Жениться по завещанию - Лесли Лафой

Они не увидели, ни аккуратно подстриженной живой изгороди, которая тянулась бы вдоль подъездной аллеи, ни вазонов с пышно разросшимися цветами, обычно выставляемых вдоль лестницы главного входа. Не было также опускаемого моста, рва и башенок – ни целых, ни осыпающихся. Здание состояло из девяти каменных корпусов желтоватого цвета. Самый большой из них находился, естественно, в центре, а с его боков прилепились в ряд по четыре поменьше – совершенно разных размеров и архитектурных стилей. Впрочем, вдоль верхней части фасада главного корпуса тянулась зубчатая кромка, что навело Кэролайн на мысль о том, каким образом замок Райленд получил свое название. Очевидно, это произошло еще в те годы, когда подъездная аллея была обильно усыпана ракушками, которые затем под колесами и подошвами превратились в пыль, к настоящему моменту утрамбованную до каменной твердости.

Стоя вместе со всеми напротив главного входа, Кэролайн пыталась сосредоточиться. Итак, дворецкого зовут Уинфилд, экономку – миссис Гладдер. Хорошо хоть, что на нем штаны, а на ней платье, потому что в противном случае их было бы практически невозможно отличить друг от друга: обоим под шестьдесят, оба – невысокие, седовласые, округлые. Дворецкий и экономка стояли во главе группы довольно неряшливо одетых слуг, которые собрались перед домом для встречи нового хозяина.

При представлении Кэролайн, как и учил, Обри, слегка кивнула, после чего приняла приглашение экономки проследовать за ней. Нацепив на лицо как можно более уверенную улыбку, она в сопровождении держащихся за руки сестер миновала расступившихся слуг и взошла по ступеням.

Холл представлял собой огромное помещение с белым мраморным полом и оштукатуренными стенами. С высокого потолка свисала большая хрустальная люстра. Каких-либо других предметов обстановки здесь не было.

Они двинулись к ведущей наверх лестнице, и их шаги тут же отозвались гулким холодным эхом.

Лестница показалась широкой и довольно-таки изящной, поскольку была сделана из красного дерева и застелена ковровой дорожкой. Края дорожки свидетельствовали о том, что в свое время, вероятно, еще в те дни, когда подъездная аллея была усыпана ракушками, она являла собой настоящее произведение искусства. Желтые и зеленые цветы на темно-синем фоне и лишь кое-где мазки голубого для дополнительного акцента… Однако посередине рисунок был затерт подошвами, ступавшими здесь многие годы, и превратился в однообразную и унылую темно-бурую полосу. Кэролайн мысленно добавила в перечень необходимых приобретений и новую дорожку – наряду с живой изгородью и цветочными вазонами для лестницы главного входа.

– Лорд Райленд известил нас о возрасте своих младших подопечных, – заговорила миссис Гладдер, когда они поднялись наверх и свернули в левое крыло. – Но должна сказать, что учебная комната в последний раз использовалась лет тридцать назад, а мы тут, к сожалению, несколько отстали от жизни и потому плохо представляем, что нужно для ее обустройства. Однако если вы подготовите список, то все необходимое будет приобретено в самые кратчайшие сроки.

– Сейчас это не главное, – отозвалась Кэролайн. – В первую очередь для моих сестер нужно подыскать гувернантку и толковых учителей.

– Да, конечно… Миссис Миллер любезно согласилась прервать свой заслуженный отдых, пока для присмотра за девочками не будет найдена более подходящая кандидатура.

Заслуженный отдых? Но среди встречавших их людей все, кроме миссис Гладдер и Уинфилда, были довольно молоды…

– Надеюсь, вы проявите снисходительность к тому, что она не вышла вас встретить. Ей довольно тяжело спускаться и подниматься по лестнице.

– Ну разумеется, – заверила Кэролайн.

На самом деле она была бы только рада, если бы остальные тоже последовали примеру миссис Миллер… которая, как она удостоверилась, войдя в учебную комнату вслед за черной бомбазиновой юбкой миссис Гладдер, действительно пребывала в весьма преклонном возрасте.

– Пожалуйста, не вставайте! – поспешила сказать Кэролайн и, обойдя экономку, положила ладонь на сухенькую руку старушки.

– Спасибо, дитя мое, вы очень заботливы, – улыбнулась миссис Миллер и, несмотря на слова Кэролайн, все же поднялась с кресла. – Однако в моем возрасте следует иногда шевелиться, хотя бы для того, чтобы убедиться, что еще способна на это. И поскольку я не в силах отказать своему болезненному любопытству, на сие занятие уходят порой часы, это очень помогает коротать время.

Кэролайн засмеялась. Ей сразу же понравилась эта остроумная старушка, имеющая довольно высокий рост и обладающая, судя по всему, хорошим зрением.

– Меня зовут Кэролайн, – сообщила она. – А это мои сестры, – она отступила в сторону, чтобы девочек было лучше видно, – Симона и Фиона.

– Так-так, – произнесла миссис Миллер, окинув взглядом Симону. – Надеюсь, моя милая, ты не будешь слишком жестока к моему преклонному возрасту и изношенному сердцу?

– Постараюсь, – ответила та.

– Спасибо, – с улыбкой поблагодарила старушка. Затем, все так же улыбаясь, обратилась к Фионе: – Что же касается тебя, малышка, то подозреваю, что мой маленький друг мистер Вискерс вскоре перенесет всю свою привязанность на тебя. Он сейчас в моей комнате, – она указала на открытую дверь в смежное помещение, – в корзине, куда я его посадила перед уходом, и, наверное, очень сердится на меня за это. Может быть, ты его выпустишь и уговоришь присоединиться к нам?

– Это котенок? – уточнила Фиона.

Кэролайн с трудом удержалась от радостного возгласа. Голосок Фионы был едва слышным, почти на уровне шепота, и все же это были настоящие, членораздельные слова – самые первые, произнесенные с того момента, как она влилась в их необычное семейство.