Идеал - Катя Костина

— А я тут при чем? Решайте свои проблемы без меня, мне до этого нет дела.

— Я еще раз повторяю, в твоих интересах меня с ним помирить. — ее голос приобретает истерические визгливые нотки.

Она резко достает пистолет из сумки и наводит его на меня.

— Ты меня с ним помиришь, сука, иначе я приду к тебе домой и вышибу тебе мозги — шипит она — а может сейчас их тебе вынести? Давай сейчас, раз ты не хочешь мне помогать.

Страшно ли мне? Очень! Я уже представляю, как меня будут хоронить с простреленной головой и у меня последи лба будет красоваться дырка от пули. Представляю, как будет рыдать мама, а папа сляжет в больницу с инфарктом. Интересно, а меня похоронят в свадебном платье? Я же замужем не была, хотя у меня есть замечательные и другие платья, например, то, цвета темной сливы до колен, а вот туфлей нормальных нет или в туфлях не хоронят? Только в тапках? Ну и как это будет смотреться в платье и в тапках? Фу. Надо было завещание написать, чтоб в туфлях хоронили.

И что в этот момент я слышу у себя за спиной? Правильно! Голос Даниила! Он со всеми здоровается и интересуется на месте ли отец.

— Здра-а-сьте — тянет женщина, переводя дуло на него.

— Алиса? Что ты тут делаешь? — рычит он жутко раздраженно и ни сколечко не испуганно.

— Аргументировано уговаривает меня ее с тобой помирить — бурчу я, забыв о субординации и мысленно предполагая какого цвета у меня будет гроб.

— Ника?! И ты тут?! — в его голосе слышится шок, а я в этот момент лихорадочно вспоминаю, в каком состоянии у меня педикюр на ногах.

— Ника?! — повторяет тетка — то есть ты ее уже трахал?! Чем она лучше меня?! Меня — нет, а ее — да?!

— Алиса… — двигается он к ней

— Стой, где стоишь! — верещит она.

Вот никогда раньше не понимала маму, когда она перед выходом из дома надевала самые красивые трусы. «А вдруг меня трамвай собьет, а на мне трусы страшные» — объясняла она. «Так тебе будет все равно, тебя же трамвай собьет» — удивленно парировала я, понимая, что в кружевных трусах и старых джинсах идти за картошкой на рынок, это как-то странно. «Мне будет все равно, а в морге живые люди, они по любому обсудят, разденут для вскрытия, а на мне трусы уродские, вот позор».

Так вот сейчас я была безмерно счастлива, что на мне комплект красивого белья и свежий маникюр, что с педикюром неизвестно.

— Да ладно, не мнись, стреляй — вдруг выпаливаю я, когда она снова переводит дрожащее дуло пистолета на меня — только нужно попасть вот сюда — показываю чуть выше переносицы — тогда сзади у меня полбашки оторвет и по стенам мозги раскидает. Все засрется в хлам. Кровищи будет немерено, без ремонта точно не обойтись.

— Ты больная? — шепчет она.

— Давай-давай, можешь подойти, так еще эффектнее будет — подначиваю я и четко понимаю, что гроб будет определённо коричневый под дерево и скорее всего лаковый, а если она подойдет, то и закрытый.

Кому бы еще сказать, что я хотела кремирование. Не хочется, чтоб мое тело там гнило. Гадость какая.

— Ебанутая сука! — ее рука с пистолетом стала дрожать.

— Алиса, ты на голову долбанулась? — снова слышу голос товарища Даня и чувствую его сильные руки у себя на талии — Как ты оружие пронесла? Тут везде камеры, сейчас сюда наверняка уже бегут охранники.

И буквально сразу после его слов за спиной слышится топот.

Меня неведомая сила внезапно перекручивает в воздухе и мягко бросает на пол, сверху падает нечто огромное, тяжелое и накрывает собой, вокруг слышатся крики и вопли. Звуков выстрела нет. Только звуки ударов и отдаленный звук падающего тела и снова разноголосое мужское бурчание, и удаляющийся топот.

Я завозилась, понимая, что на мне лежит человек, он определенно мужчина и пахнет приятно и очень знакомо.

— Ч-ч-ч — слышу откуда-то сверху, и понимаю, что неприятно упираюсь носом в зажим галстука.

Легкое шевеление и меня так же резко поднимают с пола и ставят на ноги.

— Не ушиблась? — улыбается и отряхивает меня товарищ Дань — а то я как-то неуклюже тебя завалил, давно не тренировался.

Алисы нигде нет, как и охраны, я в шоке.

— А где все? — изумленно произношу я, поправляя одежду.

— Ушли с телом на пост, к полиции, на остальное камеры есть. Они со звуком.

— С телом? — шепчу я — ее убили что ли?

— Ну да, — а потом увидев, как я побледнела, быстро добавил — а, нет она жива, они ее просто вырубили, обезвредили и унесли. Теперь будут выяснять как она оружие пронесла. Пиздюлей получат лихих.

— Это же меня в полицию на допрос будут вызывать?

— Скорее всего, а что она от тебя хотела?

— Чтоб я вас помирила.

— Ого, реально, а я думал это прикол.

— Ну да, — возмущаюсь я — волыной мне в морду тыкала, вот это прикол.

— Боже, что за жаргон — фыркает он.

— Ну извините, я испугалась

— Да? А так и не скажешь. — смотрит на меня как-то странно, восхищенно что ли — Ты так профессионально ей объясняла, как разлетятся мозги по стенам, что возникло ощущение, будто ты как минимум видела, все происходящее с разных ракурсов.

— Нет, — вздыхаю я — на самом деле я в книжке читала, что все очень смелые, когда собираются убивать, а вот столкнуться с последствиями убийства может не каждый. Особенно женщина.

— С ума сойти, вот это ты книжки читаешь. Ника, ты меня просто поражаешь.

— Я пойду? — мне вдруг нестерпимо захотелось его обнять — Мне работать надо.

— Давай вечером увидимся? — он говорит тихо и очень серьезно.

Ого? Это мне сейчас предлагают свидание? Ну или перепихон?

— С удовольствием, но нет — и я ухожу, оставив его в растерянности.

На обеденном перерыве иду в соседний кафетерий, чтоб выпить чашечку кофе. Естественно, им я не ограничиваюсь, во мне еще пара сэндвичей и булка с заварным кремом, могу себе позволить, у меня стресс. Покупаю еще полуторалитровую бутылку сладкой шипучки.

Сумка у меня большая, вместительная. Бутылка туда очень даже замечательно входит.

Как говорит моя мама «Если в сумку не влезает бутылка водки, палка колбасы, трехлитровая банка помидор и тонометр, то на хрен нужна такая сумка» Полностью согласна. У меня сумка соответствует.

Уже буквально