. Для кавалеров из общества такое галантное обхождение в порядке вещей. Флирт и туманные намеки являются неотъемлемой частью разговора. Дамам старшего возраста нашептывают на ухо и не такое.

Глупо думать, что женские лодыжки – пусть даже обнаженные – могут возбудить в нем сильные чувства.

– Вы не присоединитесь ко мне? – спросил Алистер. – Ваша кухарка наготовила столько, что можно накормить целый полк.

– Я привыкла к отцовскому аппетиту, а он у отца отменный, – сказала Мирабель. – И все же это не слишком много для мужчины вашей комплекции. А я совсем не голодна. Но вы, возможно, предпочли бы поужинать в одиночестве?

Лучше уж ей уйти. Она просто пришла взглянуть на него. Не будь у нее забот, она бы увлеклась им. Конечно, это абсурдно в ее возрасте и опасно не только для ее добродетели.

Она поднялась, но Алистер попросил:

– Я буду вам очень признателен, если составите мне компанию.

Она опять опустилась на стул.

К неудовольствию Алистера, как только он покончил с едой, мисс Олдридж снова встала, собираясь уйти:

– Миссис Энтуисл будет беспокоиться. Я сказала, что загляну к вам на минутку.

– Чтобы восхититься силой моего духа?

– Да. А также чтобы убедиться, что вы не чувствуете себя брошенным. У вас бы не было отбоя от посетителей, если бы доктор Вудфри не запретил. Он говорит, что вы никоим образом не должны напрягаться.

– Я только и делал, что сидел здесь, ел и болтал, – произнес Алистер.

– Не только, – возразила она. – Вы еще старались быть остроумным и обаятельным. Это приятно для меня, но плохо для вас.

– Я нисколько не утруждался, – заверил он ее. – Остроумием и обаянием я наделен от природы.

– В таком случае это не очень хорошо для меня, – сказала она и быстро добавила: – Пока я сижу здесь и позволяю вам очаровывать и развлекать меня, важные дела остаются без внимания.

Он откинулся в кресле:

– Какой удар! В вашей жизни существует нечто более важное, чем я. Ну что ж, придется смириться с этим и найти какое-нибудь банальное занятие, которое якобы для меня важнее, чем вы. Кру, принеси мне перо и бумагу, я напишу несколько писем.

– Ни в коем случае, – заволновалась Мирабель. – Вам нельзя напрягать мозг.

– Я должен дать знать лорду Гордмору, что меня временно уложили в постель. В любом случае он ждет от меня весточки.

– Я сегодня же отправлю ему письмо экспресс-почтой, не волнуйтесь, а также письмо вашим родителям.

– Моим родителям? – Алистер чуть не выскочил из кресла, но нога и лодыжка безжалостно напомнили, что следует оставаться на месте. Он снова опустился на сиденье, ухватившись за подлокотники. – Кто вам это посоветовал?

– Совесть. Ваши друзья и родственники вскоре услышат о том, что с вами произошел несчастный случай. Я не хотела, чтобы они встревожились, получив, как обычно, искаженную и преувеличенную версию того, что случилось. Вы даже представить не можете, какие ходят слухи.

Алистер по собственному опыту кое-что знал о слухах и понимал, что они иногда обрастают такими дикими подробностями, что нарочно не придумаешь. И теперь – слишком поздно – понял, что совершил множество роковых ошибок. Он уделял ей слишком много внимания, и особенно на вечеринке у Толбертов. Они отправились на прогулку верхом в сопровождении одного лишь грума. Они провел значительную часть ночи наедине в этой спальне. Не трудно догадаться, что думают по этому поводу слуги.

– Кое-кто считает, будто я умышленно завела вас в опасное место и несчастный случай произошел из-за меня, – сообщила Мирабель. – Будто я пыталась…

Алистеру снова показалось, что его ударили крикетной битой.

– Вы попытались – что?

– Столкнуть вас в ручей.

– Что за чушь! Зачем вам это понадобилось?

– Из-за канала.

Алистер не сразу понял, о чем она говорит, а поняв, выругался. Он совсем забыл, что в ее глазах захватчик, приспешник мерзкого виконта. А еще забыл, что следует думать не только о том, что ниже пояса.

Слишком долго он избегал женщин: ждал, пока заживет и придет в более-менее рабочее состояние нога. А потом…

Он и сам толком не знал, что его удерживало. Он как будто оцепенел или не вполне проснулся. И надо же такому случиться, что после почти трех лет воздержания и равнодушия к прекрасному полу именно в этот момент он вышел из комы или того состояния, в котором пребывал, как бы оно ни называлось! Разве не странно, что он выбрал ее – незамужнюю леди, – когда вокруг полным-полно веселых вдовушек, одиноких дам, опытных распутниц?

Вместо того чтобы сосредоточиться на деле, он упивался фантазиями, однако осуществить их ему не позволяли определенные принципы.

Алистер чуть заметно улыбнулся:

– Убийство. Из-за канала. Видимо, людям здесь и впрямь не хватает сильных ощущений. – Он окликнул слугу: – Кру, ты что-нибудь об этом слышал?

Взгляд камердинера метнулся с хозяина на мисс Олдридж, но она сказала:

– Не обращайте на меня внимания. Не сомневаюсь, что об этом болтали слуги внизу.

– Да, об этом упоминали. Все слуги