Лед и роза - Дана Хадсон

Донья Лусия не раз посещала Лондон как простая туристка, но восторг кузины ей был вполне понятен. Когда они зашли в «Прадо», к ним отнюдь не поспешил метрдотель, как привыкла донья Аделина.

– Вот и первый минус появления нас здесь как обычных туристок! – коварно заметила Лусия.

Но донья Аделина не поддержала ее скепсиса.

– Наоборот, это замечательно! Мы можем сами выбрать себе столик! Мне в моей жизни этого еще никогда не удавалось! Всегда приходилось сидеть там, где укажут!

И она направилась к понравившемуся ей столику у окна. Донья Лусия была уверена, что сейчас их отсюда попросят, ведь они явились в ресторан без предварительной договоренности, но улыбчивый официант азиатской внешности, кланяясь на ходу, поспешил к ним, разворачивая меню.

Донья Аделина с милостивым кивком взяла глянцевый журнальчик и принялась изучать блюда. Донья Лусия развернула свой экземпляр и с ужасом уставилась на цены. У нее тут же пропал аппетит.

– Аделина! – она надеялась, что официант не понимает по-испански, – разве у тебя есть столько денег?

Донья Аделина рассеянно посмотрела на кузину.

– Понятия не имею. Я никогда не обращала внимания на сумму своего счета. Вроде была пара тысяч евро, но я могла их и потратить.

– А вдруг не хватит?

– Сейчас проверим.

Она вынула карточку из своей сумочки и величественно протянула ее официанту.

– Вы не могли бы проверить, сколько денег на этой карте? Я не помню.

Он с удивлением посмотрел на странную посетительницу, но согласно кивнул головой.

– Я сейчас принесу терминал, и вы сможете проверить сами.

Он принес терминал, и донья Аделина вставила карту в слот. Высветившаяся сумма заставила донью Лусию изумленно присвистнуть. Все ее сомнения отпали. Когда официант ушел выполнять заказ, она извинилась:

– Я вела себя по-плебейски, Аделина. Но я до сих пор не пойму, почему ты говорила, что у тебя мало денег?

– Я же тебе говорила, что не помню, сколько у меня денег. Ты же знаешь, палаццо требует больших затрат. Но мне периодически помогает Риккардо.

Это признание заставило донью Лусию взглянуть на их авантюру по-новому.

– А ты не боишься, что после нашего вмешательства в его жизнь тебе придется жить только на свою вдовью часть, которая вовсе не такая уж большая?

Донья Аделина театрально вздохнула.

– Возможно. Но разве мы можем сидеть и ждать, как еще одна коварная иноземка разрушает жизнь очередного мужчины нашей семьи? Наш долг не допустить этого!

Выспренность этого заявления несколько озадачила донью Лусию, но официант принес закуски, и она была вынуждена промолчать.

После роскошного обеда донья Аделина решила вернуться в отель, потому что в ее возрасте ехать куда-то после сытного обеда большая глупость. Поскольку донья Лусия была с ней в этом солидарна, они вернулись в свой номер и проспали там до вечера.

Проснувшись, донья Аделина решила, что звонить вечером незнакомому человеку невежливо.

– Думаю, мы найдем гораздо более привлекательное занятие, чем наносить вечерние визиты английским особам легкого поведения. Предлагаю пойти в мюзик-холл! Заодно там и поужинаем.

Донья Лусия, проникнувшаяся гедонистическим настроением кузины, с восторгом согласилась.

В мюзик-холл они прибыли на такси. Представление с двусмысленными шутками, из которых они не поняли и половины, их позабавило, но еще больше пришелся по душе последовавший за ним плотный поздний ужин в соседнем ресторане. Поскольку ложиться спать после такой обильной трапезы было неразумно, они пошли в кинотеатр на ночной сеанс и смотрели слащавую американскую мелодраму прошлых лет с популярными в свое время песнями. Песни им понравились, а сам фильм – не очень.

– Если бы мне было лет на сорок меньше, я бы сыграла эту гризетку куда лучше, чем эта хваленая актрисочка! И вовсе она не красива, с чего ее так расхваливали? – не могла понять возбужденная парой бокалов красного вина донья Аделина. – Мы с тобой куда краше были в свое время! Недаром на мне женился маркиз Сантос!

Донья Лусия искренне с ней согласилась. Она тоже была уверена, что в свое время была куда красивее всех американских актрис, вместе взятых.

На следующий день, позавтракав, донья Аделина под предлогом того, что пассия Риккардо студентка, и, следовательно, с утра учится, отправилась в Кенсингтонский дворец, где, лелея родовую спесь, принялась сравнивать его с палаццо Сантос. По всем параметрам палаццо Сантос выходило лучше, хотя бы потому, что там было гораздо теплее, чем в промозглом дворце.

Вернулись они в отель только вечером, ужасно уставшие, и о посещении Дженни речи уже не шло.

Но на следующий день утром позвонила Бенита и между делом сообщила, что Риккардо закончил дела в Испании и сегодня же собирается возвращаться в Лондон.

Донья Аделина с мрачной гримасой набрала телефон Дженни. Та ответила сразу.

– Дженни? Вы меня не знаете, но вы знакомы с моим внуком, Риккардо. Мне бы очень хотелось с вами поговорить. Не могли бы вы уделить мне несколько минут сегодня?

Удивленная Дженни согласилась, и они договорились встретиться в два часа дня в одном из соседних кафе.

Дженни шла на эту встречу с тяжелым сердцем. Для чего бабушка Риккардо прилетела в Лондон из Испании? Уж явно не для того, чтобы познакомиться с подругой внука. Наверняка она будет отговаривать ее от встреч с ним. Хотя чего им бояться? Риккардо ей за последнюю неделю ни разу не позвонил. Недаром подарил ей жемчужное ожерелье в знак прощанья. Сердце отчаянно защемило, но она гордо вздернула нос, внушая себе, что все к лучшему.

Зашла в тихое кафе на углу, и ослеплено заморгала. После яркого света здесь, в полумраке, она почти ничего не видела. Поспешно сдернув с носа солнечные очки, прищурясь, разглядела двух немолодых дам в глубине небольшого зала. Одна из них, в строгом старомодном платье, властно помахала ей рукой, и Дженни послушно пошла на ее призыв.

Глаза ее привыкли к сумраку кафе, и она разглядела, что позвавшая ее дама обладала резкими чертами лица, похожими на черты Риккардо, и вспомнила, что именно ее она и видела рядом с ним, когда выясняла в интернете, кто он такой. Дженни почтительно проговорила:

– Добрый день! К сожалению, не знаю, как к вам обращаться. Я Дженни.

Бабушка Риккардо снисходительно кивнула головой и указала ей на стоящий рядом стул. Дженни села и услышала:

– Я и не ожидала, что Риккардо станет вам рассказывать о своей семье. Он так поступает со всеми своими пассиями. Так что и я не буду представляться. – Она говорила с сильным испанским акцентом, и Дженни подумала, что порой она выбирает не совсем точные выражения. – Мы с кузиной здесь вовсе не для того, чтобы знакомиться с его подружками-однодневками.