Онлайн - связь - Аля Алая

Глаза постепенно закрываются, а вертолеты, мешающие спать, затихают. Вокруг ватная тишина, и меня обволакивает комфортом.

В голове проскакивает наш с Ройсом жаркий разговор и моя проделка с трусиками. Через сон чувствую, как рядом с шеей раздувается теплое дыхание. Оно скользит вниз к ключицам и груди. Кожу обжигают невесомые прикосновения. Они точно ненастоящие, слишком легкие и бесплотные. Как прикосновение крыла бабочки. Они парят, задевая мое лицо, руки и грудь, щекочут щиколотки и бедра.

— Твой личный ангел, — шепотом внизу живота и горячим дыханием через ткань платья, где сейчас отсутствуют трусики.

«Хорошо. Мне бы ангел точно не помешал», — эта мысль последняя перед провалом в черный сон. Он длится слишком мало, и меня выбрасывает в суровую утреннюю реальность.

Голова подобно колоколу, по которому бьют молотком. Свет из окна враждебный и колючий. Застонав, с размаху ударяю по тумбочке, но треклятого телефона с ревущим будильников не нахожу.

— Чтоб тебя, — медленно приподнимаюсь на локтях и промаргиваюсь. С отвращением смотрю на измятое во время сна и пахнущее табаком после бара платье. Все, с вечеринками на ближайший месяц или два завязываю.

С кровати сползаю медленно и бреду по стеночке в ванную. Проклинаю то, что по планировке она находится так далеко. В зеркало заглядывать страшно, и я сразу забираюсь в душ. Прямо в кабинке снимаю платье. Радует, что больше на мне ничего нет. Включаю воду комфортной температуры и ловлю тонкие струйки ртом. Пустыню в горле требуется оросить прямо сейчас. Глотаю жадно и, вспомнив, что в ванной хранятся таблетки, практически на ощупь протягиваю руку и выискиваю в ящике нужный блистер. Аллилуйя строителям, которые делают такие тесные ванные — все под рукой. Лишних телодвижений ноль.

Закинув в рот пару таблеток, собираю горстями из двух ладоней воду и запиваю. Никакой привкус хлорки меня сейчас не пугает. Лишь бы выжить.

Это все чертово шампанское виновато, нельзя было его пить. Усевшись на дно душевой кабины, складываю руки на согнутых в коленях ногах и опускаю поверх бедовую голову. Так и сижу следующие полчаса, дожидаясь, пока подействуют таблетки.

Немного придя в себя, активно намыливаюсь, растираюсь мочалкой и вытираюсь. Из душа выбираюсь больше похожей на человека. Еще не хомо сапиенс, но уже и не австралопитек. Насчет красивой женщины не уверена вообще, потому что в зеркало так и не заглядываю.

На кухне варю крепкий кофе на двоих. Одну порцию глотаю сразу, вторую в термокружку, чтобы пить по дороге на работу. Главное, продержаться до появления на рабочем месте, там буду глушить кофе в комнате отдыха. Колесникова нет, так что страх перед начальством меня больше не посещает. Временная замена — просто лапочка.

За пятнадцать минут до выхода в зеркало приходится посмотреться. Выдыхаю, жмурюсь, заглядываю.

— В принципе, не все так страшно, — скриплю своему отражению и собираю волосы в хвост. Чтобы скрыть следы помятости, прохожусь по лицу прохладным скребком гуаша и наношу плотный тон. Немного туши, нежно-розовые румяна и блеск. Из одежды — юбка мятного цвета до колена и белая рубашка. Вместо туфель на каблуках, на которые я встать не смогла, босоножки на платформе.

У самых дверей дую в ладошки и принюхиваюсь. Не хватало только с перегаром спалиться. Вспоминаю, что в сумочке упаковка мятной жвачки, и окончательно успокаиваюсь. Выживу.

На лестничной площадке долго смотрю на дверь Давида. Стыдно перед ним, что ему пришлось увидеть меня в таком виде. И как я ему теперь в глаза смотреть буду? Что он вообще обо мне думает?

Вздохнув, отправляюсь на работу. Сегодня на такси, ибо метро я не переживу. Вообще, мне начинает очень нравиться идея ездить на машине — ни тебе лишних людей, ни запахов, ни разговоров. Только прохлада кондиционера, приятная музыка и молчаливый водитель. Надо бы подумать о правах.

У офиса замечаю машину Лелеса, значит, он уже на месте. Это к лучшему, потому что в холле мы уже не столкнемся. Нам вообще лучше видеться как можно реже. В первую очередь, для меня.

Похоже, меня, как и Аню, угораздило вляпаться. Только, в отличие от нее, не так сильно, и я не подходящего мне мужчину из головы выкинуть смогу быстро. Главное — прекратить общение. С глаз долой, и все такое….

Приземляюсь за свой стол, сумочку бросаю в нижний ящик.. Подмигиваю Миле и всем своим видом стараюсь изобразить, что мне совсем не плохо и я не умираю.

В сумочке входящими сообщениями разрывается мобильный. Брать и смотреть страшно, вариантов может быть много, и ни один из них ничего хорошего мне не сулит.

Первыми открываю сообщения от Ани. Там ожидаемо куча гневных смайликов, слова с десятком ошибок в каждом слове. Ощущение, что она с закрытыми глазами набирала. И заверение, что со мной она больше никуда и никогда не пойдет. Ожидаемо, конечно… Извиняюсь перед ней как могу и шлю мемы с виноватыми котиками.

Чуть позже приходит фото от Ройса. Там мои трусики, пустая бутылка из-под шампанского и его ладонь. Крупная, красивая, с длинными пальцами и ухоженными ногтями.

«Ты сладко пахнешь похотью и шампанским. Хочу тебя, Адель. Напиши цену»

Цену ему… Тяжело вздыхаю и выпиваю еще одну таблетку от головной боли. Если честно, я думала, он не поедет. Ну нафиг тащиться за трусами в бутылке в какой-то бар. «RedLine» работает до трех, так что он очень оперативно туда смотался. Я ему часов в двенадцать писала в последний раз. Или даже позже.

Прикрываю глаза и опять слышу его возбуждающий хриплый шепот. Дал же бог мужику такой голос мне на погибель. Даже двум, учитывая, что у Ройса и Захара они похожи. Или мне опять кажется и я принимаю желаемое за действительное. Хотела бы все это от Захара слышать, вот и спроецировала. Хотя и Ройс хорош. Оба, короче.

«Надеюсь, ты не забыла о своем обещании», — пришло от Давида.

Обещание, значит. Кладу локти на стол и пальцами интенсивно растираю виски. Натужно пытаюсь вспомнить всю нашу с ним встречу. Что-то точно наобещала. Только вот что? Он нес на руках мое бренное тело, говорил о красивых платьях и — точно! Звал на