Неприступный герцог - Джулиана Грей

Он наклонился к самой ее щеке и прошептал еще тише:

— Мисс Харвуд. Библиотека.

Абигайль старалась идти как можно медленнее, изображая неуверенность.

— Здесь так темно, — сказала она, — я ничего не вижу. Надеюсь, Филипп не оставил на полу игрушек, иначе с нами будет покончено.

— Ради Бога, мисс Харвуд, — прорычал Уоллингфорд у нее за спиной, — поторопитесь.

Сколько времени прошло с тех пор, как Лилибет отправилась в библиотеку, чтобы встретиться там с лордом Роландом? Полчаса? А может, час? Абигайль не осмеливалась взглянуть на часы, хотя все равно ничего не увидела бы в такой темноте. Как долго она стояла с Уоллингфордом в холле, а потом в коридоре в попытке задержать его? Хватило ли несчастному, сгорающему от любви лорду Роланду этого времени, чтобы его чары подействовали на несчастную, влюбленную Лилибет?

Ирония состояла в том, что Лилибет ждала, что Абигайль зайдет в библиотеку и застанет их врасплох. План был таков: кузина должна попытаться соблазнить Пенхэллоу, а Абигайль застигнет их на месте преступления, и джентльмены вынуждены будут покинуть замок, прежде чем туда нагрянет этот зверь лорд Сомертон.

Лилибет должна была ждать, когда Абигайль и Уоллингфорд постучат в дверь библиотеки, чтобы потом заявить, что лорд Роланд Пенхэллоу начал приставать к ней, когда она пришла за книгой. А Пенхэллоу — славный благородный джентльмен, — конечно же, возьмет на себя всю вину, и дело будет сделано.

Именно так значилось в плане Абигайль.

Только вот на деле плутовка вовсе не собиралась прерывать их свидание. Пусть природа сделает свое дело, и тогда под крышей замка Святой Агаты появится хотя бы одна влюбленная пара, способная разрушить древнее проклятие.

Все так и вышло бы, если бы в дело не вмешался герцог Уоллингфорд.

— Ой! — Абигайль сделала вид, будто споткнулась. — Моя лодыжка!

— Может, я пойду один? — Голос герцога звучал непреклонно и в нем не слышалось ни капли сочувствия.

— Нет, нет. — Абигайль, прихрамывая, старалась идти еще медленнее, чем прежде. — Я смогу. Только соберусь с силами. К утру все будет в порядке, уверяю вас. Только вот сейчас мне нужна помощь, чтобы подняться по лестнице.

Они неумолимо приближались к концу коридора. А сразу за углом располагалась дверь библиотеки. Каменные плиты пола уже были освещены луной, заглядывающей в широкие окна западного крыла. Абигайль оперлась о стену и приподняла ногу, точно раненая собака.

— Ой, как болит! — простонала она.

— Так, может, мне вас понести? — В голосе герцога слышался сарказм.

— О, как мило с вашей стороны! Мне это очень нравится. Могу я обнять вас за шею — вот так — или справитесь без этого?

Кожа на шее Уоллингфорда затрепетала под пальцами леди, и он осторожно убрал ее руку.

— Уверяю вас, мисс Харвуд, это была всего лишь шутка. Мы оба знаем, сколь неподобающе будет выглядеть, если я понесу вас на руках ночью через весь замок. Это нанесет удар не только по условиям пари, но и по самой благопристойности.

— Да, конечно, я… — Абигайль сглотнула и откинула назад непослушный локон, выбившийся из прически. От соприкосновения с шеей герцога ее пальцы источали еле слышный аромат бергамота, так что она едва не лишилась чувств. — Что я говорила?

— Мы собирались посетить библиотеку, мисс Харвуд, и вывести моего брата из научного ступора.

— Да, конечно. Хотя мне кажется, он будет не слишком рад тому, что мы его потревожили. Он наверняка рассердится. Я бы точно рассердилась, если бы кто-то помешал мне читать особо понравившуюся книгу. Это как пощечина. Уверена, именно поэтому он запер дверь изнутри.

— Не более уверены, чем я. — И вновь его голос был тяжел от сарказма. — Идемте же, мисс Харвуд. Лучше встретиться с неприятностями прямо сейчас, как вы думаете? Зачем откладывать неизбежное? Особенно для такой прямолинейной леди.

— О да, я с вами согласна. Я действительно очень прямолинейна. — Абигайль беспомощно облокотилась спиной о стену. — Позвольте только… заколоть эти непослушные волосы. Прическа совсем… растрепалась.

Уоллингфорд вздохнул, повернулся к ней спиной и тотчас исчез за углом.

— Подождите! — Абигайль ринулась за ним, совсем забыв о том, что должна изображать хромоту.

— Так, так, — промолвил Уоллингфорд.

Абигайль свернула за угол.

Двери библиотеки были распахнуты, а в окна лился серебристый лунный свет. Уоллингфорд стоял, положив руки на ручки дверей. Затем повернулся к ней, только в его взгляде сквозил не гнев, которого так страшилась Абигайль, а восхищение. И даже… веселье.

— Похоже, мы оба ошиблись, мисс Харвуд, — сказал герцог. — В библиотеке никого нет.