Ты украл мою жизнь, предатель - Александра Багирова

Или я, таким образом, просто сняла стресс?

Хочется в это верить… Но надо признаться самой себе, это нечто большее.

Расплачиваюсь в салоне и еду к ресторану. Помощник дикаря сказал, что он обещал приехать. И мне почему-то очень важно увидеть его реакцию на мою работу. Понравится? Или он будет безразличным? Может вообще обзовет бездарностью? Это в его духе.

У ресторана уже собрались люди. Захожу с черного входа.

— Здравствуйте, Наталья Владимировна, — ко мне подходит администратор ресторана.

— Добрый, киваю.

Я даже привыкла к новому имени. Раньше на него отзывалась не сазу. Теперь же уже как-то срослась с ним, что ли.

— Там столько блогеров набежало. И журналисты.

— Хозяина еще нет? — ненавижу себя за слабость в голосе.

— Нет. Ждем.

— Ясно.

Иду в зал и проверяю, все ли правильно организовано. Волнение усиливается. Но все же хлопоты отвлекают, не дают страхам победить.

Какая мне разница? Почему я так волнуюсь? Ведь это далеко не первая моя работа. У меня есть опыт.

Появление Гаспара чувствую нутром, еще до того, как его огромная фигура появляется в зале. Он тоже входит с черного входа.

Равнодушно кивает мне и пристально осматривает помещение.

В этот момент я не дышу. Ловлю его реакцию, даже моргнуть боюсь.

Только ее нет. На лице ровным счетом никаких эмоций.

Идет на кухню и там проверяет блюда. Вот к ним у него гораздо больший интерес. Он задает вопросы шеф повару, уточняет детали. И в целом по обрывкам разговоров понимаю, что кухней он доволен.

Я же стараюсь срастись с интерьером. И никак себя не проявлять.

Его поведение добило. Не ожидала я такой реакции ни от себя, ни от него.

— Можем начинать, — говорит будничным голосом.

Не понравилось… Зря я заморачивалась со столиками в скалах. Зря продумывала каждую деталь. Ему плевать. Или он ожидал совсем другогорезультата?

Сам виноват. Он не высказал своих пожеланий.

А то, что наши вкусы не совпадают его проблема!

Так пробую себя успокоить.

Гаспар говорит речь перед гостями. Перерезает красную ленточку. Все это как в тумане. Я стою на своем месте. Не шевелюсь, почти не дышу и мечтаю дождаться момента, когда смогу улизнуть.

Гости проходят в зал. И ту со всех уголков до меня доносятся восторженные возгласы. Меня расхваливают. Люди, открыв рты, рассматривают интерьер.

После подходят ко мне. Интересуются ценой моих услуг и рассказывают, что им надо сделать.

После получасовой беседы с гостями. Понимаю, что заказами я обеспечена на долгое время. А очередь все не иссякает. У меня с собой даже визиток нет. Как-то не подумала, мысли другим были заняты. А всем срочно нужен мой телефон.

Это немного поднимает самооценку. Все же я сделала невозможное, завершила все в такой короткий срок. Хоть мне самой казалось это нереальным. И гостям нравится.

Это признание. Не этого ли добавилась?

С грустью осознаю. Что променяла бы их восторженные взгляды. На всего один. От него.

Надо уходить. Пока я еще держу себя в руках.

— Ты меня удивила, — раздается совсем рядом.

— Гаспар, — резко оборачиваюсь. Он подошел сзади. Стоит и прожигает меня угольно-черным взглядом.

Ноги ватными становятся. Сразу вспоминаются наши сутки. Во рту пересыхает, а лицо пылает.

Неужели я краснею? В такой момент!

Позорище!

— Чем удивила? — стараюсь выглядеть равнодушной. Вряд ли это у меня получается.

— Талантом, Тео, — наклоняется и шепчет мне в ухо, едва касаясь кожи губами.

Зачем он это? Что он снова во мне пробуждает?

— Неужели понравилось? — смотрю недоверчиво.

— Готов доверить тебе все свои рестораны. Переделаешь их на свое усмотрение, — говорит, а сам смотрит поверх моей головы.

— Спасибо… — поворачиваю голову, слежу за его взглядом.

Забываю, что хотела еще сказать. Становится дико холодно. Хочу исчезнуть. Убежать и больше никогда его не видеть!

К нам, покачивая бедрами, приближается Татьяна.

— Отличное местечко. Привет, любовь моя! — целует Гаспара в щеку и виснет на его руке. Затем смотрит на меня, кивает в знак приветствия, — Вы неплохо тут все обустроили.

Глава 39

— Приятного отдыха, — пытаюсь говорить безразлично и не смотреть на ее пальцы с красным маникюром, которые впились в руку Гаспара.

— Не составишь нам компанию? — указывает головой на дальний столик, специально накрытый для него.

— Нет. У меня еще много дел, — разворачиваюсь и направляюсь к гостям.

— Наконец-то тебя поймала. С твоей работой вообще не остается для нас времени, — воркует Татьяна.

Ускоряю шаг. Не хочу этого слышать.

Не понимаю, почему меня задевает это все? Я ведь прекрасно знала о ее существовании?

На что я рассчитывала? Мне ведь не нужен этот дикарь! То, что между нами произошло… я до сих пор не знаю, как это расценивать.

Но мне не нравится происходящее в моей душе. Мало мне переживаний из-за сына и Арсена?

Стараюсь переключиться на работу. Обсуждаю с потенциальными клиентами их запросы, предлагаю варианты. В их сторону стараюсь даже не смотреть.

Только ощущение, что на коже появляются волдыри, становится все сильнее. Будто меня взглядом сжигают.

Внешне стараюсь оставаться рассудительной и спокойной. Общаюсь с людьми, сдержанно улыбаюсь, поддерживаю беседу. В сторону сладкой парочки за столом не смотрю. Ни разу даже мельком не глянула.

Но в какой-то момент не выдерживаю и направляюсь в туалет, чтобы ополоснуть лицо холодной водой. Жар только усиливается.

Так и есть. Смотрю на свое отражение в зеркале, щеки пылают, губы приоткрыты и в глазах болезненный блеск.

Осторожно прикладываю к щекам смоченные в воде салфетки, чтобы не повредить макияж.

— А вот и героиня сегодняшнего вечера, — в туалет вплывает Татьяна. Она томно улыбается, смотрит на меня, слегка склонив голову.

— Это вы преувеличиваете. Просто сделала свою работу, — мою руки.

— Нууу не скромничай, — смеется. — Талант определенно есть, — становится позади меня и ловит мой взгляд в отражении зеркала.

Татьяна выше меня на полголовы. И пытается смотреть свысока.

— Какой бы ни был интерьер. Кухня решает. А это заслуга Гаспара, — отвечаю, вытирая руки.

Зачем я вообще с ней общаюсь? Для чего этот бессмысленный разговор.

— Он просто дал указания поварам. Подобрал да, на свой вкус, А он у него отменный. Во всем, — проводит руками по свое шее, груди, талии, словно выпячивая