Разящая стрела Амура - Ирина Родионова

— Значит надо было четче формулировать свои мысли, чтобы донести до меня, что же ты на самом деле имел в виду, — улыбка Асмодея стала просто издевательской. — Иначе, что же ты за философ, если не знаешь, как донести свои истинные мысли?

— Я хотел донести идеи просвещения до Его Величества, — Вольтер сидел вполоборота к Асмодею.

У него напрягся голос и вытянулась шея.

Философ вытаращил глаза и поджал губы.

— В самом деле? — Асмодей посмотрел на Вольтера поверх очков.

— Да, я желал облегчить участь французского народа, подарить народу просвещенного короля, — Вольтер задрал вверх нос и завернулся в дырявое одеяло на манер горностаевой императорской мантии.

— Тогда у тебя нет причин жаловаться, — развел руками Асмодей. — Наш договор выполнен, ты можешь донести до Его Величества идеи Просвещения. Я сделал тебя придворным философом…

— Но почему ты не сказал, что за это будут так мало платить?! взвизгнул Вольтер.

— О, Вельзевул! — Асмодей изобразил придворный ужас и сложил руки на груди, — неужто, на самом деле, тобою движет жажда наживы?

Философ молчал и метал на духа преисподней гневные, высокомерные взгляды.

— Все равно! — воскликнул он фальцетом. — Ты меня обманул!

— И в чем же? — Асмодей ахнул и сжал ладонями свои щеки.

— Но я не получил того, на что рассчитывал! — Вольтер был готов заплакать. — По закону о защите прав потребителей, я имею право рассчитывать на возмещение ущерба и расторжение сделки!

— Какой глупый закон! — Асмодей отвернулся от философа. — Можно подумать, были какие-то ограничения! Ты мог пожелать много денег и получил бы их! Но ведь ты выразил желание стать придворным философом, чтобы просвещать Его Величество и… Как ты там только что говорил? Подарить французскому народу просвещенного монарха?

Асмодей прыснул в рукав, глядя как дергается выпяченная нижняя губа у Вольтера.

— Значит все условия договора мною выполнены, — демон жажды наживы встал. — Ты исполнишь свои обязательства в назначенный срок.

С этими словами Асмодей вытащил из-под плаща судейский молоток и грохнул им по столу.

— Но… — Вольтер протянул к демону руку.

Тот обернулся и смягчившись, вздохнул.

— Ладно. Если хочешь получить от короля содержание побольше, уговори его назначить бал в честь назначения Франсуазы де Пуатье новой официальной фавориткой Его Величества.

— Но мадам де Помпадур меня убьет! — воскликнул Вольтер.

— Хочешь получить вознаграждение, делай как я говорю! — огрызнулся Асмодей. — И скажи Его Величеству, чтобы перед самым балом он потребовал от Франсуазы надеть брошь с бриллиантом «Питт». Не забудь — это самое главное!

Сказав это, демон жажды наживы превратился в зеленый дым и исчез.

* * *

— Идите вперед, дорогая Ида, — обратилась Ариадна Парисовна к мамаше Пуатье, — и скажите его светлости, что Франсуаза сейчас будет. Я переодену ее для урока.

Пуатье-старшая кивнула и пошла в герцогский будуар.

— Эй, человек! — госпожа Эйфор-Коровина поманила пальцем лакея. Положи свежих ивовых розог в уксус. Через полчаса подашь их в будуар его светлости, — Слушаюсь, госпожа Гурдан, — слуга поклонился и побежал за розгами.

Как только мадам Савина и Ариадна Парисовна оказались в небольшой комнатке, заставленной зеркалами и манекенами, Вера Николаевна вцепилась в локоть потомственной ведьмы.

— Теперь я вам верю! — коротко и отрывисто прошептала она. — Давайте думать как отсюда выбираться!

— Неужели? Мне не послышалось? Вы перестали думать, что все это — лайв видео?

Подумайте, может быть вас снимают в сериале? Шоу Трумана? потомственная ведьма скрестила руки на груди.

— Послушайте, на моем месте любой бы отреагировал именно так! огрызнулась Вера Николаевна. — И потом, что это за время такое? Сплошной разврат! Старый Сводник, который пытается подсунуть меня под короля, сумасшедшая мамаша, мечтающая увидеть свою дочь проституткой! Кстати, я с ней об этом поговорю! Я ей покажу, как заниматься растлением малолетних!

— Ой-ой! Вот только не надо опять за свое! — потомственная ведьма зажала уши руками и отвернулась. — Можно подумать, что такая белая и пушистая, ни с кем и никогда!

— Мужчины меня уважали! — вспыхнула алым огнем Вера Николаевна, задрала вверх нос и отвернулась, поставив ноги в четвертую позицию.

— Правда? — Ариадна Парисовна хмыкнула и приподняла бровь.

Потом приблизилась к Вере Николаевне и обошла ее кругом, приложив палец к губам.

Затем вдруг хлопнула себя по коленям и зашлась хохотом.

— Поняла! — потомственная ведьма хлопнула себя по лбу.

— У вас что, обострение маразма? — рявкнула мадам Савина, которая из ярко-красной сделалась «клубникой со сливками», то есть красные пятна на бледном фоне.

— То есть вы — девственница? На самом деле! Ив этой реинкарнации и по жизни? — вытирая слезы, уточнила Ариадна Парисовна.

— Отчего такой нездоровый интерес к моей половой жизни? Может быть, у вас какие-нибудь проблемы? — Вера Николаевна решила нипочем не сдаваться, тыкая пальцем в нос потомственной ведьмы, она продолжила, — откуда я знаю? Я вас впервые вижу, если так разобраться? Может быть, вы меня специально сюда затащили, чтобы получить в полное свое распоряжение. Я знаю таких женщин! Которых не уважали мужчины и теперь эти женщины мечтают только о том, чтобы сбить с пути истинного как можно большее количество молодых и неопытных девушек!

Оторопь взяла потомственную ведьму. С таким субъектом как мадам Савина ей пришлось столкнуться впервые в жизни. Ариадна Парисовна скривила губы, посмотрела на Веру Николаевну, тычущую пальцем ей в глаз и начала ходить туда-сюда по комнате.

— Так, — выдохнула потомственная ведьма через минуту напряженного размышления. — Это все надо обсудить.

С этими словами госпожа Эйфор-Коровина подняла руки, начертила указательными пальцами две огненных фигуры в воздухе и громко произнесла заклинание.

— ГОРЕС НИМРОД ШАМДАЙ НИМЕСЭТ!

В ту же секунду поверхность самого большого зеркала в золоченой раме стала будто жидкой. Ариадна Парисовна взяла потерявшую дар речи Веру Николаевну за руку и спокойно провела сквозь зеркало.

Женщины оказались в точно такой же комнате, как и та, из которой они только что вышли, но «перевернутой» по законам зеркального пространства.

— Куда вы меня притащили? — возмутилась мадам Савина и бросилась к зеркалу, но наткнулась на холодную гладкую поверхность.

— Только не бейте, — сказала потомственная ведьма, увидев что Вера Николаевна хватается за стул. — Иначе нам никогда не попасть обратно. Лучше присядем и поговорим.