Чужие звезды - Наталья Нежданова

— Тен Меро, — шепчет он и сжимает кулаки.

До меня тотчас доходит, о ком он. Вдруг, словно опомнившись, он принимает свой обычный вид, и говорит:

— Все нормально, Тэми! Не переживай, я разберусь!

* * *

Клуб Инакомыслящих — крохотный островок доверия и смелой честной мысли. Кроме меня и Кейна там лишь четверо других участников. Словно песчинка в океане лжи и корысти, затопившем Старый Айрин. Хотя наверняка повсюду рассеяны и другие подобные нам одиночки. Не знающие друг о друге, отчаявшиеся, ищущие доверия и в то же время боящиеся открыться другому. Их страх вполне обоснован: здесь даже в инфосети нельзя критиковать официальные идеологические установки.

В первую же встречу на меня сваливается целая лавина вопросов. Начиная от устройства общества, заканчивая семейной жизнью.

Здесь почему-то уверены, что мы живём очень бедно и скудно. Согласна, такой роскоши, как в особняке тен Норн, ни у кого из наших нет. Хотя, если кто-то фанат изысканных интерьеров, не поленился получить необходимые для их создания знания и навыки и готов уделять этому много времени и сил, он вполне может обустроить свой дом так, как считает нужным.

Я пытаюсь это до них донести, а потом просто показываю фото дома моих родителей внутри и снаружи.

— Ничего себе особнячок! — хмыкает Тино. — Не то, что наши секции в многоэтажках.

— У нас большие семьи! — объясняю я. — Например, у меня брат и две сестры. А многоэтажек у нас вообще нет. И зданий, где живут сразу несколько семей, тоже. Разве что двухэтажные домики в больших городах. В каждом таком по четыре секции. Но это временное жильё, для тех, кто приезжает по работе или в гости, а у хозяев мало места.

— Так у вас что, у всех такие дома, как у твоих родителей? — спрашивает Вик.

— Ну, не совсем. Они ведь разные бывают. Это ещё от климатической зоны зависит. Там, где долго длится холодное время года, дома побольше, с пристроенными зимними садами. Но это не сразу так стало. Только в последние десятилетия. Раньше было скромнее. Но то, что у каждой семьи — отдельный дом и большой участок с садом и вегетарием — было изначально.

— Ты прикинь, а нам внушают, что орты чуть ли не в казармах живут! — возмущается Тино. Он взглядывает на меня, смущается и добавляет:

— Извини!

Я показываю ещё несколько фото, где видны наши улицы и дома.

— Сразу после переселения на Новый Айрин наш лидер Герни Заро твердил, что будет война и противник не станет стесняться в средствах, — объясняю я. — Поэтому он предостерегал от концентрации населения в городах и строительства многоэтажек с секциями. Он же настоял и на отсутствии иного транспорта, кроме воздушного. С одной стороны, нам не пришлось тратить ресурсы на развитие сети дорог и всей соответствующей инфраструктуры. С другой — были большие трудности в самом начале, пока не произвели достаточного количества флаеров и мало кто умел их пилотировать. Но впоследствие это себя оправдало!

— У нас учат, что Герни был сумасшедшим диктатором! — замечает Тино. — Его даже из клана извергли! А на Новом Айрине он установил жесточайший тоталитаризм.

— Формально он даже должности никакой не занимал! — отвечаю я. — Реальная власть у нас есть только у координаторов сетей, либо ответственных за какую-либо задачу или проект. Да и то временная, она возникает лишь в период, когда нет возможности обсуждать и голосовать, и требуется быстрое принятие решений. А в целом у нас люди сами решают, как им жить и что делать.

— А если кто-то решит, допустим, не работать и отбирать ресурсы у окружающих? — спрашивает Вик.

— Так сами же окружающие его и остановят! — недоумеваю я. — Кто будет такое терпеть?

Я осознаю, что это кажется им странным. Мне тоже кажется странной здешняя жизнь. Я не понимаю, почему на Старом Айрине столько всяких преступников и тунеядцев?

— Но тоталитаризм-то у вас есть? — не отстаёт Тино. — Разве у вас человек — не винтик системы?

— Смотря что ты под этим подразумеваешь! — отвечаю я. — Например, у нас есть полная свобода выбора профессии. Образование бесплатное и доступно всем. И даже если ты хочешь пойти в тот лицей, куда не дотягиваешь по уровню, тебе помогут добрать нужные знания и навыки, при необходимости подключив медиков и психологов, если имеются соответствующие проблемы. Но если ты не хочешь учиться в принципе, ты просто не получишь всей полноты прав. Не сможешь участвовать в принятии решений в своей общине и свободно передвигаться по планете. Ведь учиться управлять флаером можно только после завершения общего образования. А пока не окончишь какой-нибудь профессиональный лицей, не сможешь участвовать во всепланетных обсуждениях и голосованиях, а также взять участок, построить дом и вступить в брак. А главное, тебя просто уважать не будут!

— То есть у вас нет понятия совершеннолетия, как такового? — спрашивает Вик.

— Но ведь каждый человек индивидуален! Как можно судить о его зрелости формально, по календарному возрасту? Хотя, конечно, большинство заканчивает свой первый профессиональный лицей и обретает всю полноту личных и гражданских прав примерно в одинаковое время — от 16 до 18 лет. Но здесь у вас я встречала совершеннолетних, которые по уровню развития до наших подростков не дотягивают!

— Логично, — замечает Тино. — Но ты всё же уходишь от вопроса. Есть у вас тоталитаризм или нет? Я имею в виду обязательное следование предписанным правилам, идеологии и всё такое.

— Ну если ты именно это имеешь в виду, разве у вас как-то иначе? Нет законов, моральных принципов, представлений о том, что хорошо для общества, что плохо? Ведь есть же! Вот только между нами и вами имеется одна очень большая разница. Знаешь, какая? Здесь, у вас, всё это навязывается большинству сверху горсткой представителей правящих элит.

— А у вас разве не навязывается? — перебивает меня Тино.

— Начнем с того, что при переселении все, желающие отправиться на Новый Айрин, начиная с 7 лет, подписывались под клятвой соблюдать закон Божий. То есть изначально имелась единая система координат. И не было такого, чтобы кто-то считал грех нормальным и допустимым. А сразу после переселения был принят этический свод, основанный, опять же, на заповедях из Священного писания. Думаю, ты в курсе. Не убей,