Люблю, целую, жму лапу! - Арина Ларина

Гвоздь в бетонную стену? Берёте гвоздь, берёте молоток и начинаете забивать. Если что-то пойдёт не так, проблема в молотке, или гвоздь сделан из слишком мягкого металла.

Помириться с девушкой ещё проще. Тут советов море – от «бросить её вообще» до «предложить жениться, на них это действует безотказно». Самое смешное, разумеется, можно найти между двумя этими крайностями. Что же касается разборок с соседями, тут креатив советчиков зашкаливает.

В общем, несчастный Рюрик только потерял время, пытаясь сформулировать описание симптомов, которые его беспокоят. А из того, что в Сети нашлось, он вынес лишь одно – произошла катастрофа. И ведь точно – соседка накаркала.

Свах ничем помочь не мог, что болит, не говорил, а просто лежал и тяжело дышал, изредка глядя на хозяина печальными глазами.

К ночи Тарасов неожиданно понял, что надо ехать к ветеринару. Почему только к ночи – он и сам объяснить не мог. Вероятно, от ужаса в мозгах замкнуло какие-то центры, отвечающие за разумные поступки.

Поскольку Свах поносил, не переставая, Рюрик не придумал ничего лучшего, как положить его в полиэтиленовый пакет. Не в переноске же его везти – потому что переноску после этого можно будет выкинуть. Совсем идиотом Тарасов не был, поэтому в пакете он сделал дырочки-окошки. Защитники животных четвертовали бы его за столь экстравагантный поступок, но у них был опыт обращения с больными питомцами, а у Тарасова не было.

Взяв всю имевшуюся наличность, он выскочил на лестницу, чуть не забыв закрыть дверь. Было бы странно, если бы у лифта он не встретил соседку. Эта ведьма просто следила за его передвижениями, регулярно умудряясь попадаться на пути и портить нервы.

– Что?! – почти в истерике выкрикнул Рюрик, когда вышедшая ему навстречу из лифта блондинка открыла рот, чтобы поздороваться. – Какие ещё претензии?

– Да никаких, – девушка попятилась, презрительно пожав плечиками. – Что вы орёте?

– А что вы за мной всё время ходите? Вы постоянно оказываетесь там, где я! – обозлился Тарасов.

– Вообще-то мы живём рядом. Я просто с работы возвращаюсь. Уж простите, что так не вовремя. Но это не повод на меня набрасываться, – глаза девицы сузились и стали колючими.

– Потому что он заболел! Это вы накаркали! Язык у вас такой – какую гадость ни скажете, всё так и выходит!

– Заболел? – охнула блондинка. – А где он?

– В мешке! Отойдите, мы едем к ветеринару!

– Почему в мешке? – вдруг завопила соседка, пихнув Тарасова в грудь. Сильно, между прочим. Он такого даже не ожидал. – Вы что, ненормальный? У вас же есть переноска, я видела!

– Не удивлён! Так и знал, что вы за мной следите! В мешке, потому что переноску он перепачкает! Ещё вопросы есть?

– Нет, – она вдруг нахмурилась, прикусив губу. – Я вас отвезу. Вы же без машины?

Рюрик молча дёрнул кадыком. Отказываться было бы глупо, а уступать – унизительно.

Рядом он садиться не захотел и из вредности забрался назад.

Блондинка оказалась на удивление рациональной. Выехав на проспект, она остановилась у аптеки, бросив через плечо «Минуту!» Вернулась минут через пять с упаковкой памперсов. Для новорожденных! И с влажными салфетками! Гипоаллергенными!

Мешок с покупками она сунула Тарасову.

– Это ещё зачем? – Рюрик снова начинал злиться. – Вы же не думаете, что я его тут сейчас пеленать буду!

– Будете, – не терпящим возражений тоном отрубила девица и снова села за руль. – Салфетками вытрете, на упаковке есть инструкция, как надевать памперс. Наденьте плотно, чтобы не протёк.

– Без вас разберусь, – огрызнулся пассажир.

Он себе, конечно, польстил. Разобраться не получилось, но Тарасов из принципа решил обойтись без этой командирши, поэтому памперс на Сваха он нацепил сикось-накось, закрепив его едва ли не на ушах. Между прочим, инструкция подразумевала человеческое дитя о двух ногах, а не четырёхлапого щенка. Так что Рюрик отчасти был даже горд, что хоть как-то пристроил это достижение современной мысли на собаку.

К концу пути Свах совсем стих и прикрыл глаза. Рюрику стало страшно. Он уже не хотел ссориться с соседкой, а желал поддержки, совета и человеческого сочувствия. Ещё очень хотелось с кем-то разделить вину за содеянное.

К врачу они пошли вместе. Соседка даже не спрашивала разрешения, а Тарасов не возражал.

Врач был страшно недоволен состоянием Сваха, ругался и сыпал мудрёными названиями лекарств. Тарасов честно пытался вникнуть и запомнить, но потом вдруг совершенно ослаб от переживаний и отдал всё на откуп блондинке. Тем более что она активно участвовала в диалоге с доктором. Только на обратном пути Рюрик вдруг сообразил, что не оплатил приём.

– Я заплатить забыл, – вскинулся он. – Надо вернуться! Как неловко!

– Всё в порядке, я оплатила, – вяло проговорила девушка. Наверное, она тоже перенервничала и устала.

Рюрику стало стыдно:

– Сколько я вам должен?

– Помолчите, пожалуйста, – чуть ли не со слезами вдруг выкрикнула блондинка, и он послушно заткнулся. В очередной раз вспомнилось, что он так и не узнал, как её зовут. Это было уже неприлично. Но спрашивать ему казалось ещё более неприличным.

Потом они снова потащились в аптеку. В круглосуточную. Но тут уж Тарасов слегка пришёл в себя и оттёр девицу от окошка. Не хватало ещё, чтобы она и лекарства покупала. Как выяснилось тут же, он был о себе слишком высокого мнения. Аптекарша, просмотрев список, сразу же спросила, подойдёт ли аналог, потому что третьего и пятого препаратов у них нет. А ещё – какие иглы нужны. И какой объём шприца. И задала ещё кучу вопросов, словно китаец, спрашивающий на своём родном языке, как пройти к Кремлю. Рюрик даже приблизительно не понимал, что отвечать.

– Откуда я знаю, – простонал он, беспомощно оглянувшись на соседку.

– Минуточку, мы сейчас уточним, – неожиданно мелодично пропела блондинка, достав телефон.

А с ним она таким голоском ни разу не разговаривала! Не женщина, а ящик Пандоры. И ещё неизвестно, всё ли он уже видел, или имелись ещё сюрпризы.

Рюрик мрачно слушал, как соседка мило с кем-то щебечет, периодически вовлекая в диалог аптекаршу. Его никто ни о чём не спрашивал, словно он был какой-то безропотной ручной кладью. Утешало только одно – что всю ответственность он перевалил на девицу. Раз взялась рулить, то пусть и разбирается теперь сама. Тарасов покорно заплатил совершенно неуместную, на его взгляд, сумму, просто-таки запредельную! Но возражать не стал. Всё же Свах был дороже любых денег. Тем более что эта мымра опять попыталась намекнуть на его финансовую несостоятельность и проспонсировать процесс.

– У меня есть деньги, – величественным жестом прервал её суету Рюрик, вытрясая из кошелька всю наличность.

В лифте они снова молчали. Причём девица молчала сосредоточенно, она явно была занята какими-то своими мыслями, а Тарасов молчал обиженно.