Милая плутовка - Элла Уорнер

– Сэм, давай пригласим на свадьбу твоих братьев и сестер?

– Они сами вычеркнули меня из своей жизни!

Это было сказано с таким раздражением, что вызвало растерянность у Вайолетт. Неужели он так их ненавидит? Наверное, зря она начала этот разговор.

С другой стороны, подумалось ей, его детство и юность прошли бок о бок с десятью братьями и сестрами, знавшими о нем такое, что могут знать только кровные родственники. Вайолетт считала, что глупо рвать с ними отношения из-за бессмысленной гордости.

– Мне кажется, это отец заставлял их не знаться с тобой. Ты сам говорил мне, что они не могли пойти против его воли.

Сэм сжал губы. На его лице была написана решимость. Добровольно отказаться от семьи, остаться одному в целом мире – многие ли смогут пойти на это? Да, мало кто обладал такой силой воли, какая была у него. Может быть, он теперь не хочет простить их, боясь показаться слабым?

– Ты мне говорил, что твой отец умер в прошлом году. Все кончено, он ушел. Теперь твои братья и сестры свободны от его запретов. Попробуй, свяжись с ними. Неужели они тебе так безразличны?

– Я ничего о них не знаю. Не уверен, что они захотят со мной общаться. В конце концов могли бы сами сделать первый шаг.

– Они могут думать, что ты их не примешь. Посмотри, ты преуспевающий бизнесмен. Твои фотографии часто мелькают в прессе. Да они просто боятся к тебе приблизиться!

Он помолчал, видимо, обдумывая слова Вайолетт.

– Знаешь, моя старшая сестра Кэролайн сказала мне нечто похожее… Ну, что не хотела лезть в мою жизнь.

– Когда это было?

– Когда она позвонила мне сообщить о смерти отца и о дате похорон. – Сэм усмехнулся – Исполнительная Кэролайн! На нее после смерти матери и легли все обязанности по дому. Нет сомнений, отец испортил ей жизнь.

В этих словах Вайолетт послышалась теплота и желание узнать, что стало с братьями и сестрами за те годы, пока он никого из них не видел.

– У тебя был повод встретиться с ними на похоронах отца. Посидеть за одним столом на поминках, поговорить…

Сэм упрямо посмотрел на Вайолетт.

– Я сказал Кэролайн, что не. поеду на похороны, и разговор был окончен.

– Но разве сложно разослать им приглашения? Если они откажутся, то откажутся. Мы не будем настаивать. Мне просто подумалось, что было бы здорово, если бы кто-то из твоей семьи появился на нашей свадьбе…

– Я даже не уверен, живы ли они… Не знаю, что с ними, где они сейчас.

– Думаю, Кэролайн в курсе всех дел.

– Наверняка.

– Может быть, мы спросим у нее?

Сэм был сильно удивлен такой настойчивостью.

– Не понимаю, почему это так важно для тебя?

Она задумалась, прежде чём ответить.

– Кроме матери и отца у меня никого не было. В школе я всегда завидовала детям из больших семей. Кроме родителей, мне хотелось еще иметь брата, сестру, дедушку, бабушку, дядю, тетю… Думаю, было бы хорошо, если бы у нашего ребенка, кроме нас, имелась бы еще куча родственников, раз уж они есть у тебя. Он бы не чувствовал себя одиноким в этом мире.

– Пойми, – возразил Сэм. – Мы проживаем свои собственные жизни. И не должны ни на кого оглядываться, тем более на родственников…

Вайолетт прикусила язык. Все, довольно! Раз Сэм не хочет восстанавливать отношения с родными, то и не надо. Ему виднее. У нее не было права подталкивать его к сближению с ними. В конце концов ей не пришлось пережить то, что пережил он в детстве в собственной семье.

Кроме того, плохие отношения с родственниками могли нарушить атмосферу счастья и взаимопонимания, которая должна была царить на предстоящем празднике. Пожалуй, вообще было глупо заводить этот разговор с Сэмом.

– Прости, что я заговорила об этом. Больше не буду.

Он покачал головой и слегка улыбнулся, как бы протестуя против извинений.

– Что ж; ради нашего малыша я мог бы попробовать связаться со своими… Можно было бы их пригласить. Я позвоню Кэролайн и послушаю, что она скажет.

Сердце Вайолетт сжалось от любви к нему. Сэм снова думал о ребенке! Для человека, не хотевшего и слышать о детях, он на удивление чутко относился к ее беременности, а теперь поддерживал ее в стремлении создать более теплую семейную атмосферу для их будущего малыша.

Сэм обошел вокруг стола, взял руку Вайолетт и улыбнулся, взглянув на кольцо.

– Совершенное произведение искусства для совершенной женщины, – прошептал он, улыбаясь, а затем сказал серьезно: – Но мир несовершенен. И я не смогу изменить его, Вайолетт, даже ради тебя. Если есть какая-то возможность разрушить стену, выросшую между мной и моими родными, я постараюсь это сделать. Но не надо слишком расстраиваться, если мне это не удастся.

– Хорошо, спасибо, дорогой! – Она кивнула, благодарная уже за то, что он обещал попробовать.

– И поверь, я никогда не стану таким, как мой отец. Держать нас вместе в одной семье будут любовь и привязанность, а не покорность и страх.

– Да, – вздохнула она, ощутив, насколько сильно любит этого мужчину, своего будущего мужа и отца их ребенка. – Спасибо за этот день, Сэм. Он был лучшим в моей жизни.

– Я постараюсь, чтобы таких дней у тебя было много.

Вайолетт ему верила. Теперь она понимала, что Сэма Крейка нельзя назвать черствым и бесчувственным эгоистом. Он был просто одинок в этом мире, несмотря на многочисленных родственников. И лишь ее внезапное появление нарушило это одиночество.

Она надеялась, что родные Сэма откликнутся, приедут на предстоящее торжество. Ей не хотелось, чтобы он продолжал чувствовать себя изгоем.