А что дальше? - Эйлин Колдер

Когда он ушел, Клеменси спрятала часы, купленные в подарок Ленарду, в верхний ящик туалетного столика и отправилась на кухню.

– Спасибо за ужин, дорогая, он был великолепен.

Они сидели в столовой, пламя свечей мягко отражалось на хрустальных бокалах и серебряных приборах. Через приоткрытые высокие окна было видно, как серебристый лунный свет, подобно алмазной пыльце, рассыпался по едва колышущейся глади плавательного бассейна.

– Я знаю, Клеменси, ты не испытываешь радости от сложившейся ситуации. Я тоже не в восторге от нее. Никогда не предполагал, что мы останемся вместе только из-за ребенка, что только он будет скреплять наши отношения. Но я сделаю все возможное, чтобы ни ты, ни я не пожалели о принятом решении, чтобы…

Неожиданно Клеменси почувствовала, что ее нервы начали сдавать. Она встала из-за стола и подошла к окну. Глубоко вдыхая свежий ночной воздух, молодая женщина постаралась думать обо всем спокойно, без метаний и эмоциональных всплесков. Ей не хотелось быть женой второго сорта.

– Мне казалось, мы договорились предпринять попытку. Разве я не прав? – спокойно сказал Ленард и, поднявшись из-за стола, подошел к ней.

– Но теперь речь идет не о коротком сроке, а о длительном периоде. – Клеменси закрыла глаза, изо всех сил стараясь держать себя в руках. – Я думаю как о твоем счастье, Ленард, так и о своем, и, мне кажется, мы просто не сможем продолжать играть в кошки-мышки. Как говорится, дорога в ад вымощена благими намерениями. Я ни на секунду не сомневаюсь в твоих добрых намерениях… Но одних намерений для совместной жизни недостаточно.

Ленард развернул Клеменси к себе лицом и прямо посмотрел ей в глаза.

– Послушай, Клеменси, я знаю, что в прошлом делал ошибки. Я вероломно втянул тебя в этот брак. Черт возьми, я пытался быть практичным, хотел, чтобы наш союз оказался для нас обоих полезным, выгодным! Но в глубине души я верил, что, в конце концов, мы полюбим друг друга. И я до сих пор не потерял надежды…

– Нет, ты потерял ее. Ты просто пытаешься делать то, что считаешь на данный момент правильным, подходящим… Послушай, Ленард, я смогу все пережить, все вынести, смогу постоять за себя…

– Я знаю, что сможешь. Ты сильная, умная женщина и… вряд ли будешь долго пребывать в одиночестве.

– Ах, вот что тебя беспокоит! Мысль, что, может быть, другой мужчина будет воспитывать твоего ребенка?

– Да, это беспокоит меня. Я хочу этого ребенка, Клеменси, и не считаю его ошибкой, недоразумением. Я смотрю на нашего ребенка как на второй шанс, как на нашу надежду…

В его голосе было столько искренности, что на глазах у Клеменси выступили слезы.

– Завтра – день нашей годовщины. Целый год мы вместе. Неужели ты действительно считаешь, что это был плохой год? – с плохо скрытым отчаянием спросил Ленард.

Она покачала головой.

– Нет… Во многих отношениях это был чудесный год.

Ленард улыбнулся, нежно коснулся ладонью ее щеки и прошептал:

– Я знаю, что ты романтическая натура и что… все это представлялось тебе не так. Может быть, ты до сих пор влюблена в своего приятеля по колледжу? – Его губы скривились в сардонической ухмылке. – Я понимаю тебя. И себя тоже. По каким-то неведомым законам природы, первая любовь как бы свивает вечное гнездо в нашей памяти и никуда уже от нас не улетает… Но сообща, вместе, я думаю, мы сможем добиться многого. Мы свернем горы… Дай мне шанс, Клеменси, потому что я хочу этого всей душой, всем сердцем.

– Не знаю даже, что тебе ответить…

– Мы могли бы, к примеру, сейчас забраться в постель и превратить ее в ложе любви, – нежно прошептал он ей на ухо, и Клеменси тут же забыла о своих благих намерениях не мешать счастью этого мужчины.