Довод для измены - Ария Тес

— Кхм-кхм… — тихо откашливаюсь — замирает.

Ага, внимание привлекла. Шикарно.

— Я пойду, наверно? В смысле…я пойду. Не надо было вообще сюда идти и…простите, что так получилось.

Что. Ты. Несешь. Сумасшедшая!!! Извиняешься?! За что?! За то, что ты девственница?! И тараторишь?! Мы же договорились: гордо, а не как побитая собака!

Мда-а-а…это провал…

Влад считает также.

Он поворачивается, выгибает брови забавно, из-за чего из груди рвется глупый смешок. Я сразу поджимаю губы, конечно же, но он уже его услышал. Явно оценил. Почти сам готов прыснуть, однако держит себя в руках гораздо лучше моего.

Вдруг поднимает мой телефон.

— Не думал, что они еще живы где-то.

Боже!

Я в миг становлюсь пунцовой! Так нелепо этот перемотанный изолентой кусок пластика смотрится в его руках. И так стыдно вдруг…сразу чувствую себя какой-то нищенкой…да я и есть нищенка по сравнению с ним, и это очевидно. Даже не нужно было ехать в этот отель, чтобы понять…

Мы такие разные…

— Прости, что взял, — говорит дальше тихо, вкрадчиво, — Но он трезвонил. Ненавижу полифонию, от нее голова раскалывается.

— Звонил?

О черт! Я обо всем забываю: кто мне может звонить, кроме семьи?! А вдруг это папа? Я не же не предупредила, что меня не будет! Не хочу его волновать.

Иногда он волнуется…

Почти подбегаю к Доводу и забираю телефон из рук, чтобы посмотреть входящие: Ника.

Фу-у-ух…почти осязаемо выдыхаю с облегчением.

— Ничего срочного?

— Это…подруга, — рассеяно хмурюсь, все еще вглядываясь в список звонков.

Походу дела сегодня не тот день, когда отец будет за меня волноваться.

— Хорошо.

Довод забирает телефон снова и откладывает его на край стола, а потом тянет на себя за пояс халата.

— Тогда нам никто не помешает.

С чем? Я не успеваю даже сообразить, как оказываюсь на коленях мужчины, от которого меня натурально трясет.

Он так близко…

И я снова краснею. От прямого взгляда, от образов, от воспоминаний…

Влад нежно касается моей щеки, слегка хмурится, а потом глухо шепчет.

— Я должен…извиниться, малышка Женя. Прости, что не дал сказать тебе и слова. Меня перекрыло. К тебе слишком тянет.

— Вы…

Так. «Вы»?! В сложившихся обстоятельствах называть его на «вы» нелепо, как минимум. Поэтому я поправляю себя и встречаю в этих черных омутах одобрение.

— Ты не сердишься?

— На себя, если только. Как ты себя чувствуешь?

Такое мягкое участие. Неужели он на такое способен? Так странно…я этого совершенно точно не ожидала…Да, я Влада почти не знаю — факт, даже можно сказать, что факт приукрашенный. Я его не знаю — так будет вернее. Но мне все равно казалось, что он стальной — никаких компромиссов, никакой жалости. А нет, кажется? И у «Железного» человека где-то в глубине груди есть сердце?

Ему ведь правда стыдно.

Слегка улыбаюсь, когда чувствую, как рука сама собой дергается, чтобы его коснуться и удостовериться, что он реален — я себе такой вольности не позволяю. Глаза опускаю, волосы за ухо убираю и киваю пару раз.

— Ничего вроде.

— «Вроде» — это не ответ. Тебе больно?

Прислушиваюсь к себе. Нет, мне уже не больно, но внутри такое давящее чувство. «Рухнувшее» ощущение — иначе сложно описать. И тянет-тянет-тянет.

— Немного дискомфортно, но уже не больно.

— А кровь…

— Пожалуйста, мы можем это не обсуждать?!

Если по началу его интерес — это было вполне себе мило, то теперь мне дискомфортно не только ниже пояса, но и в душе. Так странно отвечать на такие вопросы, я ерзаю на коленях, осматриваюсь, будто ищу, как сбежать.

А я хочу сбежать! Снова! Но получаю вместо путей отхода только его смех.

Кошусь на него в ответ, Влад наполняет бокал вином.

— Выпей.

— Я не пью.

— Сегодня можно. Давай. Оно очень неплохое: вишня, малина, немного специй…

Говорит он о нем так…порочно? Так...маняще. Я, словно снова под гипнозом, забираю бокал на высокой ножке, смотрю на вино.

А оно, как кровь.

Меня простреливает странное возбуждение.

В полумраке номера Влад, который продолжает смотреть на меня, как самый сладкий порок, которому ты уступаешь снова и снова. А потом еще и еще.

Делаю глоток, не отводя от своего личного Дьявола взгляда.

Терпкое. Как будто острое? И вязкое.

Фу.

Морщусь — Влад начинает тихо смеяться.

— Это…

Хочется сказать, что очередная шутка и прикол, но я помню, как он отреагировал в прошлый раз на мое такое заявление, поэтому я решаю прикусить язык. Вместо снова смотрю на вино, как кровь, и делаю еще один глоток. Где он там вишню увидел? Тем более малину. Я без понятия, правда — по мне так ужас просто…

— Не нравится?

— Если честно, то не очень.

— Что ты чувствуешь?

Пару мгновений медлю, а потом жму плечами и снова бесстрашно смотрю в глаза.

— Ничего особенного. Вязко и неприятно.

Я не могу до конца понять, но, если честно, кажется, я говорю не о напитке. Так много всего крутится вокруг секса, а по факту то что? Ничего. Абсолютно ничего хорошего. Может быть со мной что-то не так? Такие мысли приводят в странное отрешение. Я снова смотрю в окно, где открывается вид на огромное, красивое поле с ровным газоном и понимаю, что мне гораздо интереснее смотреть туда, чем повторять то, что было здесь каких-то полчаса назад.

Со мной что-то явно не так.

— Знаете…я лучше правда пойду, — начинаю вставать, но Влад оплетает меня за талию и заставляет сесть обратно.

Испуганно смотрю в глаза. Что такое? А вдруг я облажалась гораздо больше, чем мне казалось? Вдруг он какой-нибудь по-настоящему опасный тип? Который теперь за такие откровения убьет меня и глазом не моргнет?!

Он убьет. Но не так, как тебе кажется, малышка Женя…

— Говоришь, что тебе не больно? — хрипло спрашивает, медленно развязывая поясн на халате.

О боже! Я резко расширяю глаза и мотаю головой, хватаясь за его руки.

— Я не хочу повторять!

Мне правда страшно. Может быть та вспышка и осталась в прошлом, но прошлое почти здесь — руку протяни. Я еще не успела забыть, как первое мгновение разрыва тонкой нити между взрослой жизнью и отрочеством оказалось адским испытанием. А еще больнее прощаться с детством. Раз и навсегда.

— Мы не будем