Объявленный дампир - Сара Сайнс

Спасибо тебе, Судьба!

Мир наклонилась и нежно поцеловала линию твердых мышц Деймона, идущую от плеча к шее. Он тихо застонал, и мое желание возросло еще больше. Он тоже. Я заерзала у него на коленях, и он впился пальцами в мои бедра.

Я совсем не возражала.

Мира оставила еще один след из поцелуев, прежде чем впиться в него зубами. Я застонала, когда шоколадная эссенция моего демона коснулась языка. Он не должен был быть таким чертовски вкусным. Мы проглотили несколько глотков, прежде чем его кожа затянулась, заживая в считанные секунды. Как и в любой другой раз, Мир раздраженно фыркнула. Я оценила эту защиту. Это гарантировало, что мы не сможем причинить ему вреда.

Мир поднялась по шее Деймона и снова укусила. Руки Деймона соскользнули с моих бедер, и его большие ладони обхватили мою задницу. Он потянул меня вперед, создавая еще большее трение между своим твердым членом и моими отчаянными женскими частями тела. Я так сильно его хотела!

«Просто трахни его уже», заныла Мир, перемещаясь к другому месту на шее Деймона.

Он усмехнулся. Я надеялась, что это из-за нытья Мир, а не из-за того, что он услышал ее комментарий.

Когда Деймон снова исцелился, Мир откинулась назад и хмуро посмотрела на него. Он улыбнулся, и я почувствовала, как ее разочарование мгновенно улетучилось.

— Привет, малышка д'Лей, — прошептал он.

Я все еще была счастлива, устроившись на заднем сиденье, поэтому знала, что он разговаривает с моим дампиром.

Мир снова нахмурилась, и Деймон приподнял бровь.

— Меня зовут Мир, — сказала она, в очередной раз удивив меня тем, что назвала свое имя. — Лорна — маленький демон, а не я.

— Мир.

Дрожь пробежала по моему телу. Мир понравилось, как он произнес ее имя.

— Мир на многих языках, — продолжил Деймон. — Это уместно. Мне нравится.

Мой дампир улыбнулась, прежде чем мысленно поменяться со мной местами. Было так приятно чувствовать, что меня принимают.

Я потянулась и провела руками по шее Деймона, зарываясь в его волосы. Он притянул меня ближе, и я прижалась губами к его губам. Он ответил на мой поцелуй без колебаний и с нежностью, которую я так любила в нем. Он всегда поражал меня своими нежными прикосновениями.

— Я люблю вас, — прошептал Деймон. — Вас обоих.

От этих слов мое сердце забилось сильнее, не то чтобы я этого не знала. Деймон не стеснялся заявлять на меня права. Я не ожидала, что он скажет «Я люблю тебя» после того, как я излила душу ранее. Мне даже в голову не приходило, что он должен это делать, но услышать эти слова от него было потрясающе.

Прежде чем я смогла придумать ответ, моя связь с Кенридом вспыхнула с новой силой. Его беспокойство и отчаяние ударили по мне, как кирпичом. Я открыла связь с ним и наполнила ее облегчением и волнением. Я переключилась на свою связь с Эллиоттом. Он был немного встревожен, но не беспокоился. Я добавила его на приветственную вечеринку.

Мои ребята были дома!

Деймон поднял меня со своих колен и встал, легко поставив на ноги.

— Давай встретимся с ними у двери.

Он наклонился и поцеловал меня в лоб, прежде чем подтолкнуть к лифту. Мне не нужно было спрашивать, откуда он узнал, что ребята здесь. Я не сомневалась, что мое лицо говорило само за себя. Или, может быть, я передала ему свои эмоции.

Мгновение спустя двери лифта открылись, и я бросилась навстречу парням.

14. Кенрид

Мы с Эллиоттом молча поднялись на лифте в башню Натана. Он не был воспитателем, поэтому я не ожидала от него успокаивающих комментариев по поводу моих травм. Я ожидал вопросов о том, что произошло, но он так и не задал их. Как только с моими серьезными травмами разобрались, Эллиотт вместе с двумя другими оборотнями потащил меня к одной из ожидавших машин.

Я знал, что Натан выкарабкался и все еще жив, но Эллиотт не сообщил ничего, кроме этого. Возможно, потому, что на обратном пути мы были в машине не одни. Он не мог точно рассказать о Лорне и ее причастности. Если бы Деймон не захватил с собой запас крови — что, безусловно, было возможно — Лорна определенно помогла бы Натану выздороветь. Ее кровь была единственным, что могло спасти его после того, как Бранс ранее проявил жестокость.

Лифт медленно поднимался наверх, и мое беспокойство росло вместе с ним. Похищение и пытки Натана были моей виной. Должно быть, Бранс каким-то образом связал меня с исследовательским центром, с моим участием в побеге Алина и спасении ребенка. Если бы он не установил эти связи, то не был бы так уверен в том, кем была Лорна. И если бы Бранс не обнаружил эти связи, он никогда бы не использовал мастера вампиров, чтобы заманить Лорну в свои объятия.

Было не так уж сложно проследить путь Лорны. Ее действия в последние несколько дней были единственной причиной, по которой никто не верил заявлениям Бранса. Дампир никогда не контролировал себя. Я просто надеялся, что она не обвинит меня во всем, что произошло, хотя у нее были на это все основания.

Эллиотт и Деймон также имели все основания злиться на меня. Наш лидер чуть не погиб от рук Бранса. Так вот почему Эллиотт сейчас молчит?

Когда лифт замедлил ход, связь с Лорной ожила. Ее облегчение, любовь и волнение чуть не сбили меня с ног. Эллиотт покачнулся на ногах. Я взглянул на него, но он не смотрел на меня. Он сосредоточился на дверях, будто мог заставить их открыться одним взглядом.

— Думаю, наша девочка рада, что мы дома, — сказал он, нарушая повисшее между нами молчание.

— Верно.

Я удивился, откуда он узнал. Он не мог почувствовать ее через мою связь, если только… Должно быть, Лорна заявила на него права. Меня кольнуло раздражение. Они наслаждались друг другом, пока мы с Натаном сражались с фейри. Я понимал, что злиться неразумно — мы все знали, что рано или поздно это случится, — но я не мог сдержать горечи, подступающей к горлу.

Двери лифта открылись, и на пороге появилась она, одетая в шорты Эллиотта и одну из его футболок. Ее волосы были еще влажными после душа, который она, вероятно, приняла, как только приехала сюда. То, в чем я отчаянно нуждался.

Она поднесла руки ко рту, и в ее глазах заблестели