Две половинки - Татьяна Алюшина

– Да ко мне далеко. Я из Подмосковья.

После чего интерес к его особе, как и сама дамочка, таял.

Степан старался уж со слишком молодыми дела не иметь – ну их, скучно все это – пусть бегут к своим мальчонкам или богатым «папикам».

Интересующие его женщины были постарше клубных девочек-студенточек и не в пример интересней. Как-то само собой получалось, что свидания проходили на их территории, по большей части в Москве.

Ближе и удобней?

Да, но не совсем…

Ну вот не мог он, и все, не только пригласить к себе, но и представить ни одну из них в своем доме! И сильно раздражался, когда мысленно представлял – вот она дефилирует из спальни, через гостиную в кухню, в его рубашке на голое тело (почему-то в его воображении все барышни непременно надевали его рубашку, что только прибавляло раздражения). Из кухни, с чашкой в руке, назад в гостиную, усаживается на диван, включает телевизор, что-то ему говорит…

Дальше представлять он не собирался – не имело смысла – нет! Никаких любовниц на его чисто мужской территории не будет!

Нет, и все!

Тем самым единственным исключением стала Вера. Ее не привезти к себе в дом он не мог, и по весьма существенной причине, но и ее присутствие вызывало у Степана маету до зубной боли, он еле выдерживал, с нетерпением ожидая, когда закончится визит, и старался большую часть времени проводить с ней вне дома – на участке, гуляя по лесу, на речке – и в Москву, в Москву!

И находил предлоги, чтобы в следующие выходные отпала возможность ей приехать, и сам себя за это корил, поругивал, но ничего поделать не мог!

Женщины в их с домом жизнь не вписывались, и все тут!

С Верой они познакомились давно, чуть больше года назад, при весьма нестандартных обстоятельствах.

Анька вытащила брата и мужа в «Мегу» за покупками, подгадав совпавшие выходные Степана с общепринятыми в стране и у них с мужем, соответственно.

Ну что такое для нормального мужика – провести день посещая магазины, да еще под руководством женщины, объяснять не надо!

В их понимании: что там рассусоливать! – померил, понравилось, подошло – купил – и свободен! У женщин процесс покупок организован совсем иначе, недоступно мужскому пониманию и, уж тем более, терпению!

– Знаю я вас! – распиналась сестрица. – Вас в магазины арканом не затащишь! А так вдвоем пострадаете, сплотившись в солидарности! Юрке ботинки нужны и куртка, а ты, братец, вообще пообносился, как бомж какой! Бери побольше денег, будем тебя одевать!

И поплелись два мужика, Анькой гонимые…

Шаркая ногами, подчеркнуто демонстрируя полное неодобрение проводимого мероприятия, Степан с Юрой тащились за Анной. В одном из переходов в буквальном смысле наткнулись на мальчишку лет четырех-пяти.

Смешного такого – у парня были коротко стриженные волосюшки, которые стояли дыбом. Он прижимал к себе мягкого зеленого крокодильчика и испуганно озирался по сторонам.

Степан присел перед ним на корточки и негромко, чтобы не испугать, спросил:

– Что, брат, потерялся?

– Похоже, что да, – вздохнул ребенок, смирившись с очевидным и ничуть не испугавшись незнакомых людей.

– Давай-ка я тебя подниму. Посмотришь сверху родителей. Или с кем ты здесь?

– С мамой! – отрапортовал пацан.

– Тогда маму!

Степан подхватил мальчишку, усадил себе на плечо и стал медленно поворачиваться по кругу.

– Смотри внимательно!

– Я смотрю! – крикнул ребенок весело.

– Ну, что? – встревоженно спросила Аня. – Видишь маму?

– Не-а! – очень довольно отрапортовал малыш.

Степан терпеливо сделал еще один оборот вокруг своей оси. Маму мальчик так и не увидел, Степан снял его со своего плеча, поставил на скамейку и спросил:

– Как тебя зовут?

– Иван, – звонко представился ребенок, – но мама зовет Ёжиком!

По всему было видно, что ребенок не испугался и вообще замечательно и весело проводит время с этими незнакомыми взрослыми.

– Ну, это понятно! – усмехнулся Юра точности прозвища, подходящего мальцу.

И как истинный юрист, сразу ухватив суть дела, спросил:

– А ты здесь должен маму ждать? В этом месте?

– Не-а! – подкрепив заявление активным отрицательным покачиванием головы, радовался мальчик Ваня.

– А где? – продолжил опрос Юра.

– Не знаю! – пожал плечиками ребенок и махнул куда-то в сторону рукой. – Где-то там!

– Ну а здесь ты как оказался? – спросила Аня.

– Девочка с мамой шла, взяла Лютика посмотреть – он оттопырил локоть, которым придерживал крокодила, по-видимому, того самого Лютика, – она смотрела, а мама ее не останавливалась и вела ее за руку, а я шел за ней. А потом ее мама, ну, девочки этой, повернулась и меня увидела, забрала у девочки Лютика и отдала мне.

– Привыкай парень! – рассмеялся Степан и подхватил мальчика на руки. – Все неприятности в жизни у мужчин из-за женщин!

– И из-за мам? – уточнял новую информацию мальчонка.

– Не из-за мам! А вот из-за таких девочек непременно! Идем твою маму искать!

– Идем! – согласился пацан, кивнув в подтверждение.

У стойки справочного бюро стояла приличная очередь – в огромном торговом центре терялись не только дети, но и взрослые, а также кошельки, сотовые телефоны, верхняя одежда, сумки и, что самое смешное, только что сделанные покупки.

Они встали в очередь, ребенок что-то рассказывал, показывал, помогая себе жестами, взрослые посмеивались, понемногу продвигаясь вперед. Вдруг к ним подлетела насмерть перепуганная женщина и выхватила ребенка у Степана из рук.

– Ёжик!! Как ты меня напугал!! – Она расплакалась, громко восклицала, душила в объятиях мальчика. – Я ищу тебя, ищу!! Спрашиваю всех!! Почему ты от меня отошел?!

В Степане тут же включился врач – увидев, что женщина в истерике, подхватил переполошенную мамашу под локоток и отдал приказ:

– Все за мной! – и двинулся к ближайшему кафе.

Когда сели за столик, официант оценил ситуацию и очень быстро принес воды, женщина выпила, успокоилась, перестала плакать, восклицать что-то, благодарить и поминутно прижимать и гладить сына, и представилась:

– Меня зовут Вера. Вера Семенова, а это Ёжик, мой сын. Ну, вы уже знаете. Он такой общительный, чужих не боится, вот и подумала все самое страшное!

Ни о каких дальнейших покупках речи не могло быть – что успели купить, на том и остановились – оставлять женщину в таком состоянии никак нельзя, и Больших – как врач и как мужчина, взялся отвезти ее с ребенком домой, по ходу радуясь неожиданному прекращению шопинга. Юра, тоже, не будь дураком, сославшись на потерю товарища по несчастью, уговорил Аньку прекратить поход по магазинам.