Выбери меня - Эля Муратова

— О. Вт ты где, — пьяно улыбается мне.

Отцепляюсь от Алёхина, всё ещё держащего меня за руку. Вытянувшись во весь рост, в два счёта оцениваю разворачивающуюся передо мной картину.

Решение приходит мгновенно. Зотову явно пора на боковую. Говорю, стараясь сделать свой голос спокойным:

— У меня всё хорошо, Тим. Правда.

Тима слегка пошатывается. Упирается ладонью в проём.

— Я уже иду. Ты не мог бы подождать меня там? — киваю туда, откуда он пришёл. — Я приду через минутку. И мы поедем домой. Окей?

Тима лыбится. Повторяю чуть настойчивее:

— Подожди меня там, Тим.

Наконец он кивает, выдавая нужную мне реакцию. Молчаливо обращаюсь к Паше, застывшему статуей чуть поодаль. Красноречиво смотрю на него. Мол, помоги. Тот, слегка закатив глаза, фыркает. Осторожно тянет Тиму за рукав в направлении выхода.

— Пошли, братан…

Зотову не остаётся ничего, кроме как покорно плестись следом.

Оборачиваюсь к Серёже. Он смотрит на меня исподлобья. На лице — ни тени прежней открытости. Цедит сквозь зубы:

— Это и есть твой друг?

Не обращаю внимания на сарказм в его голосе. В данный момент мне совсем не до этого.

— Да! И сейчас мне нужно срочно отвезти его домой. Пока он не отрубился прямо здесь! — улыбкой пытаюсь сгладить ситуацию. Судя по нахмуренным бровям Алёхина, у меня это выходит не очень. Ай, ладно! Потом разберусь.

— Рада была повидаться, Серёж, — говорю примирительно.

Он откидывается на спинку дивана. Ловко вкрутив стик двумя пальцами, жмёт кнопку айкоса. Смотрю на него, ожидая элементарных слов прощания в ответ.

Он выдаёт лишь сухое, как занозы на плохо отшлифованной доске:

— Счастливо добраться. Домой.

Мысленно махнув рукой, разворачиваюсь на выход, слегка взбешённая этим его ядовитым тоном. В последний момент бросаю едкое:

— Курить вредно, в курсе?

Алёхин делает глубокую затяжку. Длинно выдыхает струю дыма в сторону.

— Не вреднее, чем бежать от собственных нереализованных желаний.

Мне дико хочется хлопнуть дверью прямо сейчас! Со всей дури, чтобы посыпалась штукатурка. Но там лишь… дурацкая шторка.

На пути к ожидающему меня в общем зале Зотову безуспешно стараюсь успокоиться. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Тьфу ты!

Ну что за невыносимый человек!?

Нам никогда не будет скучно вдвоём. Бла-бла-бла… Мысленно передразниваю Алёхина.

И ничего я не бегу. Что за бред!?

Глава 23

Игры взрослых детей

Новогодние праздники я провожу с родителями в посёлке.

Я как будто возвращаюсь в детство. Напитываюсь только ему присущим спокойствием и лёгкостью.

Мы с мамой лепим целые подносы пельменей и вареников с картошкой. И потом варим их зимними вечерами, сидя в натопленной кухне с работающим фоном телевизором.

Желания выбираться на лыжи у меня почему-то нет. Обычно я каждый сезон езжу на местную горнолыжку. Но не в этот раз. Сейчас мне хочется не скорости и экстрима, а простого уюта и домашнего тепла.

Мы гуляем с мамой по до боли знакомым мне улочкам родного посёлка. Снег скрипит под нашими ногами. Когда я, не удержавшись, падаю в свежий сугроб, раскинув руки в стороны, мама лишь смеётся. И не говорит мне обычное: «Встань, а то застудишься».

В один из праздничных дней я навещаю свою сестру. Приношу машинку на радиоуправлении для подросшего Егорки. В прошлом году у Даши родился второй сын, которого назвали Саввой. Сейчас ему несколько месяцев.

Нам особо не удаётся поговорить наедине, так как маленький требует много внимания. Но я и рада. Мне не очень хочется сейчас откровенничать. Даже с сестрой.

Мне кажется, что люди, легко заимевшие детей, никогда не поймут таких, как я, которым всё даётся с трудом. И это не плохо, нет. Просто… как есть.

После визита к Даше я заезжаю в местный супермаркет. Он — чуть ли не единственный на весь наш посёлок. И считается своего рода местом для круглосуточных тусовок. Проще говоря, здесь собираются все.

Когда я тянусь на верхнюю полку за пакетом нужной мне муки, меня неожиданно окликают сзади.

— Ирин? Ты?

Моментально узнаю голос своего бывшего — Саши. Вот принесла же нелёгкая…

Оборачиваюсь. На моём лице нейтральная вежливая улыбка. С такой я обычно приветствую продавца на кассе.

— Добрый вечер.

Это действительно он. Выглядит так, словно его пережевали и выплюнули. Жизнь явно на нём потопталась. Лишний вес, отёкшее, осунувшееся лицо. Потухший взгляд. В нём мало что осталось от того, прежнего Саши, с которым я встречалась почти полжизни назад.

— Это действительно ты… — пялится на меня неверяще. — Я думал, ты живёшь в Питере.

— Приехала к родителям на праздники, — отвечаю уклончиво, не желая посвящать его в детали своей личной жизни. Привяжется ещё, не дай боже.

— Как ты? Как вообще?

— У меня всё хорошо, — даю обтекаемый ответ. У меня нет никакого желания с ним откровенничать или узнавать что-то о его жизни.

— Котик! Ты где пропал?

В шоке оборачиваюсь. Из-за угла выруливает… Маринка. На ней велюровый чёрный костюм. Из той категории, что и в пир, и в мир. И на день рождения к подруге, и мусор выкинуть. Волосы собраны в торчащую на голове гульку-антенну. Я свято верю, что девушки крутят эту хрень не иначе, как для связи с инопланетной цивилизацией.

На руках у Марины ребёнок, по виду мальчик. Второй, лет четырёх, цепляется за её штанину.

— Саш… — визгливо начинает Маринка, но тут же осекается, увидев меня.

— Привет! — здороваюсь с ней весело, не давая возможности прийти в себя.

Обращаюсь к ним обоим:

— Мне пора! С прошедшим!

Ловко схватив пакет с мукой, ныряю в просвет между рядами. Сразу же направляюсь на кассу. Нафиг, нафиг. Прошлое пусть остаётся в прошлом.

По дороге домой думаю, что я могла бы сейчас быть на месте Маринки. Ходить в велюровых штанах и с тележкой по деревенскому супермаркету. Б-р-р.

Оставшийся вечер я посвящаю выпечке имбирных пряников. Завтра Рождество, и я еду к Литвиновым. По плану — украсить готовые изделия вместе с детьми. Специально для этого я купила целый набор пищевых фломастеров.

Дома у Лёши и Алёны на удивление тихо. Машенька спит, поэтому все ходят на цыпочках.

Макс и Иванка, расположившись на диване внизу, смотрят какой-то новогодний фильм по телеку.

Мы с Алёнкой обнимаемся, как будто не виделись несколько лет, а не каких-то пару недель с прошлого года.

— Где Лёха? — спрашиваю бодро.

— На заднем дворе. Придумал себе заботу, — кивает в сторону камина, стоящего в гостиной. — А я предлагала сделать электрический, но нееет. Настоящий ему подавай. Теперь играет вон в дровосека целыми днями.

Фыркаю.

— Чем бы дитя не тешилось. Мы же