Клуб холостяков - Даниэла Стил

– Что ты тут делаешь? – удивилась Кэрол. Обычнодети внизу не появлялись, только в столовой или когда шли на прогулку. Напервом этаже располагались служебные помещения, что объяснялось особенностямицентра. Случалось, что объявлялись агрессивные родители в поисках своих детейили чтобы задать им очередную взбучку, после того как дети по решению суда былипереданы под опеку центра. Так было и в случае с Габи. Поэтому надежнее былодержать детей на верхних этажах, подальше от посторонних глаз.

– Я пришла попрощаться с тем дядей, у которого такойдобрый голос. И Зорро тоже хочет сказать ему до свидания.

Теперь Кэрол заметила слезы на глазах у Чарли. Кэроллегонько коснулась его локтя. Малышка подошла к Чарли и улыбнулась. СердцеЧарли готово было разорваться от сострадания и боли.

– До свидания, Зорро, – сказал он, потрепал пса иласково погладил девочку по голове. Что бы Чарли сейчас ни сделал для девочки,утраченного зрения ей уже не вернуть. И не стереть из памяти то, что с нейсделали жестокие взрослые. Все, что он мог, это оплатить ее собаку-поводыря.Такая малость! Именно так и Кэрол воспринимала все, что делала для этихдетей. – Смотри, береги его, Габи. Он красивый пес и очень тебя любит.

– Я знаю, – ответила девочка и наклониласьпоцеловать собаку. – А вы к нам еще придете? Вы хороший.

– Спасибо, Габи. Ты тоже очень славная и оченькрасивая. Я обязательно к вам еще приеду. Обещаю.

Он посмотрел на Кэрол, та одобрительно кивнула. Несомненно,Чарли удалось завоевать ее расположение. Она понимала, Чарли не виноват в том,что богат, просто ему повезло больше других. Она всю жизнь держалась от такихподальше. Но этому по крайней мере не было на все наплевать. Он пожертвовал наее центр целый миллион. И хочет приехать еще раз, а это редкий случай. А большевсего ее тронуло, как он говорил с Габи. Жаль, что у него нет своих детей, онбыл бы хорошим отцом.

Тайджи тем временем пришел сказать, что такси уже ждет.

– Надевайте забрало, – пошутила Кэрол. – Ичасы не забудьте снять.

– Ну до такси-то я уж доберусь, – отшутился Чарли,улыбнулся и поблагодарил за экскурсию. День, а то и год был прожит не зря. Онеще раз попрощался с Габи, а в дверях оглянулся и посмотрел на нее и ее собаку.Пожал руку Тайджи и, держа пиджак на плече, с засученными рукавами, сел вмашину. Всю дорогу Чарли молчал, думая обо всем, что сегодня услышал и увидел.Всякий раз при мысли о маленькой слепой девочке с собакой у него в горлевставал ком.

Дома он сразу взялся за телефон. Позвонил Грею на мобильный.Сегодняшний день стал для Чарли днем открытий.

Грей ответил на втором звонке. Они с Сильвией хлопотали накухне, и звонок Чарли его удивил.

– Прости, что я сегодня был такой свиньей, – безпредисловий начал Чарли. – Не верю, что я это говорю, но мне кажется, япросто тебя приревновал.

Грей не верил своим ушам. Сильвия с изумлением за нимнаблюдала. Она еще не поняла, кто звонит и что говорит, но Грей явно былошеломлен.

– Старик, я не хочу тебя терять. Думаю, я простоиспугался, что теперь все изменится. Но если ты ее любишь, думаю, я тоже к нейпривыкну. – Чарли говорил это, а в глазах его стояли слезы. Сегодня он былвесь на эмоциях, но потерять такого друга он не мог. Они ведь были как братья.

– Ты меня никогда не потеряешь, – ответилвзволнованный Грей. Вот такого Чарли он знал и любил. Выходит, Сильвия все-такиошиблась с прогнозами.

– Я знаю. – Чарли немного успокоился. – Я этосегодня понял. И еще. Я, кажется, влюбился. И хочу честно тебе это сказать.

– Ух ты! – изумился Грей. – И кто она?

– Девочка шести лет с черным поводырем-лабрадором поимени Зорро. Красивее ребенка я в жизни не видел. Мамаша плеснула ей какой-тохимией в лицо, и девочка навсегда лишилась зрения. Собаку ей купили на деньгинашего фонда. – Грей потрясенно молчал, а у Чарли по щекам катились слезы.Перед его глазами стояла девочка, которая, он знал, теперь всегда будет в егопамяти.

– Ты – хороший человек, Чарли Харрингтон, –проговорил Грей, обуреваемый чувствами.

– Ты тоже, – ответил Чарли, сейчас ему былоодиноко, как никогда раньше. Он подумал о Сильвии и Грее. – Зовите наужин. Надеюсь, она готовит лучше, чем ты? От твоего последнего ужина я чутьконцы не отдал. И помни: ни при каких обстоятельствах не готовь ей свойфирменный гуляш. Пусть он останется твоим секретным оружием.

– Ты опоздал, он как раз булькает на плите. Я учуСильвию, как его готовить.

– Послушай меня: вылей сразу, не то твоему романуконец. Лучше закажите что-нибудь в китайском ресторане.

– Ты не прав, Чарли! Сильвия его уже ела, ей оченьпонравилось.

– Она лжет. Поверь, никому на свете твой гуляшпонравиться не может. Она или сумасшедшая, или действительно влюблена в тебя.

– Может быть, и то и другое. Я на это надеюсь.

– Я тоже, хотя это и не в моих интересах, –ответил Чарли. – Ради тебя готов пострадать. Ты заслужил хорошую женщину.Для разнообразия. Надеюсь, что мне тоже когда-нибудь повезет. – Онпомялся, потом продолжил: – Ты сегодня много правильных вещей сказал. Я сам незнаю, чего хочу. Или кого. Мне проще жить так, как я живу. – Проще, толькоочень одиноко. В последнее время он все больше это осознавал, особенно послевозвращения из отпуска.

– Ты найдешь свою женщину, если захочешь. Поверь мне,Чарли, ты ее сразу узнаешь. Я же узнал! Просто приходит день, и на тебя словнонисходит озарение. – Надеюсь.

Они еще немного поговорили и распрощались. Грей сказал, чтогуляш подгорает, а Чарли заметил, что это и к лучшему.

Он положил трубку и долго сидел и думал о том, что увидел вдетском центре. Сначала у него перед глазами была только Габи и ее собака.Потом – Тайджи, йельский аспирант с Ямайки, и, конечно, Кэрол Паркер.Удивительные ребята. Чарли сидел в кресле, не включая света, и пытался вспомнить,как она на него смотрела, когда он только появился. Прямо-таки с ненавистью, ауж костюм с часами вызвал настоящее презрение. И тем не менее она была емусимпатична. Она сумела добиться того, во что свято верила, ее упорство во имяосуществления своей цели изумило его. Редкая женщина, умная и сильная. Он покане знал, как поведет себя дальше, но уже чувствовал, что хочет увидеть этуженщину снова. А пока Чарли успокоила мысль, что, возможно, когда-нибудь они сКэрол станут друзьями.