Королевской поступью. Первый шаг императрицы - Айлин Лин

И тут Павел решает сбежать к тебе, а я по случайному стечению обстоятельств, попадаю в руки главы Тайной канцелярии. Ты знаешь, артефакт я не носила, теургам хватает своей защиты, но тут мои щиты не выдержали. Меня отвезли в Тайную канцелярию и передали в руки заместителей, которые, не разобравшись, пытались завербовать меня. А точнее, сделать постельной шпионкой. Ух и разозлилась я тогда! Даже не думала, что способна на такое. Лишив сознания двоих заместителей главы ведомства, пыталась сбежать. И мне почти удалось, – озорно улыбнулась Веся, – меня поймал он, – кивнула она на дверь.

– Этот Серый человек и есть глава? – Уточнила я.

– Да. И после разговора назначил меня своим первым заместителем. Сейчас вообще в ведомстве грядут большие перемены. Теурги привыкли почивать на лаврах былой славы, забыв, что мир не стоит на месте. Но я отвлеклась. В это же время Василий Андреевич привозит известие, что Тихомир в твоём имении. Тайная канцелярия хотела послать своих шпионов, но я, зная твой неугомонный характер, уговорила моего патрона ехать самим. И не ошиблась. Когда прибыли, вы уже покинули усадьбу, отправившись за бумагами учёного. А мы последовали за вами. Так всё и было. Здесь же нас ждал сюрприз. Бартош решил явиться сам. Так что теперь он у нас в руках.

– Дела-а-а-а. Выходит, зря ты пряталась от теургов? Подумать только, – я тряхнула головой, собирая мысли в кучу, – Тайная канцелярия, заговоры, интриги. И это в глуши, далеко от столицы. Признаюсь, при дворе жилось спокойней.

Веся рассмеялась:

– Ты и спокойно – вещи несовместимые.

– Выходит так, – пожала плечами, – и что теперь? Заберёте Тихомира к себе?

– Нет. Учёные – народ ранимый. Пусть уж живёт под твоим присмотром. Тем более что это идёт империи на пользу.

– Как ты заговорила, – усмехнулась я, – радетель за судьбы страны.

– За эти недели моё мировоззрение и правда изменилось. Когда ощущаешь, какой обладаешь мощью, начинаешь смотреть на людей и события по-другому.

– Рада, что у тебя всё сложилось так удачно. Мне всё виделось, что ты сидишь в казематах. Как я переживала…

– Знаю, – Веся подошла и погладила меня по плечам, – теперь мы сможем видеться чаще. Надо же нам проследить, чтобы вы случайно не изобрели что-нибудь опасное, – она щёлкнула меня по носу, – и Саша, – взгляд её стал серьёзен, – обо всём пиши мне. Патенты вы, как положено, получите. Но не все наработки можно сразу предъявлять миру. Это просьба. Как ты понимаешь, пока просьба.

Подруга изменилась столь разительно, что я всё не могла поверить своим глазам и ушам. Из наивной девочки она превратилась в сильную, волевую женщину. Правая рука начальника Тайной канцелярии. Как иногда оборачивается судьба, играя нами, как марионетками. Я была рада. Окончен этот спектакль с переодеванием. Не нужно больше бояться разоблачения. И всё же… Весения стала неуловимо далёкой. Будто живёт за какой-то невидимой гранью, куда простым смертным хода нет. В её глазах поселился холод, свойственный всем теургам. Надеюсь, служба во благо империи не изживёт в ней природную доброту, оставит хоть каплю человечности. Я вспомнила Серого. Бездушное существо. Может, я ошибаюсь, и ему не чужды отзывчивость и сердечность. Только не хочу, чтобы подруга стала такой же… Страшной.

Дверь отворилась, и в комнату вошли две женщины из деревни. Руки у них были заняты большими корзинами.

– Мы тут ужинать вам собрали, – робко сказала одна, кося на Весю глазами.

– Спасибо, – я приветливо улыбнулась, вышла из-за стола и взяла снедь, – есть очень хочется.

– Кушайте, – поклонились женщины, – на здоровье. Что понадобится, так Тишку пришлите. Мы его здесь оставили. В конюшне спать будет.

Поблагодарив хозяюшек, проводила их до двери.

В кухне начал собираться народ. Первым пришёл Василий Иванович, за ним Тихомир, до сих пор потиравший пятую точку и укоризненно глядящий на меня. Потом в комнату вошёл глава Тайной канцелярии, и воцарилась тишина. Само его присутствие давило на сознание.

Мы с Весей разобрали корзины. Из деревни передали пару горшков с густой, наваристой и просто одуряюще пахнущей грибной похлёбкой. Кольцо колбасы и круг сыра, свежий хлеб и зелень. Отварные овощи. Настоящий пир!

Все молча принялись за еду.

Когда настал черёд чая, ко мне неожиданно обратился Серый.

– Александра Николаевна, Весения объяснила вам по поводу новых открытий, если таковые будут?

– Да.

Он молча кивнул.

– Как к вам можно обращаться? – спросила в свою очередь.

Серый удивлённо приподнял бровь:

– Не думаю, что нам предстоит общаться вновь… Зовите меня Пётр Петрович. Если угодно…

– Пётр Петрович, – я набралась храбрости и приступила к расспросам, надо выжать побольше информации, пока есть возможность, – поделитесь, что будет с Бартошем?

Тот медленно отставил чашку:

– Скажем так, его ждёт участь цесаревича, – и теург беззвучно рассмеялся. От его смеха мороз продрал по коже. Я глянула на Весению, взгляд девушки потемнел и стал страшен.

Сразу после ужина все разбрелись по спальням. Нам с подругой досталась маленькая горница с широкой кроватью, куда мы и завалились.

– Веся…

– Что Саша? – Девушка повернулась ко мне.

– Я заметила твои глаза, когда речь зашла о Бартоше. Расскажешь?

– Он был инициатором травли, что устроил король моим родителям. И собственноручно вышвырнул нас из родового замка.

– Судьба всегда возвращает содеянное. Закон бумеранга.

– Что это такое, бумеранга? – Веся села в постели, придвинувшись ко мне.

– Бумеранг – это такое оружие, по-особому изогнутая палка. Когда её кидаешь, она возвращается к тому, кто бросил. Получается, если ты ударил кого-то, то это всё вернётся к тебе. Потому и говорят: закон бумеранга.

Весения задумалась и потом кивнула:

– Только прошлое не вернуть, и не исправить, – жестокость проступила в милых чертах девушки.

– Но есть возможность сделать будущее лучше, – я обняла её, погладив по голове.

На мгновение Веся обмякла и снова стала той, прежней, прильнув к моему плечу.

Мы легли рядышком и ещё долго разговаривали, обсуждая, что же ждёт нас всех дальше.

Глава 20

Утро выдалось пасмурным, низкие тучи рваными клубами неслись над землёй, в воздухе пахло дождём. Лягушки надрывали глотки то ли на речке, то ли на озере. Вчера осмотреться времени не было.

Веся ещё спала. Я не стала её будить и, одевшись, вышла на улицу. Во дворе сидел Тишка, остроносый кудлатый мальчишка лет десяти. Заметив меня, он бросил большую палку, с которой играл и подскочил ко