Поцелуй виконта - Маргарет Мур

Их тихий разговор прервал стук в дверь.

— О боже, я провела здесь столько времени! — спохватилась Дейна и пошла открыть дверь.

На пороге стоял лакей:

— Если не возражаете, миледи, графиня приглашает вас присоединиться к ней в ее гостиной.

Нелл встала, с трудом скрывая тревогу. Что, если графиня не захочет, чтобы она осталась?

— Не волнуйтесь, — заговорщицки прошептала ей Дейна, когда она проходила мимо. — Вы нравитесь моей хозяйке.

Слегка успокоенная ее словами, Нелл последовала за лакеем в гостиную графини. К своему удивлению, она застала там и лорда Бромвелла с его отцом. Виконт стоял перед окном, заложив руки за спину, а граф все в той же позе расположился у камина.

Затем лорд Бромвелл улыбнулся, и она сразу поняла, что все будет хорошо, во всяком случае, она сможет остаться.

— Рад вас видеть, миледи. Видите ли, я приглашал на бал оркестр, и теперь мне необходимо съездить в Бат, чтобы окончательно обо всем договориться, — объявил граф. — Поскольку моему сыну пять нужно в Лондон, мы решили ехать вместе до Бата, а потому хотели с вами попрощаться.

— Милости просим находиться здесь в качестве нашей гостьи, — добавил лорд Бромвелл. — Марика будет рада вашему обществу.

— Разумеется, рада, — с улыбкой сказала леди Грэншир, не отводя, однако, любящего взгляда от сына.

— Я буду отсутствовать всего несколько дней, — заявил граф, очевидно уверенный, что о нем будут сильно скучать. — А мой сын заверил нас, что к балу непременно вернется.

Назад меня привезет Друри, матушка, так что вы можете за меня не волноваться. После возвращения с войны. Друри ни разу не брал в руки вожжи, да и я сам больше доверяю кучеру.

— Идемте же, Джастиниан, — поторопил сына граф. — Нам лучше выехать раньше, чтобы вечером уже спокойно ужинать в Бате.

Виконт подошел к матери и поцеловал ее в щеку, а она жадно схватила его за руку.

— До свидания, матушка. Обещаю вам обязательно вернуться к балу.

— Я буду ждать вас, — сказала она, прижимая к глазам надушенный кружевной платочек.

Бромвелл твердо посмотрел на Нелл и поклонился.

— С нетерпением буду ждать с вами новой встречи, леди Элеонора.

— Как и я, милорд.

Виконт направился к двери, а граф поцеловал руку жене, после чего эффектно поклонился.

— Прощайте, дамы! — И последовал за сыном.

Дверь за мужчинами закрылась, леди Грэншир вытерла слезы, а Нелл подавила тяжелый вздох.

Графиня имеет право рассчитывать на любовь лорда Бромвелла, грустно думала Нелл, остановившись у окна, которое выходило на подъездную дорожку. А ей самой остается только благодарить его в душе за то, что он не отвернулся от нее за обман и даже предложил свою помощь.

Карета графа уже стояла наготове, рядом с нею суетились возница в ливрее и лакей. Вскоре появились граф с сыном. Первым в карету поднялся граф, а лорд Бромвелл поставил ногу на ступеньку, затем оглянулся на дом. Должно быть, он увидел ее, потому что помахал рукой и скрылся в карете.

Лакей быстро сложил лесенку, захлопнул дверцу и влез на запятки.

Кучер взмахнул кнутом, и четверка породистых черных лошадей рванула с места, увозя лорда Бромвелла и его отца и оставив ее наедине с тихо плачущей матерью.

— Вы хотите остаться одна, — предложила Нелл, возвращаясь к ней, — или прислать вам Дейну?

Графиня промокнула глаза платочком.

— Нет, пожалуйста, останьтесь со мной. Мне спокойнее быть с человеком, разделяющим мое огорчение.

— Они скоро вернутся, — попыталась Нелл успокоить ее.

— Да, на этот раз скоро, но потом, — печально отвечала графиня.

Что она могла сказать? Не могла же она обещать, что сын всегда будет к ней возвращаться.

— Я должна еще раз поблагодарить вас за гостеприимство.

Графиня слабо махнула рукой:

— Не за что, дорогая. Мне очень приятно, что рядом со мной находится молодая леди, тем более что мой сын к ней далеко не равнодушен.

— Надеюсь, это не вызывает у вас тревоги, — смущенно проговорила Нелл.

— Кто последним защищал вас, дорогая?

Нелл вскинула на графиню глаза, не зная, правильно ли она ее поняла и что на это ответить.

— Мои родители, конечно, — помедлив, сказала она. — Но я очень надеюсь на помощь моего крестного.

— И кто же это?

— Как? Лорд Раттлс, конечно, — растерянно ответила Нелл. Разве леди Грэншир забыла, что она им рассказывала? Или она действительно больна…

Графиня с прежним выражением смотрела на Нелл глазами, которые были так похожи на глаза сына.

— Нет, он не ваш крестный, так же как вы — не леди Элеонора Спрингфорд.

У Нелл перехватило дыхание, сердце отчаянно заколотилось.

Откуда графиня знает? Или просто догадалась? Может, она выдала себя в разговоре или каким-то поступком? И что теперь делать?

Она не знала, куда деваться, как вдруг графиня нагнулась и положила руку ей на плечо.

— Мой сын думает, что вы леди Элеонора, или он тоже участвует в этой хитрости?

В ее тоне был лишь обыкновенный интерес, отчего Нелл смутилась еще больше. Однако было ясно: что бы ни случилось, дальше лгать бесполезно.

— Нет, он знает, кто я на самом деле.

«Теперь знает».

Графиня кивнула, будто именно этого ответа и ожидала.

— Не сомневаюсь, мой сын рекомендовал вам притворяться знатной дамой, чтобы вы наверняка могли остаться у нас. Однако, каковы бы ни были причины этого обмана, я рада, что вы появились в Грэншир-Холле и вызвали надежды, за которые — я уже вам благодарна.

Как она могла испытывать к Нелл благодарность, когда она пыталась их провести?

— И давно вы стали любовницей моего сына?

— Но я вовсе не его любовница! — в ужасе воскликнула Нелл.

— Пожалуйста, дорогая моя, если это так, то не стоит отрицать, — произнесла графиня с тем же хладнокровием. — Мой сын хорош собою, образован и знатен. Какая женщина не захочет стать его любовницей? Я читала книги моего сына, так что знаю, что он взрослый и опытный мужчина. Нет сомнений, что вы у него не первая любовница.

Возможно, с болью подумала Нелл.

— Тем не менее, дорогая, вы первая, кого он решился сюда привезти, пусть даже под чужим именем. Одно это говорит мне, что его чувства к вам гораздо серьезнее тех, какие он испытывал к своим прежним женщинам.

Нелл снова встала, решив прекратить этот тяжелый разговор и уехать. Несмотря на данное лорду Бромвеллу обещание, больше она не могла здесь оставаться.