Упавшая звезда - Джессика Соренсен

— Итак, позволь мне прояснить ситуацию. Ты пытаешься убедить меня, что веришь в Жнецов, которые, кстати, являются демонами, но не веришь в магию.

— Ммм... — Ладно, в чем-то он был прав, но все равно, мне казалось, я просто схожу с ума. Все это было слишком странно — словно в научно-фантастическом романе. — Я не знаю, во что я верю.

— Ну, если ты не можешь поверить в такую простую вещь, как магия, то мне нет смысла даже пытаться объяснить все остальное. Потому что из всего, что есть на свете, магия, вероятно, понятнее всего.

Я на мгновение задумалась над его словами, но все же... он пытался убедить меня, что магия реальна.

— Так ты хочешь сказать, что Эйслин ведьма?

Он кивнул.

— Но, судя по твоему ироничному тону, думаю, ты все еще не веришь в это.

— Я пытаюсь. — Я действительно пыталась. — Но довольно сложно принять то, что звучит настолько... безумно.

Он окинул меня взглядом, отчего по моей коже пробежал холодок.

— Тогда скажи мне вот что. Как ты можешь мириться с чувством, которое, я знаю, ты сейчас испытываешь, но не можешь принять то, что Эйслин ведьма? Потому что на безумном уровне они оба примерно одинаковы.

— Какое чувство? — Спросила я, прекрасно понимая, что он имеет в виду.

Прежде чем я успела остановить его, он положил руку мне на щеку. Электрический разряд пробежал по моим венам, и, не в силах контролировать себя, я ахнула.

— Это чувство, — прошептал он, все еще поглаживая ладонью мою щеку.

Я росла с Марко и Софией — двумя самыми равнодушными людьми на свете — и меня даже ни разу не похлопали по спине. И то, что он вот так прикасался ко мне, было очень странно. Но в то же время это казалось очень знакомым.

Он убрал руку, и мы оба просто сидели, уставившись друг на друга.

— Ладно, — наконец отозвалась я, нарушая молчание. — Я верю тебе, так что можешь продолжать.

Он натянуто улыбнулся

— Можно?

— Да.

Он покачал головой, выглядя так, словно изо всех сил старался не улыбнуться, затем снова посмотрел на меня.

— Послушай, я нарушил здесь много правил.

Я в замешательстве склонила голову набок.

— Каких правил?

— Никаких. Неважно, — быстро ответил он. Проведя пальцами по волосам, он произнес. — Боже, как, черт возьми, я должен объяснить тебе, насколько ты важна?

— Насколько я важна? — Я с сомнением уставилась на него. — Поверь мне, во мне нет ничего важного. Совсем.

— Ты даже не представляешь, как ты ошибаешься. — Напряженность в его глазах заставила меня отшатнуться.

Я сглотнула.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду...

— Вот и все, — объявила Эйслин, входя в комнату с аптечкой первой помощи в руках.

Алекс практически спрыгнул с дивана и столкнулся с Эйслин посреди комнаты. — Что-то ты долго.

Поморщившись, она сунула ему аптечку первой помощи. — Мне потребовалось время, чтобы найти Лайлена.

— Конечно, как же иначе, — сказал Алекс, и в его тоне прозвучала какая-то нотка.

Что-то, о чем бы я предпочла не знать.

— Да ну тебя, Алекс. — Она отбросила свои золотисто-светлые волосы с плеча. — И просто, чтобы ты знал, Лайлен не хочется вмешиваться, пока... — Она взглянула на меня, затем наклонилась и понизила голос.

После этого я смогла разобрать только половину того, что она говорила. Умение читать по губам сейчас бы мне пригодилось. Все, что я сумела понять, о «держаться подальше» и «крови». Возможно, Эйслин не выносила вида крови… Не знаю. Но на самом деле, я разве понимала, что происходит?

Нет.

— Наверное, но кровотечение не такое сильное, — голос Алекса стал достаточно громким, чтобы я его услышала. Он сунул аптечку под мышку. — Почему бы тебе не пойти и не попытаться связаться со Стефаном. Объясни ему, что произошло, и пусть он скажет, что нам дальше делать.

Стефан. Опять всплыло это имя?

— А как насчет другой проблемы? — Она кивнула в мою сторону.

Он пожал плечами.

— Я собираюсь рассказать ей.

— Рассказать ей! — Воскликнула Эйслин. — Ты что, с ума сошел?!

Э-э... Здравствуйте, я здесь. Боже мой, народ.

— У нас действительно нет выбора, — произнес Алекс. — После того, что она только что увидела.

Судя по тому, как они говорили обо мне, я подумала, не забыли ли они, что я нахожусь в комнате. С другой стороны, деликатность никогда не была их коньком.

Эйслин вздохнула. — Отлично. Делай, что хочешь. Я пойду позвоню Стефану. — Она направилась к двери, но, прежде чем выйти, обернулась. — Но, на всякий случай, это всё ты начал.

— Спасибо, что разъяснила, — произнес он саркастичным тоном.

Она бросила на него сердитый взгляд, прежде чем выйти из комнаты.

Алекс подошел к дивану, опустился на колени на пол и открыл аптечку первой помощи.

— Кто такой Стефан? — спросила я.

— Мой отец, — ответил он не поднимая глаз.

— Твой отец. — Не знаю, чего я ожидала услышать, но уж точно не этого.

Он схватил с изножья дивана мягкую подушку и положил ее рядом со мной.

— Ложись, чтобы я мог вытащить из тебя осколок стекла и наложить швы. А пока я постараюсь все объяснить.

Я заметила, что он сделал ударение на слове «постараюсь».

— Итак, под «постараюсь» ты подразумеваешь попытку рассказать правду? Или только ту часть правды, что мне можно услышать?

Он вопросительно уставился на меня.

— С тобой довольно сложно, ты знаешь об этом?

— Ну и ну, спасибо, — ответила я, и мой голос был полон сарказма.

Он покачал головой, но я заметила на его лице слабую улыбку.

— Я расскажу тебе все, как есть.

Я легла на диван так осторожно, как только могла, и положила голову на подушку.

— Итак. — Он потер руки. — Постарайся не дергаться, пока я вытаскиваю стекло.

Я съежилась. Я ничего не могла с собой поделать. Сделала глубокий вдох и уставилась в потолок, пытаясь думать о чем-нибудь еще, кроме того факта, что он собирался выдернуть стекло. Но темно-красный цвет потолка сильно напоминал мне кровь, и я отчетливо почувствовала, как Алекс убирает осколок. Я прикрыла лицо рукой и зажмурилась, делая медленные вдохи.

— Ты в порядке? — заволновался он.

Я кивнула, но мои ребра словно горели.

— Вот эта маленькая штучка — была в тебе, — сказал он.

Я открыла глаза. На ладони у него лежал окровавленный осколок стекла размером с четвертак.

— Вот и все. — Торчащий из моей кожи, он казался намного больше.

— Ага, вот и все. — Он бросил осколок в аптечку, и тот зацепился за пластик. Он достал ватный тампон и смочил его